Царь заокеанский заявил, что ему не нравится поведение царя Владимира из тридесятого царства. «Я не знаю, что с ним случилось. Мы раньше ладили, но сейчас с ним что-то не так», — отметил царь заокеанский.
Эх Дональд, Дональд. Вы только заметили. С ним 25 лет последних что-то не так. Как только он до трона дорвался, а вернее его туда посадили. И вот сразу стало что-то не так. Поначалу, конечно, он, скрывался, пытался даже демократа играть некоторое время. А потом понял, что трон его никуда не отпустит и стал делать только то, что позволит ему как можно дольше усидеть на троне. И ничего, собственно говоря, больше. И вся движуха была затея только ради того, чтобы царь сидел на троне. Это её главная и основная цель. И не более того.
Он все делает только для трона
Вы думаете почему так быстро, после того как царь сел на трон, стал уничтожаться независимые телевидение. Да пусть оно принадлежало олигархам и прочим богатым господам, но там всегда присутствовал дискуссия и никто не иду в одну дуду, рассказывая какой царь хороший и великолепный. Всегда было несколько мнений, на одну и ту же проблему, были достаточно интересные передачи. Можно вспомнить те же куклы и так далее по списку. Но всё это царя не устраивало. Он очень быстро понял, что подконтрольное телевидение, это ключ к сидению на троне до конца.
И очень быстро со своей так называемой командой поднялся все крупные каналы под себя. Чтобы там было единое мнение о хорошем царе. И это ведь сработало. Царские глашатаи, очень быстро стали люди развешивать на уши лапшу, не только про хорошего царя. Но и про духовность, скрепы и так далее. Потом к ним добавились традиционные ценности и прочая муть. Которая хороша только на словах.
В реальности же про традиционные ценности постоянно твердят те, кто и не собирается их соблюдать вообще. Живой пример — это православный олигарх, который очень любит рассуждать про это как раз про веру и традиционные ценности, а сам в это время увёл жену у священника. Часто нам скрепы и ценности рассказывают те, на каком, по сути, и пробы ставить негде.
Про движуху
Царь заокеанский, насколько я успел понять, очень хочет получить премию мира. Это как раз в его характере, а царь заокеанского царства ему мешает. Естественно, что никакого окончания движухи сейчас нет даже речи.
Потому что царь тридесятого царства просто тянет время. Навязываю условия, на которые никто никогда не согласится. Потому что царю важен сам процесс. Нет, наверное, он бы согласился, если ему бы отдали все земли, которые он хочет, потому что в этом случае можно объявить полную и безоговорочную победу и этого хватит, чтобы поддержать его рейтинг ещё года на три-четыре. И не переживать за свой трон.
Но противоположная сторона вряд ли согласится на такие условия. А если сейчас всё прекратить и объявить это победой, то в неё поверят только те, кто не отрываюсь смотреть в экран, а таких тридесятом царстве не особо много, процентов 15–20. А остальные могут и вопросы начать задавать, а царь никогда на них отвечать не любил. И вряд ли за эти годы, что-то сильно изменилось.
Про планы и трон
Нет у властей тридесятого царства никаких серьёзных планов. По сути, сейчас всё происходящее их просто устраивает. Народ либо молчит, либо ура кричит, они потихоньку допиливают всё что можно допилить. И продолжают создавать законы, которые защищает их от подданных. Потому что все планы их, как и планы царя крутятся только вокруг сохранения власти. Потому что власть — это хуже запрещённых веществ.
Особенно когда власть практически ничем не ограничена. Не зря же во многих других царствах, власть ограничена временным пребыванием на троне. Чаще всего это 8 лет. И это не с потолка взяты цифры. Проводились исследования с участием учёных и медиков. И они пришли к выводу, что после 8 лет сидения на троне, начинаются необратимые изменения в мозге человека. То есть он настолько прикипает к трону, что уже не помышляет о том, чтобы добровольно отдать власть. Начинает считать себя незаменимым и так далее. Что, собственно, и произошло на наших с вами глазах.
Что будет дальше?
Я, конечно, не предсказатель и не ясновидящий, но на самом деле предположить, что будет дальше несложно. Переговоры, конечно, будут, только вот вопрос принесут они хоть что-то. Потому что насколько я понял по первым переговорам между тридесятым и тридевятым царствами, по крайней мере пока никто никаких компромиссов искать не хочет. Причём это касается далеко не только тридесятого царства. А переговоры, это всегда компромисс и уступки.
Если их не предполагается, то естественно и переговоры проводить бесполезно. Особенно если нет такой цели, как заключение мира. Нет обмен пленными и так далее это тоже хорошо, но это далеко не главная цель. Раз договариваться пока не хотят, значит кровь продолжит течь. Отправить бы царей обоих царств, на сутки хотя бы в окопы. Думаю, что мир был бы заключён через час.
Про царя заокеанского
Что будет делать царь заокеанский в такой ситуации, наверное, не может предположить никто. Потому что он сам не знает чего хочет и с утра у него, может быть, один взгляд на ситуацию, а вечером совершенно другой. И он, особо не стесняясь порой говорит прямо противоположные по смыслу вещи. Так что что от него ожидать, совершенно непонятно. Он может опять позвонить царю тридесятого царства и после звонка источать любезности, а может и санкции вести. По своей непредсказуемости, он в разве обыгрывает царя тридесятого царства.
Ну а то, что он говорит, что разочаровался в царе царства тридесятого, тоже ещё ни о чём не говорит. Вечером он может заявить совершенно другое и сказать это с таким видом, как будто это и есть истина.
Про обещания
Один обещал закончить движуху, как только взойдет на трон, другой обещает постоянно и что-то постоянно поручает, только вот воз и ныне там. Ничего не меняется, собственно говоря, как гибли люди, так и продолжают гибнуть. Как истощались ресурсы стран, в которых идет движуха, так и истощаются. А ведь ресурсы не бесконечные и однажды всё это может просто рухнуть. Возможно, тогда да людей дойдёт кто сидел у них, только вот что ты мне подсказывает к этому времени будет уже поздно.
И обижаться придется исключительно на себя. Одни верили, другие молчали, надеясь, что все само рассосется.