Не самая известная история.
Легендарная советская парница Ирина Роднина за годы карьеры выиграла вообще все: сначала с Алексеем Улановым, потом с Александром Зайцевым. Возможно, когда-нибудь и появится фигуристка, способная перебить достижения Родниной, но пока 3 золота ОИ, 10 чемпионатов мира и 11 чемпионатов Европы выглядят абсолютно недосягаемыми.
В пару с Улановым Ирину поставил Станислав Жук, в итоге приведший фигуристов к триумфу на Олимпиаде-1972 в Саппоро. Выиграв вслед за этим и постолимпийский ЧМ, Уланов от Родниной ушел, образовав дуэт с Людмилой Смирновой. Ирина думала закончить со спортом, но Жук предложил ей попробовать силы с Александром Зайцевым.
Несмотря на поначалу скромные оценки от судей, новообразованный дуэт почти сразу взлетел, сделав два золотых хет-трика подряд (чемпионаты мира, Европы и СССР). Однако в 1974-м пути Родниной/Зайцева и Жука разошлись: как позже вспоминала фигуристка, причиной были как недостаточное внимание со стороны тренера, так и желание показывать в своем катании больше творчества. В итоге на тот момент двукратные чемпионы мира перешли к Татьяне Тарасовой.
«Был период, когда Таня со своими мозгами в другую сторону могла такое придумать, что другим и не снилось. Думаю, что больше всего она свою фантазию сдерживала в отношении Зайцева и меня, потому что Шура Зайцев к любым фантазиям относился с подозрением. Поэтому на катке все время стоял дикий крик: мы наступаем на горло ее песне. Мы всегда старались быть соавторами тренера. У нас со времен Жука так было поставлено: если элемент в чем-то неудобен, как бы он ни был красив, мы от него отказываемся. Программа должна иметь стопроцентную гарантию надежности.
Как любая женщина, Татьяна Анатольевна лучше понимала женскую часть, женскую партию в паре, как в танцевальной, так и в спортивной. Что сзади делает партнер, как мне казалось, ее мало волновало. Зайцев возмущался: я устал в выпадах ездить. Если посмотреть с этой точки зрения на ее программы даже танцевальных пар, то, конечно, больше внимания она уделяла партнерше. Поэтому Татьяне, я думаю, с нами было тяжело, хотя мы к ней пришли именно потому, что нам хотелось творчества в катании. Честно говоря, слово «мы» здесь не подходит. Это был стопроцентно мой выбор. Я мнением Зайцева не интересовалась, хотя Сашу в тот момент и меня, естественно, тоже очень сильно обрабатывала Елена Анатольевна Чайковская — ей очень хотелось, чтобы мы перешли к ней. Но я прекрасно понимала: там, где есть Пахомова — Горшков, где есть Ковалев, мы автоматически становимся третьими, а меня такая расстановка не устраивала абсолютно. Меня и Жук перестал устраивать, когда он слишком много внимания стал уделять другим ученикам. Что касается работы технической, работы по нагрузкам, здесь я была Жуком подготовлена очень хорошо. Но во всем, что касалось хореографии и композиции программ, у нас всегда были с Жуком пробелы. Исключительно за этими компонентами я в свое время пришла к Татьяне Анатольевне Тарасовой», — рассказывала Роднина в своей книге «Слеза чемпионки».
С Тарасовой Роднина/Зайцев не проиграли ни одного старта, завершив спортивный путь в 1980 году — после победы на Олимпиаде в Лейк-Плэсиде.
В материале использовались цитаты из книги Ирины Родниной «Слеза чемпионки»