Одна женщина ела кашу. Манную кашу на ужин.
Есть не хотелось, она нервничала: столько забот и проблем! Дочь потеряла работу, внука надо устраивать в хорошую школу. Все так дорого в магазине, а теперь ещё зубы надо вставлять. Но есть-то надо. Силы нужны. Вот кашу быстренько сварила. И ест. И нервничает.
Женщина зачерпнула ещё ложку. И вдруг увидела донышко тарелки. Она из этой тарелки всегда ела кашу. Много лет. Привычная старая тарелка. Машинально её доставала, накладывала, ела, мыла…
А на дне тарелки синенький кораблик. Паруса раздуты ветром, плывет по волнам! Маленький синий кораблик с белыми парусами. Надо же!
Он всегда был. Просто женщина не замечала; использовала тарелку, а про кораблик не думала. Вот же он!
И кашу женщине варила мама. Белую манную кашу. Женщина была крохотной девочкой, ножки до полу не доставали, когда сидела на стуле. Это было очень давно. И надо было съесть всю кашку, чтобы увидеть кораблик.
Вот он! Он всегда был. Давно нет мамы, давно кончилось детство. И юность, и молодость - все прошло. И немолодая женщина почти без зубов сидит за столом и ест кашу. Из детской тарелки с корабликом.
Женщина увидела. И привычная вещь вдруг вызвала слезы и дрожание рук. И защемило сердце, но сладко и тепло. Это память. Любовь. Осознание мимолетности жизни.
Все так быстро проходит. Хотя долго длится, - так кажется. И мы не видим любовь, заботу, не вспоминаем лучшее в суете дней. Не видим кораблик, который уносит ветром. А уже пора вставлять зубы. Их опять нет. Как в детстве. И красить волосы, чтобы скрыть седину…
И женщина отвлеклась от забот. И достала старый фотоальбом, рассматривала фотографии. Легче стало. И пришло успокоение и умиротворение. Как будто кораблик унес тревоги. И принёс покой…
Мы не видим, хотя видим. Не понимаем, хотя видим. А потом вдруг увидим и поймём.
Так один муж спорил с женой. Спор был глупым, но ожесточенным; из-за какой-то садовой лейки спорили. И вдруг муж увидел морщинки у глаз; увядшую шею, седые корни волос. Руки с набрякшими венами…
Жена кричала уже, доказывала свою правоту. А муж похолодел от странного чувства: жизнь проходит. Это же его девчонка, его Ленка, веселая, сероглазая, озорная! Она лучше всех плясала на дискотеке. И носила модный капор, сшитый из мохерового шарфа. И короткую юбку, - это же буквально вчера было.
Какая лейка? Какие кабачки? Почему седина и морщинки? Муж взглянул на себя в зеркало. Да. Он изменился! Этот лысый немолодой дядька - это он. А немолодая тетенька - его Ленка. Он не видел, хотя видел. А теперь вдруг увидел и чуть не расплакался. Жизнь проходит. И все кончается.
Жена саркастически сказала, что даже сейчас он нашел время собой любоваться. Нарцисс! Увидела.
И совершенно растерялась, когда муж вдруг обнял её изо всех сил, прижал к себе, крепко держал! Словно хотел удержать. Словно её могло унести ветром, словно кто-то мог отнять жену; и надо было крепко-крепко её держать!
Так жена пошутила: «Никто меня не отнимет, Лёня! Желающих нет!», - есть. Есть тот, кто хочет отнять близких. Это Время.
И надо посмотреть на себя и на близких по-настоящему. И на старые фотографии тоже посмотреть по-настоящему. И увидеть. Увидеть истину - всё очень быстро проходит.
И мы тоже проходим. И нас уносит ветер времени.
…И лучше не отравлять дни своей жизни мелочными тревогами и ссорами из-за кабачков или из-за денег. Потому что кораблик летит на всех парусах. И дует ветер, и ускользает драгоценное время, пока мы вместе. Пока мы здесь…
Анна Кирьянова