Пролог
Крымские волны бились о борт катера «Тамань», будто пытались что-то рассказать. Артем стоял на носу, сжимая в руке новую карту из дедова дневника. На ней красовалась отметка у мыса Фиолент — места, где когда-то стоял древний монастырь, а теперь лишь ветер выл в гротах. «Интересно, Миша опять про трактор ныть будет?» — усмехнулся он, глядя на друга, который бледнел от качки.
— Ты уверен, что это не ловушка? — Миша ухватился за поручни. — Крым — не наш Темрюк, тут и призраки, и шпионы...
— А ты как думал? — Артем развернул карту, показывая обрывок газеты 1944 года, приклеенный к углу. — Дед писал, что здесь спрятаны документы о секретной операции. Если найдём, может, всю историю Азова перепишем.
Катер резко качнуло. На горизонте, как зубья дракона, чернели скалы Фиолента.
Глава 1. Монастырь без имени
Развалины монастыря прятались за стеной тумана. По легенде, его построили греки ещё до нашей эры, но все записи исчезли во время войны. Артем провёл пальцем по стене, покрытой мхом: «Смотри, тут следы пуль. Немцы тут орудовали...».
— Ага, и, наверное, призраки тех немцев до сих пор ходят, — Миша тыкнул фонарём в темный коридор. Внезапно луч выхватил из мрака железную дверь с символами — трезубец и волк.
— Печать Калиты! — Артем достал из рюкзака медальон. — Такие же знаки... Значит, дед не случайно связал Темрюк и Крым.
Дверь открылась со скрежетом. Внутри — комната с ящиками, доверху набитыми папками с грифом «Совершенно секретно». Но среди них лежал и странный предмет — бронзовый амулет в форме змеи, кусающей свой хвост.
— Уро́борос? — Миша потрогал артефакт. — Это ж символ вечности. Чего он тут...
Грохот снаружи прервал его. В дверях стояли трое в масках.
— Спасибо за помощь, — прозвучал женский голос. Лика сняла балаклаву, держа в руках пистолет. — Вы ищете историю, а я — власть. Эти документы докажут, что Крым...
— Заткнись, предательница! — Миша бросил в неё фонарь, но один из людей Лики выстрелил в потолок. Обвал! Камни посыпались, разделяя группу. Артем схватил папку с надписью «Операция „Морской волк“» и толкнул Мишу в противоположный выход: «Беги к маяку!».
Глава 2. Огненный маяк
Погоня вывела их к заброшенному маяку. Внутри пахло мазутом и морской солью. На стене висел телеграфный аппарат, а под ним — записка на немецком: «Всё потеряно. Они нашли нас...».
— Слушай! — Миша приложил ухо к полу. — Внизу вода... Или поезд?
Это оказался подземный тоннель, ведущий к морю. Посреди рельс стояла вагонетка, а в ней — ящики с советскими гербами. Артем вскрыл один: внутри лежали чертежи подводных лодок и фото... Темрюка!
— Дед упоминал операцию по защите Азова от немцев, — прошептал Артем. — Думаю, это часть плана...
Внезапно свет фар прорезал темноту. Лика и её люди ехали на дрезине!
— Ложись! — Артем и Миша прыгнули в вагонетку, сорвав тормоз. Ускоряясь, они мчались к свету в конце тоннеля, где рельсы обрывались над пропастью.
— Прыгай! — крикнул Артем, хватая Мишу за куртку. Они упали в ледяную воду, а вагонетка и дрезина с грохотом рухнули в море.
Глава 3. Тайна капитана Соколова
Наутро, отсиживаясь в рыбацкой хижине, Артем изучал документы. Операция «Морской волк» оказалась сетью подземных тоннелей от Крыма до Темрюка, построенных для переброски оружия. Но в 1944 году группу деда предали.
— Здесь имя предателя залито чернилами, — показал он Мише. — Но есть координаты: 45°19' с.ш., 36°40' в.д.
— Это ж... наш Темрюк! — Миша обмер. — Получается, крыса была из своих?
В хижину постучали. На пороге стоял седой мужчина с лицом, изрезанным шрамами.
— Ваш дед спас мне жизнь, — он бросил на стол медальон, как у Артема, но с трещиной. — Предатель жив. И он знает, что вы близки к правде.
Открытый финал
Теперь Артем стоит на краю обрыва у мыса Фиолент, глядя на карту. Новые координаты ведут в катакомбы под Темрюком, туда, где в 1944 году исчезли 30 солдат. Лика, выбравшаяся из тоннеля, шлёт ему СМС: «Они идут за тобой. Беги.». Миша грузит в лодку инструменты: «Шеф, опять копать? Может, купим вместо этого экскаватор?».
Артем не отвечает. В его руках — два медальона, которые при соединении образуют трезубец. Тот самый, что изображён на гербе... Но чьём?
Море шепчет, что это только начало.