"Воспитывать женщин" хотят в "Институте благородных девиц" V2.0. Инициативу озвучили в Общественной палате. Для этих целей даже попросили выселить из Смольного администрацию губернатора Северной столицы.
Создать "какую-нибудь федеральную систему воспитания женщин" предложил Александр Айгистов, президент Общенационального союза некоммерческих организаций и социальных предприятий.
Разбираемся в сути предложения, вспоминаем, как протекала жизнь в стенах института, и думаем, точно ли оно нам надо.
А что, а зачем?
Возрождение практики отдельного воспитания женщин положительно скажется на подрастающем поколении, считает Айгистов. В стенах учреждения девушек будут воспитывать с упором на "правильные духовные и семейные ценности".
Также предлагается вспомнить тех, кто стоял у истоков института и каким образом они выстраивали "внутреннюю кухню". Организации с подобными порядками Айгистов предлагает консолидировать, а полученный опыт расширить на всю страну.
Первый женский
Долгое время женщины не имели доступа к образованию. Немногие могли позволить обучение на дому.
При Петре I появились школы для девочек, но настоящую революцию провернула главная продолжательница его реформ — Екатерина II. Лёгким росчерком пера она постановила: основать Смольный институт благородных девиц. Задачи описали так: дать государству образованных женщин, хороших матерей, полезных членов семьи и общества.
Смольный стал пионером высших учебных заведений, где учились только девушки. Он оказался первопроходцем как для Российской империи, так и для Европы.
Полная изоляция
В Смольный принимали девушек из благородных, но небогатых семей. Среди провинциальных дворян всё ещё хватало невежд и невеж. Поэтому воспитанниц хотели оградить от пагубного влияния семьи и окружения.
Младшие ученицы изучали Закон Божий, русский и иностранные языки, математику, рукоделие, музыку и танцы. На следующей ступени добавлялись история, география и домашнее хозяйство. Ещё через пару лет переходили к "словесным наукам" — читали исторические и нравоучительные книги. Оставшиеся три года повторяли пройденное.
Изначально упор делался именно на изучение наук, но после смерти Екатерины произошёл резкий разворот в сторону "хороших манер и пристойного поведения". Срок обучения сократился на три года.
Голодно, холодно и некому руку подать
Современники отмечали, что образование в Смольном не отличалось высоким уровнем. Учебников не хватало, а позже их вовсе перестали использовать. Преподаватели составляли заметки, по которым и проводили занятия. Вопросы задавать было запрещено.
Распорядки напоминали казарменные. Униформа, гладкие причёски, перемещение по территории парами в колонне. Редкие прогулки и изнурительные занятия плохо сказывались на здоровье институток. Ещё и в спальнях постоянно было холодно. Сами девочки спали в лёгких ночнушках под тонкими одеялами.
Рацион был скудный: ломтик чёрного хлеба с тонким слоем масла на завтрак, суп на обед, чай и половина булки на ужин. Перед Рождеством и Пасхой — строгий пост.
Шаг влево, шаг вправо — расстрел
Провинившихся стыдили публично. Это касалось и, например, совсем маленьких девочек, которые мочились по ночам. В мокрой простыне их выставляли в коридоре или столовой.
За мельчайшее неповиновение могли обругать, иногда — ударить указкой. Плохо заштопанный чулок прикалывали к одежде, лишали трапезы. Разговаривать с оступившейся строго запрещалось.
За годы затворничества многие теряли связь с реальностью, не умели обращаться с деньгами, вели себя легкомысленно и надменно, отрекались от родни. Впрочем, на количество желающих приобщиться к институтскому обществу это не повлияло.
Ностальгия или ретроградство?
Тренды в современном воспитании оставляют много вопросов. В одном углу ринга — бежевые мамочки и вседозволенность, в другом — сторонники ежовых рукавиц, которые точно знают, "как надо".
Насколько предложенная инициатива будет продуманной, полезной и добровольной, покажет время. А пока зададимся вопросом: кого мы на самом деле хотим воспитать — достойных женщин или послушных девиц?