Анатолий Иванович поздно стал отцом. Его старшая дочь - Светлана родилась, когда мужчине было уже шестьдесят лет. Супруга Анатолия Ивановича - Танечка была младше своего мужа на тридцать пять лет.
Так получилось. Любовь не спрашивает, не ищет выгоду и не подсчитывает разницу в возрасте. Если это, конечно, настоящая любовь. А если нет? Таня Ликовидова очень уважала своего преподавателя биологии. Она не любила его, а цинично рассматривала, как вариант, зацепиться в Москве и жить на широкую ногу.
Деньги у Чугуева были. Была прописка, недвижимость и самое главное - не было ни жены, ни детей. Чем не вариант? Анатолий Иванович долгое время не замечал своей ученицы. Но это для Лиховидовой было не самым главным.
Татьяна сама ухаживала за профессором. Сначала девушка начала оставаться после занятий, чтобы помочь преподавателю в лаборатории, затем начала приходить к нему домой, чтобы приготовить обед и сделать уборку в доме, а однажды сказала ему:
— Профессор, можно я останусь?
Профессор пожал плечами и поправил очки:
— Оставайтесь, Татьяна Филипповна, я Вам в гостевой спальне постелю.
— Не нужно в гостевой, я к Вам ночью приду, — сказала двадцатитрехлетняя бесстыдница.
Профессор категорически отказался и настоял, чтобы Татьяна не приходила к нему помогать по дому. Таня оделась и ушла, посоветовав напоследок, чтобы профессор нанял домработницу, иначе рано или поздно загнется: или от голода, или от антисанитарии.
Анатолий Иванович задумался: “действительно, почему, собственно, и нет? Как ему самому эта простая мысль не пришла в голову? Чугуев остался вдовцом пять лет назад. Его супруга - Серафима Львовна скончалась от продолжительной болезни достаточно молодой. Женщине было всего 52 года.
Детей у супругов не было. Всю жизнь они посвятили науке. Когда Серафимы Львовны не стало, профессор совершенно растерялся, он не был приспособлен в быту. Дом постепенно приходит в упадок. Завтракал мужчина в институте, там же обедал, а на ужин покупал в институтской столовой еду и складывал ее в судочки.
Однажды, это заметила студентка Ликовидова, которая давно присматривалась к преподавателю. Татьяна решила, что это шанс и вцепилась в профессора-вдовца железной хваткой.
Спустя некоторое время, молодая женщина решила, что время пришло - профессор, можно сказать, в кармане и попыталась взять его на абордаж. Но Чугуев оказался не так-то прост и выставил Ликовидову за дверь. Думаете девица сдалась? Не тут то было.
***
Утром профессор услышал звонок в дверь. Анатолий Иванович спешил на работу, но не мог же он не открыть? На пороге стояла женщина лет семидесяти. Рядом стоял чемодан и большая сумка:
— Здравствуйте, домработница Вам, что ли, требуется? — строго спросила незнакомка.
— Доброе утро. Вообще-то, требуется, но я еще даже не размещал объявление. Как Вы меня нашли? — удивился Чугуев.
— Как…как, слухами земля полнится. Ну, приглашайте что ли, будем смотреть Ваше хозяйство.
Анатолию Ивановичу некогда было вести беседы, он решил поговорить с домработницей вечером, а пока пусть отдохнет с дороги. Судя по пыльным башмакам и большому количеству вещей, женщина приехала издалека.
Вечером в квартире профессора пахло щами, свежей выпечкой и ароматным чаем. Как только профессор открыл дверь своей квартиры, то даже голова закружилась. Давно таких запахов не слышал в собственном доме.
Александра Даниловна - так звали домработницу, запретила профессору таскать с собой на работу судки и самолично собирала хозяина на службу. Костюм был вычищен, рубашки наглажены. Паркет в квартире всегда начищен до блеска, а белоснежные простыни всегда пахли свежестью.
Чугуев потихоньку привыкал к комфорту. Так хорошо за квартирой и за ним самим не присматривала даже Серафима Львовна. По утрам профессор привык пить кофе на открытой лоджии. Александра Даниловна поставила здесь столик, плетеное кресло, рядом с креслом всегда лежал теплый плед. “Ох, до чего заботливая женщина. Прямо как мать”, — думал Анатолий Иванович, делая большой глоток, обжигающе горячего кофе.
В это время домработница вышла на балкон:
— Иваныч, мне нужно домой - в деревню съездить на несколько дней. Сын мой там - Алексей, опять буянит, — вздохнула женщина.
— Как это, Александра Даниловна? Как же я? Я ведь не справлюсь, пропаду без тебя, — испугался профессор.
— Жениться тебе надо, Иваныч. Видано ли дело, чтобы мужик хороший один жил? Не стало жены - бывает, но ведь ты живой еще. Сколько тебе годков?
— Почти шестьдесят, — Анатолий Иванович опустил голову. Настроение у мужчины совсем пропало. Он настолько привык к Александре Даниловне, что не мыслил как будет жить снова один.
— Много, — вздохнула домработница, — но и прожить еще можно немало, — улыбнулась Даниловна.
***
Помощница по хозяйству вернулась через неделю. Анатолий Иванович ждал ее ежедневно и когда она приехала, профессор попросил организовать праздничный ужин. Настолько он обрадовался, что пригласил в ужину своих друзей - супругов Копытовых, своего аспиранта Семена и Таню - студентку, которая ему помогала раньше.
Татьяну профессор давно простил. Ему очень хотелось поблагодарить студентку за то, что она подсказала взять в дом домработницу. Если бы не Ликовидова, возможно Анатолий Иванович и не впустил бы в дом Александру Даниловну. Но при мысли об этом, ему сейчас даже страшно становилось.
Ужин прошел замечательно! Помощница по хозяйству запекла гуся с яблоками, подала к столу картофель по деревенски, маринованные огурчики, квашеную капусту и вишневую наливку. На десерт был вишневый пирог с воздушным кремом.
После ужина играли в лото, затем слушали патефон - устроили вечер классической музыки. Было весело и задорно. После того как гости разошлись, Татьяна осталась помочь Александре Даниловне.
Вот тут то, Лиховидова и призналась, что домработница, которая пришла в дом к профессору - это её бабушка. Таня вызвала бабулю из деревни и попросила помочь одинокому профессору - поработать у него в доме.
Анатолий Иванович задумался: “а ведь действительно: студентка предложила взять в дом домработницу, а на следующий день в дверь позвонила Александра Даниловна. Откуда она узнала, что Чугуеву нужна помощница по дому?”
— Какой же я дурак, — закричал Чугуев и схватился за голову, — как же я сразу не догадался? Женщины, вы же обвели меня вокруг пальца! Вы же обманули меня.
Профессор ходил по комнате из угла в угол. Он был слишком рассержен.
— Анатолий, ну будя тебе, — успокаивала мужчину бабушка, — разве Танечка была не права, что прислала меня к тебе?
— Да, но Татьяна Филипповна ни о чем не предупредила меня и потом, я выставил ее вон! Она позволила себе…— профессор запнулся и не стал договаривать.
— Ну, позволила! Ну, выгнал! И что же? Сегодня же сам пригласил, — поймала профессора Александра Даниловна.
— Да! Но я просто хотел поблагодарить ее за то, что она навела меня на мысль о домработнице, — ответил Александре Даниловне Чугуев.
— Эх, Толя, да ты сам посуди, круг то замкнулся! — вздохнула бабушка и посмотрела на хозяина квартиры.
— А, Бог с ним, — махнул рукой Анатолий Иванович, давайте чай пить.
***
Через месяц Александре Даниловне снова пришлось поехать домой, чтобы усмирить своего сына. Алексей имел пагубное пристрастие к горячительным напиткам и пил неделями. Жена давно выгнала из дома непутевого мужа, но каждый раз, когда у Алексея начинался длительный загул, он не давал бывшей жене покоя.
Алексей буянил и бил стекла. Разобраться в таких ситуациях могла только мать хулигана. После ее крепкого слова, сын месяц. а то и полтора к стакану не прикасался.
Уезжая, Александра Даниловна сообщила профессору, что помогать по дому ему будет Татьяна. Анатолий Иванович кивнул и согласился. Так продолжалось некоторое время, пока наконец-то женщины не сломали сопротивление Чугуева.
25-летняя Татьяна Филипповна и 60-летний Анатолий Иванович стали супругами в 1980 году. В тот год в Москве проходила знаменитая Олимпиада - 80, столица была переполнена спортсменами и гостями, а сами москвичи старались уехать из города, если была такая возможность.
Супруги Чугуевы, тоже, выехали из Москвы за неделю до открытия Олимпиады - 12 июля и провели свой медовый месяц на даче профессора. Таня и ее бабушка очень удивились, что помимо квартиры в столице, у Анатолия есть еще и загородный дом. Это был большой двухэтажный дом дореволюционной постройки.
Анатолий Иванович сказал, что этот дом принадлежал еще его деду - доктору Чугуеву, который остался жить и работать в стране после революции 1917 и был у новой власти в почете. Деду оставили родовое поместье, которое и переходит из рук в руки потомкам.
— Танька, так профессор твой из этих, что ли, из барских? — удивилась Александра Даниловна.
— Какая разница, бабуль, теперь это все наше, — Татьяна развела руками, словно пыталась охватить всю округу.
— Да, так, никакой. Просто не люблю я этих графьев. Я ведь из бедной семьи, настрадались мы от энтих иродов, — бабушка кивнула на Анатолия Ивановича, который пытался открутить заржавевший навесной замок.
— Не любишь? — ухмыльнулась внучка, — а деньги любишь?
Бабушка широко улыбнулась, махнула рукой и пошла следом за Татьяной к дому.
Профессор улыбался женщинам, которые шли навстречу - к дому. Ему было невдомек, что женитьба на Татьяне - это был тщательно спланированный план внучки и бабушки Ликовидовых, которые очень любили деньги. Анатолий Иванович думал, что Таня действительно его любит, а Александра Даниловна жалеет.
***
Спустя совсем немного времени, профессор словно очнулся: неужели он женился на этой женщине? Татьяна очень изменилась. Александра Даниловна, вроде бы, осталась такой же, но Анатолий Иванович, почему то, ее побаивался. Почему? Этого хозяин дома и сам не знал.
По малейшему поводу Татьяна Филипповна устраивала скандал. Привыкший к тишине, профессор, очень тяжело переживал крик в доме, суету, скандалы, поэтому теперь утром он старался как можно быстрее позавтракать и убежать на работу.
Только в институте он мог отдохнуть - среди своих студентов, коллег и аспирантов. Вечером профессор задерживался на рабочем месте подольше, домой идти не хотелось. А вскоре к крику жены прибавился еще один крик - плач младенца.
Спустя семь месяцев после свадьбы, Таня родила дочь. Профессор был совершенно не готов к рождению ребенка. Кроме того, они не обсуждали с женой появления наследников в семье. Тем не менее, супруга Чугуева уже давно не спрашивала ни о чем мужа.
К девочке, которую назвали Светланой, Анатолий Иванович никаких чувств не испытывал. Когда ему давали а руки младенца, профессор думал только об одном: чтобы малышку скорее забрали и оставили его в покое. Чугуев вообще сомневался, что это его дочь: во-первых, Светлана не была похожа на отца, во-вторых. она родилась семимесячной, но выглядела, как доношенный ребенок. “Шутка ли - больше трех килограммов и пятьдесят три сантиметра. Хороша же недоношенная!” - думал отец, но сказать хоть слово жене не решался.
В конце-концов, Чугуев махнул рукой: “пусть живет младенец. Одним ртом больше, другим - меньше, какая разница? Даже если не от меня девочка, то что же? Живая ведь душа! Отец не тот кто родил, а тот, кто воспитал” - успокаивал себя Анатолий Иванович.
Татьяна Филипповна со своей бабушкой до того замучили бедного Чугуева, что ему хотелось одного - покоя, а остальное его мало волновало. Младенцы? Ну, что же? Пусть будут младенцы, если Таня так хочет. Она ведь молодая женщина, ей, вероятно, хочется детей.
Татьяне детей не очень хотелось, но она желала подстраховаться. А то объявятся вдруг внезапно какие-нибудь наследники. Когда ровно через год после рождения Светочки, Александра Даниловна узнала, что внучка снова беременна, то ужаснулась:
— Танька, ты что, совсем с ума сошла? А если профессор турнет нас из дома?
— Не турнет, не бойся. Как бы я его отсюда метлой не вымела, —- прищурилась внучка и поставила руки в бок.
— Ой, Танюшка, не надо. Жалко профессора. Хороший мужик, — Александра Даниловна схватилась за сердце.
— Да, шучу я. Это я так…для порядку. Никуда я его не дену. Пусть живет. Он мне не мешает и даже помочь еще сможет, — подмигнула бабушке нахалка.
***
В 1983 родились двойняшки - Глафира и Настенька. “Молодой отец” стоял под окнами роддома с тремя гвоздиками и смотрел в окно. Было очень холодно и профессор мечтал скорее уйти отсюда. Тем более, он забыл дома очки и совершенно не видел что ему показывают в окно.
В окне второго этажа стояла Татьяна с санитаркой и показывали новорожденных девочек. Профессор улыбался, махал букетом, а думал только об одном: “Господи, трое младенцев! Мне 62 года и у меня трое дочерей, старшей из которых всего лишь год. Что я наделал”. Профессору хотелось плакать и он плакал, но окружающие думали, что от счастья.
— Эй, дед, внучка или внук у тебя? — прозвучал голос за спиной Анатолия Ивановича.
— Простите, что? — профессор оглянулся и растерянно посмотрел на розовощекого молодого человека.
— Я говорю, кто родился: внучка или внук? — улыбался мужчина.
— Двойня. Две девочки, — улыбнулся Чугуев.
— Ну, я тебя поздравляю, дедуля! Внучки - это прекрасно. А у меня сын родился, представляешь? Третий! - гордо сказал молодой отец.
— Представляю, — ухмыльнулся Анатолий, — еще как представляю.
Профессор развернулся и пошел к такси, которое ждало его за забором роддома. Ему хотелось поскорее уехать отсюда домой, закрыться в своем кабинете, налить бокал красненького и, расположившись в кресле у окна, подумать.
Несколько раз Анатолий Иванович думал о том, что может быть стоит развестись с Таней? Разменять квартиру, отдать ей дачу и даже автомобиль. А самому ему хватит и однокомнатной квартиры, или даже малосемейки. Да он и на комнату в общежитии согласен, лишь бы все скорее закончилось.
Конечно же, он будет платить детям алименты и даже не станет разбираться его ли это дети. Возьмет учеников. Можно работать и в воскресенье. Он справится. Мечты профессора заводили его все дальше и дальше, но в конце концов его мечты упирались в глухую стену: профессор Чугуев - член Партии и возглавляет идеологический отдел в институте.
Что станет с Анатолием Ивановичем, если в институте узнают, что он бросил жену с тремя младенцами, ушел из семьи? Да он вылетит из института, из партии. Какие уж тогда ученики и, хорошо оплачиваемые лекции, в институтах западных социалистических стран?
Профессор вздыхал, запирал свои мечты подальше в ящик и успокаивался. “Это мой крест и мне его нести,” — думал Чугуев и шел на кухню подкрепиться пирогами Александры Даниловны.
***
Младенцы теперь кричали в три голоса. Татьяна потребовала нанять няню для детей, посколько она совершенно выбилась из сил. Анатолий Иванович кивнул. Начались поиски няни, но Татьяну никто не устраивал. Тут - то Александра Даниловна и вспомнила про Раю.
Раиса - бывшая жена сына Александры Даниловны. Женщина жила в деревне. Родом она из многодетной семьи - пятерых братьев и сестер вынянчила. Рая - малограмотная, но очень работящая.
Анатолий Иванович не стал спорить - жене и бабушке виднее. Таким образом в доме появилась Раиса - крепкая деревенская женщина лет сорока. А за ней следом приехал и сын Александры Даниловны - Алексей.
Олег Алексеевич Копытов - друг профессора только качал головой:
— Эх, Анатолий Иванович, так ты скоро в кладовку жить переедешь из своего кабинета. Что ж это ты, дорогой, всю деревню в свою квартиру перетащил.
— А, Олег Алексеевич, мне уж все равно, лишь бы Татьяна не трогала меня. Им ведь теперь и не до меня вовсе: Татьяна и Рая с детьми целыми днями да и дружат между собой, Александра Даниловна готовит на кухне и за Алексеем бегает целыми днями. Я предоставлен сам себе - чего я, собственно, и хотел.
— Стоило ли ради этого жениться, голубчик, ведь ты и раньше был предоставлен сам себе, — смеялся Копытов. Профессор Чугуев только тяжело вздыхал. Что он мог сказать? Прав был его товарищ. Одного не мог до сих пор понять Анатолий Иванович: как деревенским бабам - Татьяне и ее малограмотной бабке удалось окрутить его - человека с двумя высшими образованиями и добиться от него всего, что задумали?
***
Весной все семейство переехало на дачу. Так происходило каждый год, пока девочки были маленькими, и когда пошли в школу. Анатолий Иванович любил наблюдать за детьми, которые играли во дворе на даче.
Девочки были абсолютно разными. Старшая - Светлана была очень серьезным ребенком. Девочка обожала получать новые знания, много читала, с нетерпением ждала начала учебного года и проявляла интерес к биологии.
— Сразу видно, чья дочь, — говорила Татьяна, кивая на Свету, которая наблюдала за кузнечиками в саду.
— Да! - улыбался Анатолий Иванович, — Светочка, мое счастье. Моя надежда. Об одном молю: дай мне, Господи, сил и времени, успеть вырастить из дочери талантливого ученого, — профессор складывал ладони, словно в молитве.
— У тебя еще две дочери есть, помимо Светланы или ты забыл, Анатолий Иванович? — сердилась Татьяна Филипповна.
— Ну, что ты, дорогая, как я могу забыть? Глафира и Настенька - копия ты! Даже требуют, когда им что-либо нужно, с таким же упорством, как их мать, – усмехнулся профессор, — а нужно им что-либо каждый день, так что я их не забуду. Они же мелькают у меня перед глазами ежедневно, — Чугуев громко и звонко засмеялся.
Несмотря на свои, почти 70, мужчина еще был полон сил. Профессор ежедневно бегал по утрам, занимался зарядкой и поднимал штангу. Усиленно заниматься спортом Чугуев начал несколько лет назад, когда почувствовал, что силы покидают его и испугался.
Он понимал. что не имеет права засесть дома, уйти на пенсию, перестать работать и даже болеть не имеет права, ведь кто в таком случае будет содержать это большое семейство?
Правда Татьяна теперь тоже работала, но полностью обеспечить семью она не смогла бы.
***
Пять лет назад, когда дети пошли в детский сад, Татьяна Чугуева решила, что засиделась дома. Она попросила мужа, поднять все свои связи и устроить ее на работу в театр. И не просто устроить на любую должность. Татьяна хотела стать актрисой.
Столько скандалов, как в тот злополучный год, профессор никогда не переживал. Ему абсолютно не хотелось возвращаться домой, потому что его ждала супругу с заунывной песней о своем скрытом таланте, который гибнет в стенах профессорской квартиры.
— Танечка, ну как я могу просить за тебя у уважаемых людей, если у тебя нет никакого актерского образования? — в сотый раз говорил жене Анатолий Иванович, — может быть тебя сначала показать преподавателям театральных ВУЗов?
— Мне что же по твоему всю жизнь учиться? Ну, уж. нет. И потом, знаешь ли ты, дорогой, что у многих талантливых артистов не было актерского образования, например, у Фаины Раневской или вот у Чарли Чаплина.
— О, Господи! Ты не Раневская, дорогая и уж, тем более, не Чарли Чаплин. Такие как Раневская рождаются раз в сто лет. Иди к детям, не мешай мне работать.
Но разве Татьяна отступит, если что-то уже решила. Неужели Анатолий Иванович забыл, как она взяла его в оборот и убедила жениться на себе, а потом, постепенно, перетащила в дом к профессору всю свою родню? Видимо, забыл, если решил, что супруга отступится.
Шло время. Жена Чугуева все больше сжимала тиски, в которых крепко держала несговорчивого супруга. В один из дней терпение мужчины лопнуло и он взял свою телефонную книгу.
В пухлом блокноте профессора были записаны все самые важные номера телефонов. Заперевшись в кабинете с этим блокнотом на некоторое время, Чугуев мог решить, практически, любой вопрос. В такие минуты Татьяна Филипповна понимала, что ее супруг, довольно, непростой человек и что она без него - абсолютный ноль.
Татьяну взяли в труппу одного из театров. Она была занята во многих постановках и, даже, ездила на гастроли. Хорошо, что в доме были Раиса и Александра Даниловна, иначе бы профессор не справился с дочерьми, когда жена отсутствовала.
Повсюду теперь в квартире висели портреты Татьяны Филипповны, афиши, в комнатах были разбросаны рукописи и сценарии. Чугуева приобрела мундштук и театрально держа его в руках, ходила по комнатам и потягивала едкий дым.
Свою спальню Татьяна называла теперь будуар и вообще, старалась жить так, как по ее мнению, жили все знаменитые актрисы - спала до обеда, часто ужинала в ресторанах, не пропускала ни одной вечеринки и премьерного показа.
Чугуева строила из себя звезду театральных подмостков, хотя на самом деле ей доставались эпизодические роли, иногда без слов. В спектакле она могла сыграть, даже, несколько ролей - прохожую, молчаливую официантку, продавщицу цветов, дворника. и произнести от силы два-три предложения.
Но когда дети громко смеялись и озорничали в доме, Раиса тут же успокаивала девочек:
— А ну-ка, тихо. быстро в свою комнату, мама учит роль! Не мешайте.
В общем, как говорил Анатолий Иванович:
— Татьяна оказалась довольно неплохой актрисой и лучшую свою роль она ежедневно играет дома - роль примы театра.
***
Дома теперь Татьяна бывала редко. Анатолий Иванович давно понял, что у жены появился еще один интерес, помимо театра, - молодой любовник, но профессору было безразлично.
Главное -35-летняя Татьяна теперь довольна и не выносит мозг. Она возвращается домой с улыбкой на лице, со всеми домашними добра, а с мужем почтительно вежлива. Мысленно, профессор улыбался и думал: “если бы я знал раньше, что нужно для того, чтобы Татьяна угомонилась, то я бы ей сам нашел этого самого любовника”.
Шел 1993 год. 72 - летний профессор все еще преподавал и писал труды, которые публиковались. Александра Даниловна уже отошла от дел и теперь заходила на кухню только для того, чтобы выпить лекарства и поесть. Старушка была слаба, но старалась держаться молодцом.
Домашнее хозяйство вела своей твердой рукой Раиса. Женщина сама решала, что сегодня приготовить на обед или ужин. Она хорошо знала, что профессору нельзя сладкого, Татьяна не ест молочных продуктов и вареного мяса, а девочки не любят суп.
Рая сама составляла список необходимого, ездила за продуктами на рынок и следила за тем, чтобы в кладовки всегда были запасы. Вот и сегодня Раиса вернулась с рынка, но на этот раз без продуктов.
— Ой, Анатолий Иванович, там такое! Танки! На улицах все движение перекрыто.
— Ты что, Раиса, с ума сошла? Профессор оторвался от работы, снял очки и встал из-за стола. Подошел к окнам и раскрыл тяжелые портьеры. В глазах Чугуева застыл ужас:
— Ну все, теперь распродадут Державу, — тихо сказал хозяин квартиры.
В кабинет зашла Татьяна. Женщина присела на диван возле книжного шкафа и закинула ногу на ногу. В руке она держала мундштук:
— Кому? — ухмыльнулась супруга Чугуева, — кому нужна твоя Держава, Анатолий?
— Не сметь! — закричал профессор так, что Татьяна Филипповна испугалась, а Раиса выбежала из кабинета, — безбельница! Приспособленка! Не сметь! Мизинца ее не достойна!
— Чьего мизинца? — испуганно спросила супруга профессора.
— Родины!
Профессор вдруг сгорбился, медленно подошел к своему письменному столу, схватился рукой за сердце и рухнул на пол. Татьяна Филипповна завизжала, что есть силы.
В тот день - 3 октября 1993 года скорую пришлось ждать долго. Татьяна не находила себе места, девочки сидели в детской молча, Раиса побежала по соседям, чтобы договориться с кем-нибудь - отвезти Анатолия Ивановича в больницу.
***
Прошел ровно год с тех пор как профессора не стало, а следом за ним ушла и бабушка Татьяны - Александра Даниловна. Татьяна осталась одна с тремя детьми. Верная Раиса осталась с Чугуевыми.
Татьяна ходила из угла в угол в кабинете мужа. Работы в театре не было совсем. В 1994 театр и так переживал нелегкие времена, даже признанные звезды театра оставались не у дел, а уж такие как Татьяна Чугуева - и подавно.
Женщина понимала, что увольнение неизбежно. Она бы и сама давно положила заявление на стол, но куда она уйдет? Что она умеет? Много лет она жила на полном обеспечении мужа и что теперь? А ведь она не одна, нужно поднимать дочерей.
13-летняя Светлана и 12-летние двойняшки еще очень нескоро станут самостоятельными. Нужно срочно что-то предпринимать.
Таня перерыла весь кабинет мужа, всю квартиру и дачу в поисках тайника или сейфа, или какой-то заначки, но так ничего и не нашла.
Золотые запонки, две перстня мужа и ее золотые украшения давно ушли в ломбард, что дальше? Этого вдова не знала. Может быть продать машину? Но с другой стороны, с таким успехом скоро можно все распродать - это не выход, нужно искать работу, стабильный доход, а не распродавать нажитое.
У Татьяны разрывалась голова от мыслей. Выхода из сложившейся ситуации она не находила. В кабинет постучала Раиса и, не дожидаясь ответа, вошла:
— Таня, там Алексей пришел, говорит: разговор есть. Он на кухне.
Татьяна вышла из кабинета и пошла на кухню. За столом сидел дядя Татьяны и бывший муж Раисы - Алексей. Мужчина давно завязал и больше не заглядывал в стакан.
Чем он промышлял, Таня и Рая не знали, но теперь Алексей приезжал на вишневой “девятке”, одевался дорого, а денег не считал. Неоднократно он помогал деньгами бывшей жене и племяннице, но вернуть долг требовал с процентами.
Татьяна презирала дядю Лешу, но обращаться за помощью ей было не к кому.
Сейчас он пришел, чтобы снова помочь, но на этот раз не деньгами. Алексей молча доел борщ, который предложила ему Раиса, посмотрел на Татьяну и пододвинул к себе поближе тарелку с пловом. Татьяна не выдержала:
— Потом жрать будешь. Говори, зачем пришел.
Алексей вытер руки об скатерть и ухмыльнулся:
— Смотрю я на вас, девки, совсем обнищали. Где же Танька маникюры твои и кудри локонами? Поди, нет денег на парикмахерские?
— Нет твое дело. Будешь говорить или и дальше ерунду нести? — разозлилась Таня.
— По делу и пришел, — кивнул Алексей, — я могу вам помочь денег заработать. Делать, в общем-то, ничего и не нужно. Вы думаете, откуда у меня деньги появились? Вложился правильно, копеечка и поплыла в дом.
Татьяна прислушалась:
— Это как? Объясни…
Ещё больше историй здесь
Как подключить Премиум
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк, подписка и поддержка канала. А чтобы не пропустить новые публикации, просто включите уведомления ;)
(Все слова синим цветом кликабельны)