Друг 1 Виктор Винничек
роман
В память о нашей юности.
«Ну и пусть,
Будет не лёгким мой путь
Тянут ко дну боль и грусть
Прежних ошибок груз».
Юрий Лоза.
Глава 10 в. Экзамены.
Сегодня экзамен по физике, у меня хорошее настроение. Теорию я выучил досконально, а с задачами будет всё хорошо, в Викторе я больше не сомневался, тем более, что после консультации он осмотрел аудиторию. Это была не большая аудитория размером девять на шесть метров. Размер аудитории он определил по колоннам. Саньку и Ваньку он велел садиться за самый дальний стол от преподавателя в среднем ряду. Мы сядем за стол ближе к преподавателю сразу перед ними. Репетицию мы не проводили, Таня больше к нам не заходила. Вот я пошёл первый в военной форме. В аудитории ходила худощавая женщина, выше среднего роста. Она указала мне на стол с разложенными билетами. Я взял билет, лежащий с краю и сел за предпоследний стол в центральном ряду. Следом зашел Виктор, взял билет и сел рядом со мной. Санёк и Ванёк, как договаривались сели за нами на «камчатку». Преподаватель запускала абитуриентов группами по восемь человек в каждой. Зашли две девчонки и сели за средний стол в нашем ряду. Они жили в соседнем общежитии и ходили на подготовительные курсы, одна из них даже успела познакомиться со мной.
Она то и рассказала мне историю, произошедшую в аудитории после того, как я вышел из неё. Потом, зашли две девчонки из города, они не ходили на курсы, и сели за первый стол в нашем ряду под носом у преподавателя. Я прочитал свой билет и сразу положил его перед глазами Виктора. Он прочитал его, и стал диктовать мне решение задач. За время пока все зашли у меня в черновике были решены две задачи. Ванёк и Санёк по очереди читали свои задачи Виктору, и он диктовал им решение. Наших голосов не было слышно. Когда Санёк дописывал последние строчки в черновик, экзаменатор заметила, что у Виктора всё время шевелятся губы и подошла к нам. Виктор догадался, в чем причина её визита, и продолжал шевелить губами молча. Экзаменатор постояла около меня, потом обошла сзади ряд и стала около Виктора, попутно заглянув в наши листы. Все были заняты делом. Только Виктор сидел над чистым черновиком, и молча, шевелил губами. Она взяла в руки его билет и сказала:
- Хватит богу молиться, возьмите себя в руки, билет, конечно тяжёлый, особенно последняя задача длинная. Берите пример с ребят они на верном пути.
- Хорошо, спасибо за заботу! - Сказал Виктор.
И словно проснулся, перестал шевелить губами и взялся за работу. Вот экзаменатор пригласила меня за стол, проверила мои задачи, сказала решение безукоризненно и стала слушать, как я отвечаю теорию. Я не знал, каково положение у Виктора и как мог, тянул время, отвечал медленно, смакуя каждое предложение. Дослушав меня до конца, экзаменатор похвалила меня, и поставила мне пятёрку. Я довольный выбежал из аудитории.
- Иди сюда богомол! Давай посмотрим, что ты там на молил?
Позвала она Виктора. Девчонки хихикнули на первом ряду. Виктор подошёл и сел рядом с преподавателем. Та посмотрела его листок и сказала:
- Молодец первую задачу решил, и вторую попытался. Какие-то формулы без цифр и точки после запятых, даже ответ правильный написал. Запись правильного ответа без решения, странно. Я не засчитываю вам эту задачу. Тут Виктор возмутился:
- Как не засчитываете? Я решил эту задачу. Я составил уравнение на основании физических законов, объем болона, и давление газа в баллоне обозначил буквами; объем цистерне и давление в ней тоже обозначил буквами. В задачи спрашивается, через какое время газ перестанет выходить из баллона, если его присоединить к первой цистерне, ко второй, к третьей. Газ перестанет выходить из болона, когда давление в баллоне уровняется с давлением в цистерне. Я решил это уравнение, найдя время, которое я обозначил буквой т. Затем я преобразовал его в математическую прогрессию, зависящую только от объёма цистерне, это как вы изволили выразиться, точки после запятых. Подставьте только объем цистерне и сразу получите ответ.
Экзаменатор покраснела, так как не совсем поняла его объяснения.
- Хорошо, допустим, вы решили правильно, но почему не получается ваш ответ, если заменить буквы цифрами.
И она показала подстановку, сделанную ей на бумаге.
- Потому, что объём болона, нужно из литров перевести в метры кубические, так как сейчас действует международная система СИ и все подставленные числа вместо букв должны быть в этой системе.
Экзаменатор снова покраснела, когда увидела, что решение подсчитывается устно.
- Хорошо, я вам засчитываю и вторую задачу. Рассказывайте дальше по билету.
Виктор ответил хорошо больше школьной программы. За время его ответа экзаменатор пришла в себя, она изменилась в лице, в её голосе появилась злость и негодование.
- Хорошо, назовите мне годы жизни великого физика Фарадея.
- Точно не знаю, я не тратил свою энергию на запоминание дат рождения учёных. Я потратил её на изучение законов открытых ими, и их применения на практике,-честно ответил Виктор.
Он понял, почему возник такой странный вопрос и заволновался о судьбе ребят, которые на камчатке ждали своего часа.
- Это, что же у нас получается, законами открытыми великими физиками он пользуется, а самих физиков знать не желает?! Паразитизм какой-то, другими словами ваше поведение не назовёшь. Больше четвёрки вы не заслуживаете.
Передёрнула его слова преподаватель, и Виктор, молча, ушёл от греха подальше, хотя не добирал один бал до проходного. Две четвёрки и пятерка не гарантировали зачисления на факультет ПГС. После ухода Виктора она пригласила к себе двоих дембелей сразу, потому что нарушала график приёма.
- Идите сюда вдвоём, братцы кролики! - С ехидной улыбкой позвала она ребят. Они подошли и сели на стулья, она встала по такому случаю сама, указав Ваньку на освободившееся место, и потребовала рассказ, по теории не глядя в его листки. Ванёк ответил точно по учебнику. Потом она спросила, как он решал задачи. Ванёк, помня слова Виктора на письменном экзамене, заучил решение задач на память и рассказал экзаменатору. Тогда экзаменатор предложила решить ему задачу гораздо проще, по той же теме. Он не смог решить.
- Вам, удовлетворительно! - Сказала экзаменатор.
Ванёк ушёл, экзаменатор села на своё место и принялась за второго кролика. Пока она проверяла решённые им задачи. Санёк, как смог отвел теорию. Тогда она дала ему простенькую задачу по его теме, и он на его счастье её решил.
- Вам, тоже удовлетворительно! Если бы вы не решили эту задачу, я вам поставила бы неудовлетворительно.
В конце она так разошлась, что поставила только три четвёрки, а остальные тройки и много двоек.
- И так, что мы имеем: У меня пятнадцать, у тебя тринадцать, у ребят двенадцать балов. Нам надо написать сочинение на тройку, и дембеля поступят. Только твоё поступление остаётся под вопросом, сказал я, тревожась за Виктора, после подведения итогов трёх сданных экзаменов, когда мы пришли в комнату.
Бугай, зашедший к нам в комнату, сообщил, что он сдал физику на тройку, а Паскаль на четвёрку. Паскаль сейчас оканчивает дописывать свои шпаргалки и никуда не выходит. Бугай в коридоре института встретил Таню, к ней приезжал отец, он снял ей квартиру в городе. Она похвасталась ему, что сдала физику на четвёрку. Паскаль и Татьяна набрали проходной бал на свои факультеты, а Бугай, как и Виктор не добирает один бал, потому что на его факультеты проходной бал одиннадцать. На сочинении всех нас ожидал сюрприз. Накануне нам объявили, что приехала государственная комиссия из Минска, по надзору за сдачей экзаменов по вузам республики. Её представители будут присутствовать во всех аудиториях, где будут писать сочинение, так что списать будет невозможно. Мне хорошо давались языки, и я был уверен, что на четвёрку я напишу. И своё обещание по поводу проверки на грамотность сочинения Виктора я не забыл.
Сели мы с ним в среднем ряду в средине. Санёк и Ванёк не успели сесть за нами, как договаривались. Их место заняли девчонки. Пока они упрашивали девчонок уступить им место, все столы в аудитории заняли, и остался только первый стол в правом крайнем ряду, и им пришлось сесть за него. Они тогда не знали, что это место им было послано свыше. В аудиторию вошла группа экзаменаторов во главе с председателем комиссии. Экзаменаторы расселись по два человека на ряд на заранее поставленные им стулья. В начале и конце каждого ряда глазами друг к другу. Так что за каждым рядом следило четыре глаза. Председатель комиссии из Минска вскрыла два конверта, один для первого, второй для второго варианта. В каждом варианте было три темы, их девушка секретарь написала на доке, и раздала по рядам проштампованные листочки бумаги для письма. После этого председатель комиссии включил секундомер и сказал, что у вас шесть часов. Я выбрал тему: «Творчество А.С. Пушкина в русской литературе». Виктор писал на свободную тему: «Почему ты решил поступить в наш институт?». Списать было не возможно, за малейшее нарушение выгоняли из аудитории. Я вошёл в тему и никак не мог закончить её. После того, как прошло четыре часа, я понял, что пора закруглятся, а то я не успею переписать сочинение в чистовик и резко оборвал тему, полностью её не раскрыв. Я посмотрел на Виктора, он всё время правил свой черновик, вычёркивал лишнее, заменял слова, в которых не был уверен, что правильно написал их. Нас предупредили, что за малейшее открытие рта, будут выгонять. После того, как трёх человек выгнали за это, в аудитории наступила мёртвая тишина. Было слышно только, как скрепят ручки у некоторых ребят. Я подумал, что Виктор отчаянный человек, раскрыть такую тему даже я не смог бы. Время не шло, а летело. Вот председатель комиссии объявила, что пошёл последний час. Я дописал последнюю строчку в чистовик и посмотрел на Виктора, он уже проверял свой чистовик. Я даже не успел проверить своё сочинение, как у меня его забрали. Я вышел из аудитории с чувством вины перед Виктором. Видя это, он сказал:
- Не волнуйся за меня, твоя проверка меня не спасла бы, я всё ровно не добрал бала. Главное, чтобы ты написал, жалко будет не поступить с такими отметками. Потом он куда-то ушел, вернулся только поздно вечером и сказал:
- Был на городском пляже, хоть наплаваюсь в последние дни. Через три дня надо съезжать с общежития. Завтра с утра сходи, посмотри, что ты получил, а я пойду на пляж.
Тут я не удержался и рассказал ему, как писали сочинения Санёк и Ванёк. Вот они сели за первый стол в крайнем правом ряду. Против второго стола поставили, стул на который пришла и сразу села крупная полная женщина под пятьдесят лет. Она редко вставала с него. Ходила лишь, когда требовал этого уставший от сидения позвоночник. Тогда она поднималась и ходила между рядами. В это время трещал стул под женщиной. Стул потрескивал даже тогда, когда она поворачивала голову. Санёк и Ванёк знали, что делает экзаменатор, на каком расстоянии женщина находится от них и даже куда смотрят её глаза. Им для этого не надо было поворачивать голову назад и получать замечания. Когда женщина сидела, за её крупным телом, ребята были не видны остальным наблюдателям. Санёк и Ванёк не смогли бы сами написать сочинение по любой теме. У них для этого были шпаргалки сочинений, написанные на таких же листах в линейку из школьных тетрадей, как на экзаменах, только без штампа. Грех было не воспользоваться тепличной обстановкой для списания, тем более помогли навыки приобретённые на службе в армии, когда они с увольнения проносили в казарму в грелке водку. Вычислили время, когда женщина, сидела на стуле к ним спиной, нашли нужные темы, достали листы на стол и накрыли их листком со штампом. Поднимали сверху листок, читали предложение и списывали его в черновик. Получалось, что думают и пишут они сами. Написав черновик, они спрятали не нужные уже листы шпаргалки и переписали сочинение с черновика в чистовик.
Паскаль и Бугай тоже списали свои сочинения со шпаргалок размером меньше игральной карты, они вмещались в их кулак. Опыт Шулерства в картах этому поспособствовал. Паскаль ведь на многие темы подготовил такие шпаргалки. Одна из них, была по теме Бугая, а у Паскаля даже две шпаргалки подходили к его темам. Он выбрал себе ту, которая короче и передал нужную шпаргалку Бугаю. Когда я пришёл к Виктору на пляж, было часов десять. Я рассказал ему, что я, Санёк и Ванёк написали сочинения на тройки и ждём приказа о зачислении на факультет. Бугай и Татьяна написали сочинения на четвёрки, и ждут зачисления на свои факультеты. Как не странно Паскаль сделал пять ошибок, когда переписывал с черновика в чистовик, в черновике было всего три, но он совсем забыл о запятых. Так что если бы он сделал три ошибки, у него всё ровно получалась бы двойка. Из-за того, что многие, кто набрал проходной бал, написали сочинении на двойки, на факультеты поступят, даже те, кто не добрал балы. Что странно твоей фамилии нет в двоечниках, нет её и в троечника, нет её и в четвёрочниках. Её наверно потеряли.
- Или я сделал столько ошибок, что написал на единицу, поэтому меня нет в этих списках. Сейчас это не важно. Главное, что вы поступили. Обидно, что Паскаль не поступил, он хороший, просто не повезло парню, - сказал с досадой Виктор.
- Пойдём, узнаем в каких ты списках, без тебя не покажут, там сверяют личность с паспортом. Паскалю пришлось бежать за паспортом, чтобы увидеть свою работу. Я из-за этого и прибежал к тебе. У меня сегодня свидание с Ириной. Помнишь, она назначила мне свидание в субботу? Так оно сорвалось, когда я пришёл, в дверях торчала записка: «Если можешь, прости, мне пришлось ехать с родственниками. Забери записку с собой, я буду знать, что ты был и приходи через неделю в это же время»,- сообщил я Виктору последние новости.
- Ладно, завтра сходим, сегодня я никуда с пляжа не уйду, - сказал Виктор и поплыл на средину реки,
а я ушёл готовиться к свиданию.
Свидание прошло успешно. Ирина вначале сообщила, что её сестра завалила экзамен и уехала в деревню. Бабушка уехала с ней, и она пока осталась за хозяйку. Я пришёл в общагу только утром, когда Виктор ещё спал. Мы так подошли друг другу с Ириной, что договорились встречаться раз в неделю без всяких обязательств. Она дала мне номер телефона для связи, меня это вполне устраивало. После свидания я завалился спать. Когда я проснулся, Виктор укладывал свой чемоданчик, выбрасывая всё лишнее из него.
- Сегодня воскресенье. Во вторник край, мне надо быть в Минске, может и там повезёт с работой. Минск очень современный и красивый город, но большой и дорогой для меня и я не смогу там каждый день летом купаться, - сказал мне Виктор и вышел, чтобы вернуть книгу в соседнюю комнату. Я взял отдельно лежащую открытку с видом Университета в Минске, и перевернул её. Там на машинке был напечатан следующий текст:
- Вы, Виктор Леонидович, успешно окончили заочную Физико-математическую школу при Государственном Университете, на протяжении последних двух лет, неоднократно были призёром и победителем на районных и областных олимпиадах по физике и математике. Вы являетесь одним из десяти финалистов, отобранным на олимпиаде проводимой газетой Знамя Юности в городе Гродно, для участия в Республиканском финале. Мы будем рады принять вас на первый курс физико-математического факультета нашего Университета без экзаменов. Для этого вам необходимо явится в наш деканат и подать свои документы не позднее … … … … … … .
В это время стала открываться дверь, и я перевернул открытку и положил её так, как она лежала до этого, на кровать. Вернулся Виктор уже без книги. Так вот, что ты за гусь. Оказывается птица такого высокого полёта, живет со мной в одной комнате. Мне не захотелось терять такого друга, который безвозмездно обеспечил поступление трём дембелям на факультет ПГС, сказать, кому не поверят. Факультет очень тяжёлый для учёбы. Потяну ли я его, без помощи друга? Говорят, что после первой сессии многих отчисляют из этого факультета за неуспеваемость. Поэтому в каждую из четырёх групп принимают на пять человек больше, чем требуется по госзаказу. Мне стало страшно остаться одному. И я ему сказал:
- Бери паспорт. Пойдём к секретарю факультета. Её обязали, и она до обеда работает. Узнаем на что, ты написал, - сказал я и потянул Виктора в деканат.
Секретарь проверила паспорт у Виктора, выслушала его претензии. Дело в том, что в субботу написали сочинение вечерники и заочники. Результат их трудов был вывешен на доске объявлений. Некоторые из них приходили, запрашивали свои работы, и девушка по горячим следам обслуживала их, а нам велела немного подождать.
- Значит вы, Виктор Леонидович, не можете найти свою отметку по сочинению. Поздравляю вас. Вы только один из семи тысяч абитуриентов в нашем институте написали его отлично по языку и литературе. Строгая Минская комиссия поставила вам пять за содержание и пять за грамотность.
Своими словами, секретарь ошарашила Виктора. Он мне как-то говорил, что по литературе ему всегда ставили пятёрки, но больше четвёрке за грамотность он никогда не получал, даже были и тройки. Он всегда спешил и был не внимателен, часто вместо русского «и», мог написать белорусское «i» с точкой, пропустить согласную букву в длинном слове или не поставить парочку запятых. Видя недоверие Виктора словам секретаря, я сказал:
- Будьте добры покажите нам его работу.
- Не могу, её забрала председатель комиссии в Минск. Это сочинение признано одним из двенадцати лучших сочинений написанных абитуриентами в вузах Белоруссии за последние пять лет. Председатель комиссии профессор на кафедре журналистики в Белорусском Государственном университете увезла его. Она готовит к изданию книгу под названием: «Лучшие сочинения последних пяти лет, написанные абитуриентами, поступающими в вузы Республики». Книга выйдет в следующем году вот там и посмотрите.
Сказала мне молодая девушка, которая уже успела положить на меня глаз. Затем она отдала Виктору открытку с видом Университета, такую я уже видел у него на кровати, и попросила нас никому не рассказывать, боясь, что об этом узнает декан. Не передать открытку она не могла, потому что сама заочно училась в этом университете. Декан уже распорядился зачислить вас Виктор Леонидович в лучшую группу первого курса ПГС- 11 под десятым порядковым номером, когда уехала комиссия. Мне строго наказал:
- Смотри, Тамара, не упусти парня, отвечаешь головой. А то я этого профессора Лисицу знаю, сманит, и глазом не успеешь моргнуть. Грамотные люди очень нужны и на нашем факультете.
Я улыбнулся, одарил секретаря ласковым, многообещающим взглядом. Ведь для меня она, так тонко назвала своё имя, словами декана. И я решил последовать её примеру. Уходя, я протянул ей свою руку и сказал:
- Спасибо за участие. До скорого свидания. Спите спокойно, Григорий не позволит своему дугу лишить вас головы.
Мы ушли в свою комнату в общежитии, где прочитали текст на открытке. Красивым женским подчерком там было написано:
«Виктор Леонидович! Не ошибитесь в выборе профессии. У вас врождённый талант журналиста. Ещё раз подумайте об этом. Если надумаете, то приезжайте в Университет на кафедру журналистики. Возьмите открепительный талон о сдаче экзаменов в вашем деканате, и вы будете зачислены на наш факультет без конкурса. Декан кафедры Журналистики, профессор Лисицына»
- Что ты решил, друг мой ситный, Минск или Гомель? - Спросил я в шутку Виктора.
- Сейчас Гомель! Здесь у меня работа, с голоду не умру. В Минске жизнь дороже, там мне не на что будет жить. Да и река здесь в шаговой доступности, выразил свои мысли Виктор, и хотел спрятать открытки в чемодан.
Я, боясь, что он передумает, попросил у него открытки и спрятал у себя, сказал при этом:
- Тебе они не нужны, а я перед мамой и сестрой похвастаюсь, кто у меня друг.
- Не бойся, не передумаю, куда мне баз тебя! - Угадал Виктор мои мысли, и мы ушли на пляж.
Предварительно он позвонил бабе Клаве, что выйдет за неё дежурить. Когда мы пришли на пляж на своё место, Виктор сразу разделся и уплыл по своему маршруту, а я разделся, расстелил плед и стал загорать. От нечего делать я стал наблюдать за отдыхающими. В метрах десяти от меня, я вдруг увидел одиноко лежащую Ирину. Её красивая спина загорела так, что она стала шоколадно-коричневого цвета, и её кожа уже нисколько не боялась солнца. Она зубрила учебники, и даже ни на минуту не поднимала свою головку. Между ней и мной лежали девчонки. Они то и делали, что смотрели по сторонам, выискивая себе ребят. У Ирины завтра был последний экзамен, если оно сдаёт его на отлично, то набирает проходные балы и поступает в Университет. Я не стал её отвлекать, лёг на спину и стал смотреть на небо, наблюдая за облаками. Эту привычку я перенял у Виктора. Он говорил, что так расслабляется. Только делал он это на средине реки, лёжа на спине и сплавляясь по течению. Мне было так хорошо, что лучше не бывает. Я поступил в институт на самый лучший факультет, о нём месяц тому назад я даже не мечтал. У меня есть красивая девушка, с которой не стыдно быть в любой компании. У меня родилась маленькая сестричка. И даже верный, но непутёвый, друг остался в Гомеле, он отказался от места в Университете в Минске.
Наконец, вернулся Виктор с холодным, как ледышка телом. Он стал сохнуть у моих ног, его фигура бросала тень на моё тело. Когда у Виктора высохли плавки, я пригласил к нам Ирину, и мы стали праздновать наше поступление. Сумку, которую я вчера приготовил Виктору в дорогу, я взял сегодня на пляж. Кроме закуски там была и бутылочка полусладкого Массандровского вина. Мы на троих раздавили этот огнетушитель. Правда Ирина выпила всего половину гранёного стакана, ей мы налили первой и я допил за ней. Потом Виктор налил мне стакан, и мы чокнулись. Я стаканом, Виктор бутылкой и выпили всё до дна в своей посуде. Потом хорошо прикусили. Ирина пошла, учить дальше свои учебники. Мы с Виктором спланировали время до сентября. Я, когда Ирина сдаст экзамены, решил свозить её на неделю и показать бабушке. Потом Ирина уедет к себе домой, а я к родителям. Виктор сказал, что останется в Гомеле и постарается заработать денег, сколько сможет, для дальнейшего проживания в общежитии. К вечеру Виктор ушёл, готовится на дежурство в садик
а я перешел на плед к Ирине.
Немного погодя, мы решили закрепить прочитанный в субботу материал, и пошли во временное жилище Ирины. Закрепляли мы его до рассвета, потом я уснул и нее слышал, как Ирина ушла на экзамен. Я проснулся от её поцелуя, она сообщила, что сдала экзамен на пятёрку и поступила в Университет. Потом она пригласила меня на кухню и мы, как положено, отметили наше поступление бутылкой шампанского, выпили мы её не сразу. Допивали среди ночи, когда уставали от объятий друг друга. Утром я пришёл в общежитие, когда Виктор спал после ночного дежурства. Его разбудили и пригласили к телефону, и он ушёл, скорее всего, к Свете. А я пошёл на железнодорожный вокзал и купил два билета.