Магия «Нормы». В Мариинском театре стартовал XXXIII музыкальный фестиваль «Звёзды белых ночей»

Оперу Беллини «Норма» и в особенности ее главный хит — арию Casta Diva — знают все любители музыки. Но парадокс заключается в том, что ее не так часто можно услышать, ведь для главной ее героини — жрицы друидов Нормы — нужна diva assoluta, абсолютный голос широкого диапазона, безупречная техника и владение стилем бельканто. Недаром в этой партии блистали Джудитта Паста, Джулия Гризи, Полина Виардо, Мария Каллас, Эдита Груберова (последнюю довелось слышать в живом исполнении) и многие другие. Не случайно весь XX век «Норма» в нашем городе не ставилась. Хотя в XIX в опере Беллини, написанной в 1831 году и впервые представленной в Петербурге спустя 12 лет, блистали многие звезды. В том числе Полина Виардо, пленявшая Ивана Сергеевича Тургенева, и не только его, ведь и для героя Гончарова Обломова ария Casta Diva становится символом его эстетического идеала.

«Нормой» восхищались в России и в мире. Даже Вагнер — композитор совершенно противоположного плана — и тот не смог избежать магического очарования этой оперы, дирижировал ею и даже написал арию Оровезо «в стиле Беллини», которой хотел дополнить оригинальную партитуру!

Неудивительно, что Валерий Гергиев давно мечтал поставить «Норму» на сцене Мариинского, но путь к ней оказался долгим. В последние двенадцать лет в теат­ре начал складываться репертуар опер бельканто. Были поставлены произведения Доницетти и Россини, а в этом году началось освоение наследия Беллини, и вслед за февральскими «Пуританами» появилась «Норма». Премьере предшествовали несколько концертных исполнений, в последних в заглавной партии выступила звезда мировой оперы Альбина Шагимуратова, которая как раз в этом сезоне включила эту партию в свой репертуар.

Ставить оперу пригласили Сергея Новикова, это уже третья его работа в Мариинском после «Лакме» и «Ариадны на Наксосе». Режиссеру в «Норме» непросто. Во-первых, либретто Феличе Романо о запретной любви жрицы друидов Нормы к римскому проконсулу Поллиону кажется далеким от современного зрителя, во‑вторых, постановка не должна мешать певцам в их сложнейших партиях. Сергей Новиков называет «Норму» оперой о крушении идеалов: святая стала грешницей, возлюбленный — изменником, но все побеждает жертвенная любовь.

В содружестве с художником по декорациям и костюмам, своим тезкой Сергеем Новиковым режиссер создал вполне традиционный спектакль, своеобразную реконструкцию спектакля эпохи романтизма. С самого начала мы видим и дуб Ирменсуль, которому поклоняются друиды, с которого во время обряда Норма срезает омелу, и лесную чащу, и замшелые камни. Художник Новиков вообще подчеркнул фактурность самого материала: древесной коры, камня, испещренного рунами, металла. Эффектны были горящие угли огромного древесного кольца, в котором гибнут в финале Норма и Поллион. Все это послужило прекрасным обрамлением древнего сюжета.

И все же все внимание было приковано к вокалу. Слушать Альбину Шагимуратову в этой партии — чистое наслаждение, настолько выверенно звучит каждая нота, слово, фраза, сочетаются свобода и расчет. Ее Норма обладает внутренней цельностью, величием и женственностью. Прекрасна ее знаменитая «лунная молитва».

Второй женский персонаж, молодая жрица Адальджиза, в которую влюблен Поллион, была доверена Екатерине Лукаш — солистке московского Театра Станиславского и Немировича-Данченко, и в целом она оставила яркое впечатление и голосом, и внешностью. Певица — лауреат I премии недавнего XXVII Международного конкурса вокалистов им. М. И. Глинки, где председателем жюри была как раз Альбина Шагимуратова. В партии Поллиона тоже выступил приглашенный солист из московской «Геликон-­оперы» Игорь Морозов, уже хорошо знакомый петербуржцам. А в роли верховного жреца Оровезо выступил Мирослав Молчанов, молодой певец с фактурной внешностью и голосом, так что весь ансамбль сложился на премьере. В последующих спектаклях театр представил несколько составов исполнителей, всерьез взявшись за освоение одной из самых сложных в вокальном плане опер, но Альбина Шагимуратова выступила лишь в первом из премьерных показов.

Оркестровую часть опер Беллини часто упрекают в простоте, а маэстро Гергиев всегда был расположен к партитурам другого плана. Тем не менее оркестр Мариинского театра в очередной раз оказался на высоте, а маэст­ро очень бережно поддерживал певцов, давая им столь необходимую в операх бельканто свободу. Возможно, и сам заслушивался, наслаждаясь магией голосов и музыки. Все это передалось и публике, которая наградила исполнителей оглушительными овациями.

Читайте также:

Тенор для «Турандот»: знаменитая опера была дана в Концертном зале Мариинки

На Новой сцене Александринского театра состоялась премьера спектакля «Обломов»