«Добро пожаловать в настоящую пустыню! Если вы ищете утешения в четких выводах, вы заблудились в этом пространстве. Здесь мы сталкиваемся с тревожащими, чрезмерными, парадоксами, которые определяют наше существование».
Пришло сенсационное известие: состоялось единогласное решение РПК (Рабочей партии Курдистана) от 12 мая последовать совету своего лидера Абдуллы Оджалана (находящегося в турецком заключении более двадцати лет!) о полном роспуске организации. РПК - это политическая организация и вооруженная партизанская группировка,
Об этом событии рассуждает известный словенский культуролог и социальный философ Славой Жижек.
Мы живем в разгар мрачного периода, когда даже слова, которые наши крупные СМИ используют для описания происходящих ужасов, нелепым образом искажают ситуацию. Когда недавно США приняли 59 буров из Южной Африки, официальным оправданием этого было то, что они спасались от происходившего там геноцида буров, в то время как полномасштабный геноцид в Газе те же СМИ квалифицировали как (возможно, чрезмерную) самооборону Израиля. В такой мрачный период знаки, дающие надежду, ценны как никогда.
Одним из таких событий стало единогласное решение РПК (Рабочей партии Курдистана) от 12 мая последовать совету своего лидера Абдуллы Оджалана (находящегося в заключении более двух десятилетий) о полном роспуске организации. РПК - это политическая организация и вооруженная партизанская группировка, базирующаяся в основном в горных районах с преобладанием курдов на юго-востоке Турции, севере Ирака и северо-востоке Сирии. Она была основана в 1978 году и участвовала в асимметричных боевых действиях в ходе курдско–турецкого конфликта (с несколькими прекращениями огня в период с 1993 по 2013-2015 годы). Хотя РПК изначально стремилась к созданию независимого курдского государства, в 1990-х годах ее официальная платформа изменилась на стремление к автономии и расширению политических и культурных прав курдов в Турции. За последние десятилетия РПК не только приблизилась к мирному урегулированию; сам Оджалан, обучаясь в застенках, также погрузился в глубокие размышления о таких вопросах, как философия, права женщин и т.д. Короче говоря, РПК стала движением, которое вошло в состав современных левых.
Последствия этой переориентации ощущались и среди курдов за пределами Турции. То, что произошло в Иране в 2022 году — так называемые протесты Махса Амини - имело всемирно-историческое значение. Протесты, охватившие десятки городов, начались в Тегеране 16 сентября 2022 года как реакция на смерть Амини, 22-летней женщины курдского происхождения, скончавшейся в полицейском участке. После ареста она была избита до смерти полицейским патрулем, известным как исламская "полиция нравственности", за ношение «неподобающего» хиджаба. Протесты объединили различные движения (против угнетения женщин, против религиозного гнета, за политическую свободу и против государственного террора) в органичное единство. Они мобилизовали миллионы простых женщин и напрямую связаны с борьбой всех, в том числе и мужчин, — в них нет антимаскулинных тенденций, как это часто бывает с западным феминизмом. Женщины и мужчины участвовали в них вместе; врагом был религиозный фундаментализм, поддерживаемый государственным террором. Мужчины, участвовавшие в "Зан", "Зендеги", "Азади", знали, что борьба за права женщин - это также борьба за их собственную свободу. Протестующие, которые не были курдами, также увидели, что угнетение курдов ограничивает их собственную свободу, и солидарность с курдами - единственный путь к свободе в Иране. Таким образом, иранские протестующие осознали то, о чем западные левые могут только мечтать. Они избежали ловушек западного феминизма среднего класса, напрямую связав борьбу за свободу женщин с борьбой женщин и мужчин против этнического угнетения, религиозного фундаментализма и государственного насилия.
Так как же быть с упреками в том, что РПК, тем не менее, начинала как агент революционной борьбы? РПК просто следовала общему правилу сопротивления: если хочешь, чтобы тебя воспринимали всерьез, ты должен начать с угрозы насильственного сопротивления. Когда мирные переговоры одерживают победу над вооруженным сопротивлением, результатом становится вооруженное сопротивление. Западные СМИ любят упоминать в качестве двух успешных переговорных решений приход к власти АНК в Южной Африке и мирные протесты под руководством Мартина Лютера Кинга в США. Однако в обоих случаях очевидно, что (относительная) победа мирных переговоров произошла потому, что истеблишмент опасался насильственного сопротивления (со стороны более радикального крыла Африканского Национального Конгресса, а также чернокожих американцев). Короче говоря, переговоры увенчались успехом, потому что они сопровождались нависшей над ними зловещей угрозой вооруженной борьбы.
Удивление (для наших западных глаз) заключается в следующем: как такое могло произойти в Курдистане? На Западе Курдистан по—прежнему воспринимается как место жестоких межплеменных распрей, наивной честности и чувства чести, а также суеверий, предательства и постоянных жестоких войн - почти карикатурное варварское воплощение европейской цивилизации. Если мы посмотрим на сегодняшних курдов, то не можем не удивиться контрасту с этим клише — в Турции, где ситуация мне относительно хорошо знакома, я заметил, что курдское меньшинство является самой современной и светской частью общества, находящейся в стороне от религиозного фундаментализма и т.д. (Позвольте мне просто упомянуть деталь, которую я узнал в Стамбуле: рестораны, принадлежащие курдам, нетерпимы к любым проявлениям суеверий...).
Во время своего первого президентского срока Трамп пытался оправдать свое предательство курдов (он оправдал нападение Турции на курдский анклав на севере Сирии), отметив, что «курды — не ангелы», поскольку для него единственными «ангелами» в этом регионе являются Израиль (особенно на Западном берегу) и Саудовская Аравия (особенно действуя в Йемене). Однако в каком-то смысле они - единственные «ангелы» в этой части света.
Судьба курдов делает их образцовыми жертвами геополитических колониальных игр: проживая на землях, раскинувшихся вдоль границы четырех соседних государств (Турции, Сирии, Ирака, Ирана), их (более чем заслуженная) полная автономия не входила ни в чьи интересы, и они сполна заплатили за это. Помним ли мы еще массовые бомбардировки Саддамом и отравление газом курдов на севере Ирака в начале 1990-х годов? Совсем недавно, когда ИГИЛ доминировало на значительной территории Сирии и Ирака, Турция вела хорошо спланированную военно-политическую игру, официально сражаясь с ИГИЛ, но фактически бомбя курдов, которые на самом деле сражались с ИГИЛ! И стоит ли удивляться, что значительная часть курдских сил – Пешмерга (военизированные формирования в Иракском Курдистане), «стоящая перед лицом смерти» – состояла из женщин, которые достигли статуса легендарных снайперов?
В последние десятилетия способность курдов организовывать свою общественную жизнь была проверена практически в четких экспериментальных условиях: в тот момент, когда им дали возможность свободно дышать вне конфликтов в окружающих их государствах, они удивили весь мир. После свержения Саддама курдский анклав на севере Ирака превратился в единственную безопасную часть Ирака с хорошо функционирующими институтами и даже регулярными рейсами в Европу. На севере Сирии курдский анклав с центром в Рожаве был уникальным местом в сегодняшней геополитической неразберихе: когда курдам дали передышку от их крупных соседей, которые постоянно угрожали им, они быстро построили общество, которое нельзя не назвать реально существующей и хорошо функционирующей «утопией». Исходя из своего профессионального интереса, я обратил внимание на процветающее интеллектуальное сообщество в Рожаве, куда меня неоднократно приглашали читать лекции – эти планы были грубо прерваны военной напряженностью в этом районе.
Но что особенно опечалило меня, так это реакция некоторых моих “левых” коллег, которых беспокоил тот факт, что курдам также приходилось полагаться на военную защиту США – а что они должны были делать, оказавшись в центре напряженности между Турцией, гражданской войной в Сирии, беспорядками в Ираке и Ираном? Был ли у них другой выбор? Должны ли они принести себя в жертву на алтарь антиимпериалистической солидарности?
Вот почему наш долг - полностью поддержать сопротивление курдов и решительно осудить грязные игры, в которые играют с ними западные державы. В то время как суверенные государства вокруг них постепенно погружаются в новое варварство, курды - единственный проблеск надежды. И эта борьба ведется не только за курдов, но и за нас самих, за то, какой новый мировой порядок формируется. Если курды не будут поддержаны, сложится такой новый порядок, где не останется места для самой ценной части европейского наследия - эмансипации. Если Европа отвернется от курдов, она предаст саму себя. Европа, предавшая курдов, будет истинным Евростаном!
Так что следует сделать вывод: Абдулла Оджалан – это курдский Нельсон Мандела: его предложение о самороспуске РПК является актом подлинного мужества для вовлечения в борьбу за мир. Помимо него, следует упомянуть хотя бы палестинского политика Марвана Баргути, выступающего за решение палестинской проблемы на «основе двух государств», который также уже два десятилетия находится в израильской тюрьме.
Что получится из самороспуска РПК, во многом зависит от турецкого правительства - примет ли оно это предложение в качестве искреннего ответного жеста? Здесь срочно необходимо сильное международное давление на Турцию, и долг всех нас - оказать его.
Славой Жижек
Об Авторе:
Интеллектуал, парадоксалист, эксцентричная супер-звезда современной философии, культуролог и социальный философ. Живёт и работает в Любляне, Словения. Переводчик и интерпретатор Жака Лакана, учение которого наряду с марксизмом служит для него основным инструментом для анализа культуры. Один из основателей Люблянской школы теоретического психоанализа. Автор 85 книг, около 20 из них переведены на русский язык. Назовем некоторые: Добро пожаловать в пустыню Реального (2002), 13 опытов о Ленине (2003), Всё, что вы хотели знать о Лакане, но боялись спросить Хичкока (2004), Хрупкий абсолют, или почему стоит бороться за христианское наследие (2004) , Ирак: История про чайник (2004).