Журнал Circus. 30 ноября 1987
Недавно участники BON JOVI оторвались от своего напряженного пятнадцатимесячного мирового турне достаточно надолго, чтобы оттянуться в окружении тяжеловесов музыкального бизнеса и друзей на роскошной яхте World Enterprises. Когда судно проплывало мимо озаренной закатом Статуи Свободы, три сотни гуляк потягивали шампанское и трескали горы креветок под звучание винтажных STONES, ZEPPELIN и BEATLES, пронизывавшее три уровня судна.
Отдых или очередное бизнес-общение? Немного того и другого: если парни BoJo выглядели счастливыми и раскованными, то это могли быть либо три вида спагетти, либо тот факт, что альбом Slippery When Wet недавно преодолел отметку в десять миллионов продаж. Это могли быть устричные тарелки или предвкушение концертов европейского и японского турне. Это мог быть открытый бар или недавнее волнение от записи вживую новой песни I'll Be Your Backdoor Santa для предстоящего благотворительного альбома Special Olympics.
Или это просто остаточное возбуждение от года, в течение которого BON JOVI добивались успеха на гастролях, раздавали случайные хиты LOVERBOY, Чарли Секстону и Теду Ньюдженту, продюсировали треки для следующего альбома CHER и включили песню Raise Your Hands в саундтрек к фильму Spaceballs / Космические яйца. Как после этого они могли не ждать с нетерпением канадской зимней миграции, чтобы записать долгожданного преемника Slippery?
Когда недавно журнал Circus встретился с Ричи Самборой из BON JOVI за кулисами в Портленде, джерсийский акцент худощавого гитариста не мог скрыть харизматичного, мальчишеского энтузиазма. Он приправил свой рассказ о тяготах и бремени гастрольной жизни цифрами продаж, которыми гордился бы любой волк с Уолл-стрит: «Это место распродано полностью!» – восторженно воскликнул он. «Не осталось ни одного билета!»
Именно в этом заключается суть рок-н-ролла Ричи. «Я», – говорит он мрачно, – «самый счастливый человек на земле».
Ты всегда был музыкантом?
– Я начал заниматься музыкой, когда мне было семь лет. Я играл на самых разных инструментах: аккордеоне, фортепиано, трубе и саксофоне. Я сам научился играть на гитаре в четырнадцать с половиной лет. Это был метод проб и ошибок: если что-то не получалось, я пробовал другое. Я много играл ALLMAN BROTHERS, SANTANA и URIAH HEEP.
– Думаю, самое важное, чему я научился на самообучении, это душевность. Неважно, что ты играешь, если ты этого хочешь, это имеет значение.
Кто был и остается твоими героями гитары?
– Боже... Эрик Клэптон, Джефф Бек, Джимми Пейдж, Брайан Мэй. Блюзмены типа Джонни Винтера. Помните Johnny Winter And / Live? Потрясающе! Я научился играть на гитаре под этот альбом, я знаю его как свои пять пальцев. Мой гитарный техник, Гэри Дуглас, работал с Джонни и Мадди Уотерсом.
Если бы ты оказался на необитаемом острове, какие пять альбомов ты бы хотел иметь с собой?
– Я бы взял Peter Gabriel Live. LED ZEPPELIN должен быть там со мной. Abbey Road THE BEATLES тоже. Давайте посмотрим... о, Layla Эрика Клэптона. И White Trash Live Эдгара Уинтера. У меня до сих пор есть эта запись на восьми дорожках! Я сидел в своей комнате на кресле-мешке, включал ультрафиолет, одевал наушники и слушал его [смеется].
– Я очень открытый слушатель. Я слушаю всё: от [классического пианиста Владимира] Горовица в Лондоне до METAL CHURCH! [смеётся]
Как возникла отсылка к Dazed and Confused в твоем расширенном сценическом соло?
– В своих соло я пытаюсь прочувствовать, в каком месте мы находимся. На юге я немного исполнил LYNYRD SKYNYRD. В Техасе – The Yellow Rose of Texas. В районе Джорджии/Флориды я исполнял ALLMAN BROTHERS. А в Калифорнии я слушал Led Zep IV, вечером вышел на сцену, смотрел в зал и видел парней, выглядящих как металисты. Так что я, наверное, пошел им навстречу с Dazed.
Шоу кажется действительно хорошо отработанным. Сколько в нем места для спонтанности?
– В каждой песне есть смысл. Как гитарист, я стараюсь дать ребятишкам соло, которое есть на пластинке, а затем, в конце песни наступает время спонтанности. Это важно после стольких лет на гастролях.
Да, но как сделать так, чтобы это не стало рутиной спустя год?
– Мы меняем шоу. Оно изменилось с начала тура. Еще мы начали джемовать в конце вечера, когда вспоминаем CINDERELLA и исполняем старые песни, например, American Band GRAND FUNK, немного CREEDENCE [Traveling Band – ред.] или AC/DC.
– Кроме того, любой, кто приходит на шоу, будет джемовать. [Бас-гитарист VAN HALEN] Майкл Энтони появился как-то вечером. Мы сказали: «Поднимайся!» Так нас учили в Джерси: ты должен джемовать! Есть группы, которые разделяют эту позицию и веселятся. Дети хотят видеть, как вы веселитесь. Им это нравится.
Улучшились ли ваши результаты как живой группы?
– Я всегда считал нас хорошей живой группой. Когда мы были молодой группой, мы были спаянны как задница краба, что само по себе уже водонепроницаемо! И если уж на то пошло, то со временем мы стали еще сплоченнее.
– Кроме того, мы не боимся оставаться на гастролях и нести музыку людям. Мы будем играть где угодно, мы будем играть в платном туалете за сдачу, понимаете? Если бы было место для игры на Луне, мы были бы там.
Что отличает BON JOVI от других современных групп?
– Мы намного тяжелее многих групп, но я бы никогда не назвал нас хэви-метал-группой. Я бы назвал нас американской рок-н-ролльной группой. Вы даже можете назвать это пауэр-роком, потому что мы любим играть громко.
– И BON JOVI наслаждаются своим успехом. Мы наслаждаемся этим с 20 000 человек каждый вечер. Это то, ради чего мы живем. Это звучит банально и как куча дерьма, но это чистая правда.
– А еще нам нравится веселиться. Мы хотим, чтобы люди смеялись и веселились. Иногда Джон такой смешной на сцене, что я смеюсь до упаду. Он такой бунтарь. Подростки это подхватывают типа: «Эй, они хорошо проводят время».
– Для нас не важно быть самой скандальной группой недели. Это для хэви-метала, людям это нравится, и это здорово. Но этого недостаточно. Это не то, что мы есть, так почему мы должны пытаться быть кем-то, кем мы не являемся? Мы в своем роде естественные и прикольные парни.
Каков ваш рецепт хорошего концерта?
– Хорошо проводить время, чувствовать себя комфортно и участвовать в шоу. Мне никогда не нравилось, когда меня оттесняли во время концертов. Я думаю, это одна из вещей, которую Джон делает хорошо, он хороший фронтмен.
– В начале, когда у вас есть только сорок минут, чтобы сделать шоу, вашим центром внимания будет ваш певец. Но в этом году мы все предстали перед публикой, и зрители знают, что мы все довольно хорошие музыканты.
Вас раздражает, когда люди на улице кричат при виде вас?
– Да, такое случается. Но это часть работы. Это может быть утомительно, если людей слишком много. Если вы встретите нас в баре, вы увидите, что мы такие же, как и все остальные, мы носим нижнее белье и носки! Мы любим сэндвичи и чизбургеры. Но не стоит ждать, что мы будем обходительны с полусотней людей. Дело не в том, что встреча с пятьюдесятью людьми – это обуза, а в том, что приходится укладывать общение со всеми в пять минут.
Насколько вы близки с Джоном?
– Мы взяли на себя обязательство друг перед другом, когда все только начиналось. И это обязательство стало только сильнее, потому что мы оба его выполнили. В этом году мы еще больше сблизились. Мы так зациклились на усердии в начале отношений, что я не знаю, был ли у нас шанс узнать друг друга как людей. Мы знали характеры друг друга, но мы не знали мелочей о том, что нам нравится.
Как сделать так, чтобы не надоедали одни и те же лица из месяца в месяц?
– Я скажу тебе, чувак: мы все еще хорошо проводим время. По сей день. Каждые отношения – это работа, поэтому мы работали над тем, чтобы понять маленькие странности каждого.
– Я думаю, что наша малая родина Джерси тоже повлияла на нас. Речь идет о силе семьи. Когда вы даете кому-то обязательство, вы его выполняете, независимо от того, это отношения с семьей, с девушкой, деловые отношения, отношения с братом. Вот так мы держались вместе, и если кто-то вставал у нас на пути, мы выбивали из него все дерьмо!
Как тебе удалось сохранить личные отношения?
– У меня давно не было личных дел. Наконец-то у меня появилось время узнать женщину, и я почувствовал, что могу ей что-то дать. Раньше все мое время и энергия были съедены рок-н-ролльным образом жизни. Я не могу говорить о политике, потому что я ничего не знаю об этом дерьме. И я не могу говорить об экономике или правительстве, потому что я в этом не разбираюсь. Я горжусь тем, что я американец.
– Но я шарю в рок-н-ролле.
Какова твоя версия рок-н-ролльной жизни?
– Это исследование жизни. Какое-то время я учился в колледже, но это был не я. Я боялся, что стану глупым. Но теперь я доктор жизни! Я изучаю, как смотреть на мир. Все эти путешествия – это интересные изменения, которые нужно пережить в своей жизни.
Как это влияет на твое творчество?
– Это уникальная перспектива. И мы серьезно относимся к сочинению. Мы не из тех групп, которые будут выдавать дерьмовые тексты. Самое важное в написании песни – это процесс общения. Некоторые, когда пишут песню, уходят в себя. И они говорят: «Общение отвлекает!» Нет, это не так! Это самое важное.
– Когда мы с Джоном пишем, мы можем придумать рифф, слово, название, мелодическую линию. Всегда разная атмосфера, в зависимости от того, пишем ли мы на клавишных, акустической гитаре, электрогитаре. Это защищает нас от эффекта классификации: если вы играете одну и ту же музыку на пяти пластинках, что будет с вашими поклонниками? Они заскучают. И группе станет скучно.
Нервничаете из-за высоких позиций, что станете лучше Слиппери?
– Нет, чувак, это дичь, и я уже вижу прогресс. Это естественный прогресс из-за всего, что мы пережили в этом году: триумфы, дерьмо, фрустрации, эякуляции!
– Мы снова пишем с Десмондом Чайлдом и работаем с [продюсером] Брюсом Фейрберном. Он отличный продюсер. Вместо того, чтобы взять все на себя, он позволяет нам играть то, что мы играем, и делает звучание хорошим. Это работа продюсера.
Что произойдет, когда ваши поклонники вырастут и изменятся?
– Мы тоже вырастем! Это одна из вещей, которая мне нравилась в BEATLES и LED ZEPPELIN, группа росла. Мы вырастем, но не слишком! [смеется] Рок-н-ролл не оставляет тебе слишком много места для роста.
#BonJovi #JonBonJovi #RichieSambora #heavymetal #rock
Читайте больше в HeavyOldSchool