История любви Пушкина и Натали Гончаровой окружена множеством легенд, недомолвок и цитат, которыми обросли письма, воспоминания и документы того времени. А ведь за громкими словами и поэтическими образами — самая обычная, жизненная суета: свадьба, договоренности, деньги. Вот и приданое, которое так волновало и самого Пушкина, и его семью, обсуждалось на полном серьёзе. Что же об этом писала будущая свекровь Натали — Надежда Осиповна Пушкина — своей дочери Ольге?
Как всё начиналось: помолвка, Полотняный Завод и разговоры о приданом
Весной 1830 года Пушкин сделал Натали повторное предложение. Красавица из знатной, но обедневшей семьи — Наталья Гончарова — сказала "да", и началась новая глава в их жизни. В мае Гончаровы поехали в своё главное имение — Полотняный Завод. Этот майорат, созданный ещё в XVIII веке, включал в себя фабрики, конный завод, земли, но самое главное — он передавался только старшему сыну, а вот доходы делились между всеми членами семьи.
Дедом Натальи владел этим майоратом Афанасий Николаевич Гончаров — влиятельный и непростой человек. Именно к нему и отправился Пушкин, чтобы познакомиться, увидеть Натали и обсудить такой важный для будущей семьи вопрос, как приданое.
О чём договорились Гончаровы и Пушкин
Вопросы, которые поднимались во время этих встреч, были самыми практичными: сколько дадут за Натальей, на что сможет рассчитывать её семья и сам Пушкин. Рассматривали разные варианты — либо выделить дочери часть имущества до свадьбы, либо платить ей содержание ежегодно. В итоге договорились: дед Афанасий Николаевич Гончаров отдаст в приданое 300 душ крестьян, а мать Натальи — Наталья Ивановна Гончарова — выделяет 200 душ из своего личного имения в Яропольце.
Что писала Надежда Осиповна дочери Ольге
Обо всех этих событиях будущая свекровь Натали Гончаровой, Надежда Осиповна, писала своей дочери Ольге — Павлищевой. В письме от 22 июля 1830 года она делилась последними новостями, и этот текст до нас дошёл почти полностью.
В этом письме было много интересного, и не всё связано только с сентиментальным путешествием Пушкина в Захарово — туда, где он провёл часть своего детства. Да, Надежда Осиповна упоминала об этом:
«Вообрази, что он совершил этим летом сентиментальное путешествие в Захарово, совсем один, только для того, чтобы увидеть то место, где он провёл несколько лет своего детства».
Но были и другие, не менее важные моменты. Например, о том, что свадьба планируется не раньше сентября — хотя планы, как мы знаем, нарушились из-за смерти Василия Львовича, дяди Пушкина.
Ещё Надежда Осиповна писала о впечатлениях, которые семья Пушкина получила о Гончаровых. Их друзья, Малиновские, отзывались о них с теплотой, а Натали называли ангелом:
«Малиновские говорят много хорошего о всей семье Гончаровых, а Наташу считают ангелом».
И, конечно, будущая свекровь делилась радостью за сына:
«Он очарован своей Наташей, говорит о ней, как о божестве».
А дальше — о самом главном для семьи Пушкиных, о приданом:
«Он рассказывал о великолепном имении старого Гончарова, он даёт за Наташей 300 крестьян в Нижнем, мать даёт 200 в Яропольцах».
Приданое не такое уж и маленькое
Так что никакая Наталья Гончарова не была бесприданницей — за ней шли и крепостные, и земли, и связи. И Пушкин, несмотря на свою гениальность, был человеком своего времени — для него приданое имело значение. Эти письма Надежды Осиповны — живое подтверждение того, что даже великие поэты не могли избежать бытовых забот.
И всё-таки, как бы прагматично ни выглядели эти строки, за ними скрыта огромная любовь: и материнская — в заботе Надежды Осиповны о сыне, и любовь Пушкина к Натали, о которой он говорил как о божестве. История их брака — это не просто союз по расчёту. Это — попытка соединить два мира, наполненные чувствами, надеждами и мечтами.