Преподобный Кукша — апостол вятичей
Имя Кукши, инока Киевского Печерского монастыря, проповедовавшего христианскую веру среди язычников-вятичей и принявшего от них мученическую смерть в начале XII века, едва ли говорит что-то большинству современных читателей. Это кажется особенно странным, потому что вятичи, как известно, — самое восточное из всех восточнославянских племён, и именно их обычно считают своими ближайшими предками жители многих областей Центральной России. А значит, преподобномученик Кукша, «апостол вятичей», как иногда именуется он в церковной литературе, должен почитаться одним из главных просветителей и крестителей нашего Отечества.
Между тем в древней Руси, не в пример нам, о его подвиге знали и помнили. Спустя много лет после его гибели епископ Владимиро-Суздальский Симон (1214—1226), один из авторов Патерика Киево-Печерского монастыря (сборника рассказов о жизни и подвигах печерских монахов), так писал о нём в своём послании печерскому же постриженику Поликарпу:
«Как добровольно можно умолчать об этом блаженном черноризце… о котором всем известно, как он бесов прогнал, и вятичей крестил, и дождь с неба свёл, и озеро иссушил, и много других чудес сотворил, и после многих мучений убит был с учеником своим».
Рассказывая о других печерских старцах, епископ Симон ссылался обычно на какие-то литературные источники: например, на Житие основателя Киево-Печерского монастыря преподобного Антония или на так называемую Печерскую летопись (оба памятника, к сожалению, не дошли до нашего времени). В рассказе же о Кукше ограничился словами: «…его же вси сведають» — то есть ясно дал понять, что известность преподобного выходила далеко за рамки Печерской обители и достигала пределов его епархии — Владимиро-Суздальской Руси.
К сожалению, краткое Слово епископа Симона из Киево-Печерского патерика — по существу единственный источник наших сведений о святом. А потому даже самые общие, самые приблизительные контуры его биографии могут быть очерчены лишь сугубо гипотетически. Даже время его жизни — начало или, шире, первая четверть XII века — может быть названо лишь приблизительно, с некоторой долей условности. (В церковной, справочной и даже исследовательской литературе называются самые разные даты гибели святого: вторая половина XI века, середина XII века, около 1215 или 1217 года, 1113, 1114 или 1110 год, или даже точно: 11 февраля 1110 года; однако все эти даты либо противоречат показаниям источников, либо не подтверждаются ими при более тщательной проверке.)
Ничего не знаем мы и о том, откуда пришёл Кукша в Печерский монастырь и кем был до пострижения. Иногда высказывают предположение, согласно которому преподобный сам был родом из вятичей, чем якобы и может быть объяснено его горячее желание просветить светом христианской веры своих единоплеменников. Это, конечно, не исключено — но, увы, ничем и не подтверждается.
Более того, даже имя вятичского миссионера, оказывается, известно нам не наверняка. Само это имя — Кукша — очень необычно и имеет явно языческое, а не христианское происхождение. Употребление языческих имён — явление довольно распространённое в древней Руси. В первые столетия после Крещения и вплоть до XIV—XV веков, а то и позднее, здесь были в ходу, как правило, два имени, причём крестильное (то есть данное при крещении) употреблялось в быту значительно реже, чем исконно славянское, языческое. Даже лица духовного звания нередко называли себя языческими именами или прозвищами. Но среди иноков Печерского монастыря имя Кукши — исключение. Полагают, что оно происходит от названия птицы: кукша, или ронжа, представитель семейства вороновых, распространена по всему северу Евразии; по крайней мере до конца XIX века она обитала и в тех областях Центральной России, в которых жили вятичи и где, следовательно, проповедовал святой.
Но и тут есть подвох, озадачивающий историков. Дело в том, что хотя большинство списков Киево-Печерского патерика, а также церковная традиция с уверенностью называют проповедника Кукшей, в наиболее ранней редакции памятника, в том числе и в наиболее раннем его списке, имя это приведено иначе — Купша (причём трижды в одном и том же написании, что исключает возможность случайной описки). А имя Купша может быть и сокращением церковного имени Киприан (в русском произношении Куприян).
Но ещё интереснее то, что в Киеве в начале XII века существовал некий Купшин монастырь! Никакими сведениями о нём мы не располагаем (монастырь этот лишь случайно, как некий географический ориентир, упомянут в одном древнем памятнике). Однако совпадение имени Купша и названия Купшина монастыря позволило исследователям предположить, что судьба просветителя вятичей была каким-то образом связана с этой обителью. Возможно, Купшин монастырь был основан преподобным? Или же тот какое-то время был в нём игуменом? Преподобный мог перейти из Купшина монастыря в Печерский или же, наоборот, по какой-то причине покинуть Печерскую обитель и основать собственный монастырь: последнее было не редкостью для древнего Киева.
Но для того, чтобы создать новую обитель в стольном Киеве, необходимо было обладать и высоким духовным авторитетом, и соответствующим положением в обществе, и, главное, немалым богатством. Имеет ли всё это отношение к нашему герою? Опять-таки утверждать не беремся.
Не знаем мы и того, где именно трагически оборвался жизненный путь Кукши (будем всё же называть его привычным именем, освящённым церковной традицией) и его ученика. Никаких древних преданий на этот счёт, увы, не сохранилось. В XIX веке жители Брянска полагали, что проповедь Кукши началась именно с их города, а значит, и смерть могла произойти где-то поблизости. По-другому считали в Орловской области, где местом кончины преподобного Кукши и его ученика традиционно называют окрестности древнего города Мценска на реке Зуше. В 80-е годы XX века здесь в лесном овраге неподалеку от деревни Карандаково был освящён так называемый «Страдальческий колодец», ископанный будто бы самим проповедником. Ныне недалеко, в деревне Фроловка, основан и мужской монастырь во имя священномученика Кукши. Некоторые же современные исследователи предположительно называют местом гибели Кукши и его ученика город Серенск на реке Серене, притоке Жиздры (нынешний Мещовский район Калужской области). Но, главным образом, потому лишь, что этот вятичский город, несомненно, находился на пути проповедников и к тому же хорошо исследован археологами; так, на Серенском городище обнаружены явные следы христианской проповеди, в частности нательные крестики, и в их числе крестик XI—XII веков, имеющий вероятное киевское происхождение.
Рассказ епископа Симона о событиях в Вятичской земле слишком краток и, пожалуй, слишком трафаретен для того, чтобы на его основании можно было делать какие-то выводы о продолжительности и характере вятичской миссии преподобного Кукши. Епископ изображает преподобного великим чудотворцем. Действительно, он не только вызвал с небес дождь (вероятно, спасительный для вятичских посевов в условиях засухи, поразившей этот край?), но и иссушил некое озеро (ещё одно свидетельство засухи?), а ещё «прогнал бесов» (то есть исцелил бесноватых? или ниспроверг какие-то изваяния языческих богов — «бесов» в понимании христианского книжника?) и «много других чудес сотворил». Известно, что язычники непременно ждут от проповедников новой для себя религии неких поражающих воображение чудес — и, как правило, эти ожидания сбываются.
Согласно рассказу Патерика, Кукше и его ученику удалось, по крайней мере отчасти, выполнить свою миссию: «вятичей крестил», — пишет о них епископ Симон. Однако в конечном итоге их проповедь закончилась трагически: и сам Кукша, и его ученик были убиты.
О том, как такое могло случиться, мы можем судить по Житию другого знаменитого русского проповедника христианства, святителя Леонтия Ростовского: он также проповедовал среди язычников — вероятно, мерян, живших в пределах Ростовской епархии. «Старики, закоснев в своём неверии, не внимали его поучениям, — рассказывает Житие. — Тогда блаженный оставил стариков и стал учить молодых». Но именно успехи его проповеди вызвали гнев местных жителей, прежде всего, «стариков», точнее, старейшин (не обязательно по возрасту, но по социальному статусу): «И устремились язычники на святую его главу, помышляя его изгнать и убить». Наверное, нечто подобное произошло и с проповедниками-печерянами.
Смерть их оказалась поистине ужасной. «…По многих муках усечен бысть с учеником своим», — рассказывает о Кукше епископ Симон. В древней Руси слово «усечен» употреблялось в самом буквальном смысле слова — когда речь шла об усечении головы. «Кукша, крестя неверных, под венец дасть главу» — так гласит подпись XVII века под гравюрой, изображающей обезглавленное тело печерского страдальца. Перед смертью проповедников долго мучили, вероятно, призывая отречься от Христа.
Отчасти рассказ Патерика подтверждается исследованием останков преподобного Кукши, проведённым в 80-е годы прошлого века: они показали наличие в области правой теменной кости следа от удара острым рубящим предметом (мечом или топором?); удар этот и явился причиной смерти святого. Тогда же был установлен и возраст преподобного к моменту смерти: оказалось, что погиб Кукша в достаточно молодом возрасте — тридцати — тридцати пяти лет.
По рассказу епископа Симона, в Печерском монастыре о мученической гибели вятичских проповедников чудесным образом стало известно в тот же день: одновременно с ними в монастыре скончался ещё один старец, блаженный Пимен, прозванный Постником; перед самой своей смертью, стоя посреди церкви, он во всеуслышание воскликнул: «Брат наш Кукша ныне на рассвете убит!»
Мы не знаем, как скоро останки мученика были перенесены в Киево-Печерский монастырь и положены в так называемых Ближних, или Антониевых, пещерах, где покоятся и поныне. Возможно, они были выкуплены печерянами за деньги; возможно, сами вятичи поспешили выдать их представителям княжеской администрации или черниговской епископской кафедры (в чьей юрисдикции формально находились их земли) — с тем, чтобы хоть в какой-то мере загладить вину за совершённое ими преступление. Примечательно, что всё то же исследование останков показало, что они несут на себе следы специальной обработки какими-то жидкостями или, возможно, следы длительного пребывания в водной среде. И то и другое как раз и может быть связано с перенесением их из Вятичской земли в Киев.
День памяти преподобного Кукши и умершего одновременно с ним преподобного Пимена Постника — 27 августа — был установлен в Печерском монастыре гораздо позднее. Едва ли это дата смерти иноков-печерян, как можно было бы подумать. 27 августа (9 сентября по новому стилю) Церковь празднует память преподобного Пимена Великого — знаменитого египетского подвижника, жившего в V веке. Вероятно, день памяти Пимена Печерского (а вместе с ним и Кукши) был выбран по соименности печерского старца великому египетскому святому — именно так обстоит дело в отношении дней памяти многих других печерских подвижников.
Вплоть до конца XVIII века церковное почитание преподобного Кукши ограничивалось Киевом и даже, ещё уже, Киевским Печерским монастырем. Только после подчинения Киевской митрополии Московской патриархии (1685 год) почитание киевских святых должно было распространиться и на Россию. Официальное же признание их со стороны церковных властей последовало в 1762 году. Но лишь во второй половине XIX столетия значимость подвига преподобного Кукши стала осознаваться в полной мере — особенно в тех областях Центральной России, в которых предположительно развернулась его проповедь, прежде всего, в Орловской, Калужской и Тульской епархиях. Церковные историки того времени всё чаще стали говорить о преподобном как об «апостоле вятичей» и «равноапостольном просветителе» здешнего края. Фигура Кукши присутствует, между прочим, и на знаменитом монументе «Тысячелетия России» 1862 года в Великом Новгороде — вместе с другими просветителями нашего Отечества: Авраамием Ростовским, Антонием и Феодосием Печерскими и Нестором Летописцем.
Последующие трагические события нашей истории, разумеется, не могли не сказаться на почитании святого; имя его оказалось вскоре совершенно забытым. К счастью, не навсегда: ныне память святого всё больше почитается Церковью и верующими людьми. И это справедливо. Ибо подвижническая жизнь и мученическая кончина преподобного Кукши — несомненно, важная часть нашей истории. В конечном итоге, именно его проповедь, равно как и проповедь других, большей частью не известных нам православных проповедников и миссионеров, на века определила всё содержание нашей истории, превратив Русь из языческой в православную страну.
Опубликовано: журнал «Историк». 2023. № 1 (97). С. 48—51. Подробнее см.: Карпов А. Ю. Преподобный Кукша — просветитель вятичей. М., 2001; Карпов А. Ю. Исследования по истории домонгольской Руси. М., 2014. С. 348—373.