Вы мне не нужны (8)
Глава 8
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Я легла, положив руку тыльной стороной ладони на глаза. За окном давно стемнело, по-прежнему стучал дождь. Варя сладко спала у меня под боком, а я так сильно устала, что никак не могла заснуть. Даже не верилось, что этот длинный-предлинный день закончился. Не верилось, что Давид нас только вчера выгнал из дома. Будто целая вечность прошла. А он ведь даже не позвонил и не поинтересовался, как вообще мы устроились и где. Господи! Какая же я глупая! Он же сказал, что мы с Варей ему не нужны, и дал полчаса на сборы. С чего бы ему интересоваться? А сестра? Приревновала мужа, поверила его словам и тоже выставила жить бок о бок с незнакомым человеком. И лишь Илья, этот самый незнакомец, оказался единственным, кто помог.
Когда он вернулся домой ближе к вечеру, я успела разгрести одну комнату, в которой оказалась уйма старых вещей. Они принадлежали, кажется, еще дедушке с бабушкой, какие-то фуфайки, спортивные костюмы с дырками, шерстяные кофты, проеденные молью, даже детская шуба из «чебурашки». Ничего ценного в этих вещах я не нашла. Даже наших со Светкой вещей не было. Может быть, они хранились во второй комнате, но сил разбираться там у меня не хватило. Все ненужное я выставила на крыльцо, а приехавший Илья помог это выбросить. Он купил мне продуктов, а еще принес из своей комнаты новый комплект постельного белья, сказав, что он лишний, а мне с ребенком может пригодиться. Я так благодарна была ему за помощь, за то, что отнесся к нам по-человечески, что расплакалась. Илья лишь нахмурился, покачал головой и ушел.
Следующие три дня мы практически не пересекались с ним. Кажется, он много работал, рано уезжал, а когда приезжал, то мы с Варей оставались наверху, не желая ему мешать.
На четвертый день нашей с дочкой жизни в новых условиях мне позвонила близкая подруга.
— Вы с Давидом разбежались? — в лоб спросила Настя.
— Разбежались? — поморщилась я. — Это он так сказал?
— Ага, мы тут собирались старой компанией. Давид тоже пришел, ну и сказал, что ты от него ушла.
— Он нас с Варей выгнал, — сердито ответила я и объяснила подруге, как все было на самом деле.
Настя молча выслушала, поохала и, вспылив, сказала:
— Гад он, конечно, редкостный, — а потом добавила: — Но знаешь, лучше сейчас, чем лет через десять, когда полжизни на него угробишь. Может, он вообще домашний абьюзер. Так что не жалей, все, что ни делается, делается к лучшему.
— Тебе легко говорить, а я теперь не знаю, как мне жить, как работу искать с маленьким ребенком на руках. Варю же даже в сад не устроишь. Маленькая совсем.
— Есть же ясельные группы вроде, — сказала Настя.
— В нашем городке нет, я узнавала, — вздохнула я.
— Ну, придумаешь что-нибудь. А про Давида я тебе давно говорила: он кобель редкостный, зря ты с ним связалась и так в него верила.
— Выходит, ты оказалась права, — процедила я сквозь зубы. — Ладно, Насть, пошла я, а то Варюшка плачет.
— Ну, давай, звони, если помощь понадобится.
Голос подруги был жизнерадостным, но если раньше оптимизм передавался и мне, то теперь это не сработало. Было тошно от одной только мысли, что нам с дочкой пришлось уйти в никуда, а Давид уже на следующий день пошел тусить с друзьями, да еще и рассказал всем, что это я его бросила. Неужели Настя права и видела изначально, какой он? Неужели я была настолько слепа?
Вечером, когда Варя уснула, я спустилась на кухню, чтобы помыть посуду, чего не успела сделать сразу после того, как накормила ее кашей, так как дочка закапризничала. Илья был внизу и сидел за кухонным столом.
— Приятного аппетита, — сказала я. — Извини, я не успела прибрать на кухне…
— Да нормально все, — ответил он. — Ужинала?
Я помотала головой.
— Присоединяйся, — предложил он.
— Да нет, я…
— Да брось, — почему-то разозлился он. — Зачем тебе готовить для себя, если здесь еды море? — Илья кивнул на стол, где стояла тарелка, полная жареной курицы, отварная картошка и другие овощи.
У меня даже слюнки потекли.
— Ну? — вопросительно посмотрел он на меня.
Я взяла чистую посуду и села на другой конец стола. Сначала мы ели молча. Я украдкой поглядывала на Илью. Он все время был хмурым, а из-за бороды казался грозным, даже устрашающим, а вот глаза его были добрыми. «Ему, наверное, лет тридцать пять», — подумала я.
— Где папаша ее? — вдруг спросил Илья, и я удивленно уставилась на него. — Ну, дочки твоей папаша, — пояснил он.
Я прикусила губу.
— Он нас бросил, — наконец выдавила я из себя.
— Бросил, и поэтому ты сюда жить пришла?
— Вообще-то, это мой дом, я здесь прописана и…
— Да я не о том, что не рад вашему приходу, — раздраженно перебил меня Илья. — Если он вас бросил, то почему ты сюда пришла, а не осталась жить где жила?
— А он нас выгнал, — пожала я плечами.
— Выгнал? В смысле, на улицу выгнал? — Илья даже замер, не донеся еду до рта.
— Ну да, сказал, что мы ему больше не нужны.
— Мразь какая, — выругался Илья.
Я почувствовала, как к глазам подступили слезы, и, вскочив с места, подошла к кухонному столу, где стоял кувшин с водой. Налила ее в стакан и сделала несколько больших глотков, чтобы избавиться от проклятого кома в горле.
— И сестра нас тоже выгнала, — повернувшись к Илье, зачем-то рассказала я.
— И сестра?
Я кивнула.
— Решила, что ее муж будет в большей сохранности, если я не стану маячить перед ним. Так что пришлось нам сюда.
— Н-да, красивая у тебя жизнь, — невесело хмыкнул Илья. — Садись и ешь давай. Худая, смотреть страшно, — добавил он.
— А ты не смотри, — пробурчала я.
— Не обижайся, Саша, — примирительно сказал Илья. — Просто не могу спокойно наблюдать, как ты надрываешься. Трудно с ребенком дела делать, да? У тебя ни коляски, ни кроватки, ни, как я понимаю, денег, чтобы обустроиться нормально?
— Потихоньку обустроюсь. — Сама я, однако, в это верила с трудом.
Ну, куплю я кроватку с коляской. А дальше что? На одно детское питание и памперсы столько уходило, что деньги утекали, как песок сквозь пальцы. Мне ведь надо работу искать, а как я буду работать, когда Варе только восемь месяцев.
— Кто меня возьмет? С ребенком, что ли, на работу ходить? Ей восемь всего. Какая работа, если я вот тут, дома, и то никакие дела толком сделать не могу. Она там спит, — я посмотрела в потолок, — а я к каждому шороху прислушиваюсь. Знаю, что не упадет, я там кровать всю загородила, но мало ли!
Я все распалялась и распалялась, и сама не поняла, как мысли обратились в слова, которые я теперь высказывала Илье. Будто чужому человеку должно быть дело до моих бед. Он же слушал меня молча. Достал пачку сигарет и курил, открыв дверь, которая из кухни шла в техническое помещение, а оттуда еще одна — на улицу. Когда все, что накипело на душе, выплеснулось, я опустила голову на сложенные на столе руки, окончательно обессилев.
— Значит, замужем ты за этим муд***ом не была, — наконец сказал Илья.
— Нет.
— Но ты же знаешь, что можешь все равно подать на алименты? Он обязан платить.
— Не хочу ничего, — покачала я головой. — Видеть его не хочу.
— А если завтра придет и прощения попросит, вернешься к нему? — вдруг спросил Илья.
Я подняла голову и озадаченно посмотрела на него. Мне такая мысль ведь даже в голову не приходила. Не задавалась я вопросом, как бы я поступила. Видимо, Илья уловил мою растерянность, потому что сказал:
— Тебе, Саша, надо определиться: либо ты сидишь, плачешь по себе несчастной и ждешь, когда с твоего мужика сойдет спесь и он позволит вам вернуться…
— А потом я буду при каждой ссоре ждать, что он снова нас выбросит на улицу? — перебила я Илью. — Нет, такого я точно не хочу.
— А раз не хочешь вот так жить и думать, то тогда бери себя в руки и налаживай свою жизнь.
Илья выбросил окурок и захлопнул дверь.
— Спи давай иди, я сам уберу на кухне, — сказал он. — Утро вечера, как говорится, мудренее.
Продолжение здесь
______________________
Автор: Софи Сорель
Любое копирование или воспроизведение текста без разрешения автора запрещено.
______________________