и эяков были минимальны или же вообще отсутствовали.
В это время к Якутату подходила крупная (почти в 300 человек) русская промысловая партия, возвращавшаяся на Кадьяк, которая рассчитывала отдохнуть в Новороссийске и переждать там надвигающуюся непогоду. Однако, узнав об уничтожении крепости, они впали в такой страх перед нападением индейцев, что решили выйти в море, несмотря на шторм (как впоследствии будут делать владельцы судна «Сосновый Бор» - кто знает, тот поймёт) и лишь 30 совершенно обессиливших от долгого пути человек предпочли скорее смерть от рук индейцев, чем продолжение похода. В итоге все 250 промысловиков, вышедших в море, погибли в буре, став ещё одними косвенными жертвами атаки эяков, а 30 оставшихся не столкнулись с врагом и выжили.
Воодушевлённые успехом эяки под предводительством Тануха направились к Константиновской крепости, располагавшейся около эскимосского посёлка Нучек, намереваясь сделать в ней тоже самое. Русские встретили их радушно, и у индейцев были все шансы осуществить свой план. Однако бежавший от них пленный мальчик-эскимос рассказал местным жителям об их замыслах. Эскимосы-чугачи, традиционные враги тлинкитов, узнав обо всём, по уговору с русскими пригласили эяков к себе на вечер на танцы. Те, чтобы не возбуждать никаких подозрений, приняли приглашение, и в разгар дискотеки чугачи прямо на танцполе перебили своих гостей, а Танух, вероятнее всего, был схвачен русскими и зарезался. Выжившие в ходе резни эяки с перепугу отплыли восвояси, не ознакомившись с прогнозом погоды, и по большей части погибли в море, а оставшиеся были выброшены на берег, где чугачи с удовольствием окончательно довершили то, что не смогла полностью сделать стихия. После этой истории тлахаик-текуеди активно занялись самоуничтожением с помощью межплеменных войн, и в результате весь род Тануха вскоре был почти поголовно истреблён. Но Новороссийск также уже больше никогда не заселялся. Короче говоря, все умерли. Такая вот история.
©Иван Саркисов
