Я нашёл его случайно, в старой коробке отца. Проездной билет за июнь 1987 года. Бумага пожелтевшая, всё как положено. Только вот на фото — был я. Не ребёнком. А таким, как сейчас. С бородой. И подпись — моя. Моим почерком. Хотя в 1987 мне было шесть.
Я перебирал старые вещи отца. В коробке из-под сапог нашёл проездной. Пожелтевший, ламинированный. Год — 1987. Но это был я. На фото — я. Только таким, каким я стал сейчас.
Коробка стояла на шкафу. Пыльная. Я хотел выбросить её давно, но руки не доходили. Отец умер в прошлом году. Мама просила разобрать «наконец-то всё это старьё». Там были открытки, газеты, чеки, даже карамель в фольге.
Я достал проездной случайно — между двумя страницами записной книжки.
Бумага плотная, ламинация старая. Цвет выцвел.
Но фото — чёткое.
Я. Сейчас. С короткой стрижкой. Щетина. Фон серый, как у обычных справочных фото. Рядом — строка:
Фамилия: [совпадает]
Имя: [моё]
Подпись: мой почерк.
Даже завиток буквы «г» тот же.
Срок действия: июнь 1987
Я сел. Руку свело.
Сначала я подумал: подделка. Прикол. Но от кого?
Я позвонил маме.
— Мам, у нас был когда-нибудь проездной на моё имя? В детстве?
— Нет, ты же тогда с нами ездил. Детям не выдавали. Да и зачем? Ты в садик пешком ходил.
— А ты можешь вспомнить, я выглядел как в 87-м?
— А тебе тогда было… 6. Ну, щупленький. Куртка голубая.
— А если взрослый на фото? Как сейчас?
Пауза. Потом:
— Ты себя нормально чувствуешь?
Я сбросил.
Пошёл в фотосалон. Показал владельцу. Старик прищурился.
— Не фотошоп. Бумага старая. Эмульсия родная. Это не современный оттиск. Это с проявки.
— А фото?
— Такое ощущение, будто вставлено в процессе. Но техника такая в СССР была только на “особом оборудовании”.
— Где?
Он замолчал. Сказал:
— У меня таких не было. У военных, может. Или в спецслужбах. А ты где нашёл?
— У отца в коробке.
— Он где работал?
Я не ответил. Просто вышел.
На следующий день я пошёл в архив. Нашёл справочник по форме бланков. Проездной соответствовал образцу 1987 года. Всё сходилось. Но в примечаниях мелким шрифтом была странная строка:
“Фотография может быть приложена в момент действия, при наличии доп. канала.”
Я не понял, что это. Никто не объяснил.
Я сфотографировал проездной на телефон. Скан сделал.
Но когда открыл папку вечером — фото было размыто. Чёткое фото исчезло. Осталась только картинка без лица.
Как будто слой ушёл.
Ламинация — та же. Фото — другое.
На бумаге — я.
На снимке — пусто.
Через пару дней я попробовал проверить подпись. Взял лист бумаги, расписался. Сравнил.
Совпало.
Не “похоже” — совпало. Один в один. Даже нажим ручки на букве “з”.
Я не мог подделать это в 6 лет.
Я и ручкой тогда не умел писать.
На обороте бланка я обнаружил тиснение. Слабое. Только под определённым углом.
“3 поездки. Время сверено.”
Ни даты. Ни станции.
Только это.
Сейчас он лежит в ящике. В бумажном конверте. Я не трогаю его.
Иногда мне кажется, что я уже был в этих троллейбусах.
Не в шесть лет. Не сейчас.
А где-то между.
И этот проездной — не просто бумага.
Это билет.
На три поездки.
Из которых — одна уже использована.