"Дорогая Лара!
История стара как мир. Сколько уже этих историй Вы откомментировали, сколько советовали "Антиневроз" Ермаковой... (К сожалению, у меня нет возможности купить его). И вот я с проблемой с мамой, но у меня нет обид или желаний доказать свою "пригодность" маме, я от нее ничего не жду, как мне кажется.
Мне почти 28, я замужем за прекрасным добрым человеком, у нас двое маленьких детей. У меня внутри живет какая-то прошивка "лучше бы меня не существовало". Программа эта идет из детства.
Папа был травмирован своим детством, поэтому предпочитал устраняться из моего, страдал от зависимостей, сколько себя помню.
С мамой они уже 30 лет вместе. Мама моя замечательная, очень сильная, пожалуй, во времена моего взросления страдающая от личной нереализованности, талантливая, уставшая от папы и от не той жизни, о которой мечтала, - у нее получается все, за что ни берется.
Мне совершенно не хочется ее упрекать ни в чем, какие-то ошибки молодости или неосторожные слова, сказанные сгоряча, другой склад характера (нацеленность на идеальный результат во всем (мои школа-музыка-танцы-внешний вид и проявление характера...) дали мне ощущение, что во мне есть смысл только тогда, когда я выдаю годные результаты, иначе во мне нет смысла, и я приношу концептуальное разочарование в своем существовании.
И получается, что я не умею: не справляться, быть слабой, неправильной, даже по большому счету любить себя не позволяю мужу, который готов принимать несовершенства - не принимаю того, как же можно меня терпеть.
Из-за этого неудачи и несовершенства чувствую как нечто непоправимое, ужасное, что я порчу жизнь моим близким тем, какая я.
И в то же время есть трудолюбие, сильный характер, воспитанная нацеленность на результат и большая чувствительность психики),но нереализовавшиеся ожидания от меня дали мне ощущение, что я по сути своей нечто неправильное, полное неудач, портящее то, за что берется не в силах сделать хорошо.
Мне было с мамой всегда очень хорошо, лучшей наградой было ее внимание, я была вместо лучшей подруги - знала о подробностях ее жизни, трудностях разных, в т.ч. с папой, со мною она была откровенна во всем, открыта в эмоциях и чувствах - и в горе, и в радости, как говорится.
Я по ее словам " всегда была взрослой". Она разделяла со мной все.
А вот я была молчуньей. Не могу себе представить, чтобы я не поддержала ее, была вслух не согласна с ней, или тем более проявлялась так, как, например, мои дети - где-то истерики, где-то требования, где-то усталое хныканье и т.д.
Я старалась быть идеальной маленькой девочкой с максимальным количеством рюшек на платье и пушистостью завитков. Но внутри чувствовала, что все-таки могла бы я быть и получше для мамы. У меня то четверки выскакивали, то победы не завоевывались, то не так хорошо играла на ф-но, то глупости говорила, то гадости, то толстая, то прыщавая была.
Рано начала искать симпатию со стороны мальчишек - подтвердить себе, а насколько я вообще достойна любви. Однажды позволила себе откровенность в вопросе веры, и ответ был отстраненным и не принимающим. И я дала себе слово больше никогда не говорить об этом, а заодно не откровенничать в принципе - не портить и без того хлипкую симпатию ко мне.
Но тем не менее, мама была ближайшим человеком, она меня любила своей любовью, да и сейчас любит по-своему. Знаю, насколько трудно честно признаться самому себе в том, что ты не очень-то любишь своего ребенка, он тебе не очень нравится, тяжело принимать его таким, какой есть, и учиться преодолевать эти чувства. Но даже если мы не честны в этом с собой, ребенок чувствует, как оно есть на самом деле, мне кажется.
Потом я вдруг резко переехала от родителей - в ВУЗ поступила в столице, а через 2 месяца родилась маленькая девочка у папы и мамы, с 17-летней разницей моя сестричка.
Мама, сколько я себя помню, мечтала о 2-м ребенке. И я так чувствовала, что с ним она планировала как будет уже все по-другому, - идеально. (Даже помню, у нас была маленькая собачка, и когда мне было 7, мама очень ее любила, тискала, гладила, говорила много и ласково - такой вот квазиребенок.
Я не отдавала себе отчета в этом, но сейчас понимаю, что очень ревновала. Потом на прогулке я собачку мучала, за ошейник дергала с неистовством, коря себя на чем свет стоит параллельно, ведь собачку я любила, но мучала. Что утверждало во мне ощущение своей глубинной порченности.)
И вот намного позже, чем ожидали, но малышка появилась. И это уже другая история про другую семью, потому что прошло почти 20 лет, родители очень изменились, и меня уже не было в этой семье. Я всегда очень любила сестричку, и люблю. И я очень рада, что она сделала моих родителей такими счастливыми, что дает им столько смысла, что у нее такой замечательный характер - яркая, успешная, самобытная - такая, о какой мечтали, еще и очень похожа на маму, что приводит в восторг родителей.
Меня очень травмировал переезд 10 лет назад от родителей, но я рада, как сложилась моя жизнь потом, и счастлива, что у них появился ребенок, я всегда хотела, чтобы у них был кто-то получше, чем я, которая не такая, как хотелось и не вовремя появилась.
И умом я понимаю, что люди все разные, что мама любит меня той мерой, которой умеет, которую освоила. И я благодарна ей и за мое детство, и за то, какие отношения сейчас.
Но ощущение брошенности и ненужности, равнодушия к моей личности такой, какая есть, укоренилось во мне, и я продолжаю самобичевать себя теми словами, которые слышала от мамы в детстве, желать себе вреда, видеть образы избивания себя (мама меня била пару раз, никогда не избивала, но очень злилась). Эпизоды программы самоуничтожения для меня норма.
Хуже всего - когда я злюсь на свою маленькую дочку. Я очень стараюсь держать себя в руках, самый большой страх - дать ей такое ощущение собственной ненужности и скверны. Она непохожа на меня, но иногда я очень злюсь на нее и начинаю напоминать себе мою маму, то потом падаю в психоз самобичевания и самоуничтожения. К сыну такого нет.
Мне жаль моего мужа, детей и очень стыдно перед своей семьей за свою нестабильность. Они заслуживают доброй и нежной жены и мамы, у мужа своих проблем хватает, а дети... Любую свою ошибку и недоработку я чувствую как то, что закладывает искажение во всю их последующую жизнь.
Я хочу нести свет и любовь другим людям - и семье, и родителям, и сестре. Говорят, умение любить ближнего от умения любить самого себя. Но я никак не могу сойти с рельс моей прошивки "вечно ты все гадишь".
Или я так погрязла в самокопании, что это обратная сторона гордыни, ненасытного себялюбия?
Мне кажется, я как-то гипертрофированно ощущаю оттенки чувственно-эмоциональной сферы, то, что другие просто не замечают или с чем могут просто справиться, меня часто выбивает - и хорошее, и плохое, и о себе, и о других.
Я отделила образ мамы от внутреннего критика с помощью психолога. Я люблю и уважаю маму, продолжаю быть ей поддержкой и опорой в трудностях, не ожидая уже ничего взамен, и теперь она уже не пытается устроить мою жизнь по своему разумению и подправить, где не так. Она очень мудрая и вообще молодец. Что мне делать с программой самоуничтожения? И как разрешить мужу себя любить, а детям быть той самой живой, но не ранящей мамой?
Благодарю Вас, Лара! Даже если просто побудете со мной в этих строчках, ничего не отвечая".
о т в е т
Меня ваше письмо заставило многодумать)).
Вот смотрите: живет себе девочка, растет, взрослеет, пытается себя сквозь каждый миг жизни осознать (кто она, что, зачем), определяет себя в замужество, потом в материнство, существует в этом периметре, а живет сквозь него (речь о вообще девочке, не о вас).
Тем временем дочка девочки подрастает, и начинает жить об маму - ну больше не об кого.
Мама - это ее периметр. И вот дочка ш е й п и т себя об этот периметр потому что ей больше нечем заняться, и постепенно сползает в аддикцию от него. Так истово желающие похудеть однажды обнаруживают себя в палате для анорексичек.
Маме нет столько дела до ребенка, сколько ребенок готов маму использовать в качестве интерфейса для всего. Эта дельта постепенно вынуждает ребенка осваивать мир за периметром мамы. Значимость ее снижается. Это нормально.
У вас случился отход от нормы, и мамина совершенно нормальная отстраненность и не стопроцентная досягаемость вынудила вас не ступить за периметр, а добиваться от мамы большей дозы одобрения, чем ей было естественно вам дать. Мама ведь не состояла только из мамства. У нее было 97% души не для вас, а для себя - это нормально. Человеку дан он сам вместо креста и нести его приходится несмотря на то, что его ребенок ненасытим в деле потребления, а что не вместил - то пусть лежит в доступе по первому требованию.
То поле, что возникает между мамой и ребенком - оно не из самой мамы состоит, а из окситоцина, который выделяется из тела, а не из души. Распаковывется в такое большое поле, идущее как бы от мамы, но сама она по-прежнему свой собственный человек, а не только то что ребенок хочет в ней видеть.
Вы хотели маме нравится настолько, чтобы ощущать: она зависит от вас так же сильно как вы от нее. И ощущать это хотели на свой детский лад. Чтобы вам предоставляли ваши детские доказательства любви. Тот факт что всякая нормальная мать - уже заложник ребенка, вам был недоступен к пониманию, вы хотели ощущать контроль над ней через угождение.
Это конечно же отвращает. Человек чует что его пытаются как-то поиметь, чует этот недетский замах даже если словами объяснить не может что не так. И противится этому.
Вы ощущали некий саботаж ваших усилий, и удваивали их. И у вас до сих пор послевкусие неутоленности. И непомерность своих посяганий вы не можете так определить, а определяете как отверженность, как "я всё порчу" и прочее "вот если бы я умерла вы бы тогда поплакали".
Вы хотели чтобы окситоциновое поле давало вам контроль над мамой, и ревновали когда это поле включалось в отношении собачки - вам казалось что собачка получила этот вожделенный контроль, а вы нет.
И подозреваете что маленькая сестра получила, а вы нет.
На самом деле никто не получил. Мама ваша избегла, ускользнула, и это очень правильно и хорошо.
Женщина не равно мать. Человек не равно какая-то из его ипостасей.
Вас очень задел и обескуражил неуспех вашего детского предприятия.
Потому и все ваши "я хочу нести тепло и свет" означают "я хочу нести тепло и свет, но могу это делать только в обстановке полного любования мной".
Вы не хотите чтобы ваши дети получили от вас тот же тихий саботаж что и вы от мамы.
Но они скорее всего не будут предпринимать усилий чтобы угодить и понравиться вам.
Ваш случай нетипичен, и вряд ли будет воспроизведен.
Чтобы вас отпустил ваш невроз конечно стоит почитать "Антиневроз" Ермаковой, потому что там о том как наладить отношения с собой так, что никто третий не потребуется. Я не знаю почему вы не можете его купить - он стоит дешевле одной сессии у психолога, особенно в дни скидок, как сейчас. Если из другой страны не получается купить, можно им написать в техподдержку и они оплату вручную произведут.
Но допустим вам реально невозможно купить и вникнуть в текст себе во благо.
Ок. Тогда просто ответьте себе на вопрос: зачем вам нужно было так захватывать внимание мамы, так угождать. Чтобы что? И было ли оно вам реально надо и что бы вы с этим делали - с целым взрослым человеком в вашей власти. И есть ли хоть у кого право притязать на то, на что покушались в детстве вы, выдавая в эфир повышенную послушность, рюшечность и кудрявость.
Сейчас уже можно себе признаться что хотелось сверхпотребного, и в том что его не дали - и было благо. Понять, смыть конфуз, отскрести коросточки взлелеянных заблуждений, и забыть как страшный сон этот свой крусейд за материнской любовью.
Мама не могла быть одинаковой для вас и сестры, потому что молодая женщина и та же женщина через 17 лет - это две разные ипостаси личности и материнства.
Это не ваша сестра сделала родителей счастливыми - не надо этих благоглупостей и накачанного фальш-смирения. Это родители стали взрослее, ушел дурной задор, гормоны и лишняя силушка, и проявились терпение, знание жизни, сознание ее конечности.
Это не про сестру вовсе, вы не по делу уничижаетесь и возвышаете ее значимость, не надо этого, это отвлекает и уводит от истины.
И собачку мама любила особенным отделом мозга и эмоций, относящемся к животным, а не к людям. Собачка была разгрузка, с собачкой можно было себе позволить мимими, потому что она безответна. А ребенок - нет. За ребенка ты настолько отвечаешь головой, что не продохнуть, с ним не расслабишься как с собачкой, дрожишь чтобы он вырос нормальным человеком, чтоб не убил ни себя, ни кого другого.
**********
Вы спрашиваете "Что мне делать с программой самоуничтожения? И как разрешить мужу себя любить, а детям быть той самой живой, но не ранящей мамой".
Эта программа - ну допустим она реально есть - сама стает, когда вы перестанете себя накачивать газом "я всех люблю и всеми восхищаюсь, а они мной - никогда". Никого вы не любите, вы просто считаете что так надо говорить и думать, чтобы оставаться той, кому недодали и ущемили, кому все должны. Вы себе нравитесь в этой роли. Потому что стоит принять что люди вам не задолжали, так вы сразу потеряете свою идентичность - идентичность, что вы сделали себе из мнимой обделенности материнской любовью.
Найдите себе новую самоидентификацию, не надуманную-начувствованную, а взрослую. Вам уже столько лет, сколько было маме, когда вы желали ей угодить, в обмен на дозу внимания. Вам надо чтобы вам угождали? Нет?
Скверны духа, которые вы чувствуете о себе, не очищаются маминой любовью и вниманием. "Лукаво сердце человеческое более всего и крайне испорчено; кто узнает его? Я, Господь, проникаю сердце и испытываю внутренности" - записал когда-то древний пророк вечный инсайт.
Хотите чистоты духа - обращайтесь по адресу. Мама не по этой части.
________
в комментариях спрашивают как обрести "Антиневроз" не переплачивая.
555t (без пробелов до и после) вписать при оформлении - это возможно до полуночи 28 мая
________________________
всё выше сказанное - просто мой взгляд на описанное в письме.
пожалуйста помните, что я никакой не психолог.
как задать вопрос в рубрику (бесплатно с публикацией или платно но приватно) написано тут
на вопросы в комментариях я не отвечаю, не надо их задавать, прошу.