Я Валентина Сергеевна, 72 года, родилась и всю жизнь прожила в Ханты-Мансийске. Помню, как в молодости ходила на рынок, как в магазинах все были свои, югорские, и говорили по-русски. А теперь захожу в торговый центр – и будто в чужой стране. Каждый второй – не русский, лица незнакомые, имена непривычные. Прочитала статистику: в ХМАО самые популярные имена для новорождённых – Мухаммад и Амина.
Торговые центры: где мои земляки?
Я живу недалеко от центра Ханты-Мансийска, часто хожу в «Гостиный двор» или «Сатурн». Раньше там работали местные, все друг друга знали. Продавцы, кассиры – все говорили по-русски, улыбались, болтали о жизни. Теперь всё иначе. Захожу в магазин – на кассе парень с акцентом, еле-еле говорит по-нашему. Прошу объяснить, где товар лежит, а он только кивает и улыбается. В кафе на фудкорте – девушки в платках, между собой говорят на своём языке. Я стою, жду, а они даже не замечают.
На днях пошла за подарком внучке в «Премьер». В отделе игрушек продавец, явно не местный, не смог ответить, есть ли кукла, которую я искала. Пришлось самой искать. Вокруг – толпы людей, и половина не похожи на югорчан. Я не против, чтобы люди работали, но почему их так много? Хочу видеть знакомые лица, слышать родную речь, а не чувствовать себя чужой в своём городе.
Имена, которые вытесняют русские
Я недавно узнала, что в ХМАО самое популярное имя для мальчиков – Мухаммад. За три месяца 2025 года так назвали 146 малышей, это на 67% больше, чем в прошлом году. В 2024 году Мухаммадами нарекли 342 ребёнка, и, похоже, в этом году рекорд побьют. Среди девочек лидирует Амина – 47 малышек за квартал, и она уже обогнала Софию, с разрывом в 7 новорождённых. Амина и Мухаммад в топе уже четвёртый год подряд.
Для меня эти имена – как из другого мира. Я привыкла к Ваням, Таням, Ленам. Мои внуки – Катя и Дима. А теперь в детском саду, куда ходит Катя, половина детей – с именами вроде Али, Аиша, Сафия. Я их с трудом выговариваю, а внучка уже привыкла. Это что, теперь вместо наших имён будут одни Мухаммады и Амины? Я не против чужих традиций, но мне грустно, что русские имена отходят на второй план.
Мигранты везде: от улиц до школ
В Ханты-Мансийске мигрантов стало так много, что я уже не узнаю город. Иду по улице Энгельса – слышу чужую речь. В автобусах, в магазинах, на рынках – везде люди, которые говорят на узбекском, таджикском или ещё каком-то языке. Я не разбираюсь, но мне некомфортно. На остановке у «Югры» толпа, и половина – не местные. Они с сумками, говорят громко, толкаются. Я всю жизнь здесь жила, а теперь чувствую себя гостьей.
В школах – та же беда. Моя подруга Тамара работает учительницей в школе №3. Говорит, в её классе из 24 детей 9 – дети мигрантов. Они плохо знают русский, отстают по учёбе, а учителям приходится тратить время на перевод. Родители этих детей редко приходят на собрания, а если приходят, без переводчика не обойтись. Тамара жалуется, что на русских детей времени не хватает, всё уходит на объяснения. Это не дело, когда в югорской школе учат не по-русски.
Чужие обычаи на моей земле
Я заметила, что в ХМАО всё чаще появляются чужие праздники. На Курбан-байрам или Ураза-байрам в Ханты-Мансийске у мечети собираются толпы. Улицы перекрывают, люди молятся, приносят баранов. Я не против их веры, но мне непонятно, почему это должно быть в моём городе. У нас свои традиции – Пасха, Масленица, Рождество. Почему я должна привыкать к чужим обрядам?
В торговых центрах тоже всё меняется. На фудкортах теперь сплошь халяльная еда – шаверма, плов, лепёшки. Я не спорю, может, это и вкусно, но где мои пельмени, где котлеты с пюре? В «Ленте» целые полки с восточными специями, с какими-то соусами, а русские продукты – творожки, сырники – всё меньше. Я хочу, чтобы в моём Ханты-Мансийске было место для русской еды, для нашей культуры.
Мой край становится чужим
Я не злюсь на мигрантов, они приезжают работать, строят дома, убирают улицы. Но их так много, что ХМАО уже не тот. В 2023 году в округе был рекордный миграционный прирост – 21 тысяча человек, треть из них – иностранцы. И это число растёт. В 2024 году в ХМАО родилось больше 19 тысяч детей, и всё больше среди них – с нерусскими именами. Мухаммад, Амина, Али, Сафия – они в топе, а где наши Сашки, Наташи, Олечки?