- Зоя Викторовна, а что в этом плохого? Почему вы так кричите? - Наташа уже пожалела, что ответила на телефонный звонок.
- Почему со мной не посоветовались?
Наташа тяжело вздохнула.
- Зачем? - раздражённо спросила она.
- У меня дочка без жилья сидит, а вы дачу купили!
- Зоя Викторовна, ну какое мне дело до проблем вашей дочери?
- Вообще-то Кристина, сестра твоего мужа!
- Кристине 25 лет, она должна сама заботиться о своём будущем. Юра и так ей помогал, а сейчас лавочка закрыта.
- Наташа, ты не понимаешь! - голос Зои Викторовны дрожал от сдерживаемых эмоций. - Кристина в трудной ситуации, а ты... ты просто купила дачу!
- А что я должна была делать? - Наташа повысила голос. - Бросить все свои планы, забыть о своей семье и кинуться решать проблемы вашей дочери?
- Это же твоя золовка! - воскликнула Зоя Викторовна. - И ты не хочешь ей помочь?
- Я уже помогла, чем могла! - Наташа почувствовала, как её терпение лопается. - Юра давал ей деньги, я тоже поддерживала, но это не значит, что я должна жертвовать всем ради неё. У меня своя жизнь, свои проблемы. И я не собираюсь отказываться от своих планов ради вашей семьи.
- Ты эгоистка! - бросила Зоя Викторовна и положила трубку.
Наташа долго сидела в тишине, держа телефон в руках. Её сердце колотилось от гнева и разочарования. Она понимала, что Зоя Викторовна права в том, что Кристина нуждается в помощи, но она не могла и не хотела жертвовать всем ради сестры мужа.
Наконец, она решила, что должна поговорить с Юрой. Она набрала его номер и, услышав голос мужа, сразу выпалила:
- Юра, нам нужно поговорить.
- Что случилось? - спросил он, явно удивлённый её тоном.
- Это насчёт Кристины, - сказала Наташа, стараясь говорить, как можно спокойнее. - Я понимаю, что она в трудной ситуации, но я не могу больше помогать ей. У меня есть свои планы, свои цели. И я не готова жертвовать всем ради неё.
Юра молчал несколько секунд, а затем сказал:
- Я понимаю тебя, Наташа. Но, может быть, мы могли бы найти компромисс? Например, я мог бы помочь ей с жильём или деньгами, а ты могла бы поддержать её морально.
Наташа задумалась над его словами. С одной стороны, она не хотела жертвовать своими планами. С другой стороны, она понимала, что Кристина действительно нуждается в помощи.
- Хорошо, - наконец сказала она. - Давай попробуем найти компромисс. Но только если ты сам этого хочешь.
- Конечно, - ответил Юра. - Я всегда хочу, чтобы все в нашей семье были счастливы. Давай всё обсудим за ужином, а сейчас у меня работа.
Два часа спустя.
Наташа жарила котлеты, когда раздался дверной звонок. Она открыла дверь, на пороге стояла Зоя Викторовна готовая к очередной битве с невесткой.
- Можно зайти? - спросила она. Однако не дождавшись приглашения, свекровь зашла в квартиру.
- У меня ужин на плите готовится, проходите на кухню, - спокойным тоном произнесла Наташа.
Свекровь по-хозяйски расселась за кухонным столом.
- Ну, как будем помогать Кристине? - елейным голосом спросила свекровь.
- Зоя Викторовна, я не собираюсь помогать вашей дочери, - не отворачиваясь от плиты ответила Наташа.
Свекровь хотела что-то возразить, но входная дверь распахнулась и в квартиру зашёл Юра.
- Я дома! - крикнул мужчина из прихожей.
Он прошёл в ванную, быстро умылся и присоединился к женщинам на кухне.
- Мама, ты какими судьбами?
- Да вот сынок вы дома покупаете, а сестра твоя со мной живёт в однушке, - скулила свекровь.
- Юра, тебе котлету положить? - спросила Наташа.
- Да дорогая, - улыбнулся он жене.
Зоя Викторовна сидела красная от гнева, она не разделяла такой семейной идиллии.
- Зоя Викторовна, а вам положить котлету?
- Иди ты знаешь куда со своими котлетами! - прошипела свекровь.
Юра подавился от неожиданности. Нужно было спасать горе муженька. Наташа схватила чугунную сковородкой, в которой она жарила котлеты, и ударила ей по спине Юрия. Целая котлета вылетела из его бронхов и пробила двойной стеклопакет. Наташа добавляла в котлеты шесть яиц и шкварки от некастрированного кабана. Котлеты должны быть плотными, приговаривала она, формируя котлетную массу. Жарились котлеты на бараньем жире, который их консервировал навечно, и котлеты могли пережить и Мавзолей, и Ильича по срокам хранения. Наташа спасла Юру от удушья, но перебила ему позвоночник и спиной мозг. И Юра пересел из автокресла в инвалидное. Зоя Викторовна крепко загоревала и пыталась посадить невестку, но судья, узнав подоплеку дела, грудью 7 размера, стала на защиту Наташи. Зал в судебном заседании рыдал от смеха, а билеты раскупались быстрее, чем на Плевако в 1915 году.