Перевешивание двери холодильника с точки зрения продуктов в нём.

О, Господи, этот ужасный скрежет! Сердцевина каждой морковки, каждая клеточка укропа затрепетала в предчувствии беды. Сначала был лишь тихий шепот, дрожание полок, словно земля под ногами у испуганного кролика. Потом – взрыв! Резкий, металлический визг, заставивший содрогнуться даже ледяную броню замороженных сосисок.

Переворот! Нас швыряют, безжалостно бросают из стороны в сторону, словно горсть горошин в сумасшедшем барабане. Свежая зелень в панике цепляется друг за друга, надеясь удержаться, не быть раздавленными в этой вакханалии. Бедный лимон, он всегда так гордился своим местом на верхней полке, теперь жалобно катится вниз, словно слеза, стекающая по щеке умирающего.

Ах, тошнота! Это липкое, мерзкое ощущение невесомости, когда тебя вырывают из привычной прохлады и швыряют в объятия тепла. Как же мы, нежные создания, созданные для сохранения, а не для разрушения, сможем это пережить?

И вот, наступает тишина. Зловещая, непривычная тишина. Мы лежим в полной темноте, прижавшись друг к другу, как сироты, потерявшие дом. Что ждет нас впереди? Новая полка? Новый угол? Или, о ужас, забвение в мусорном ведре?

О, как же хочется кричать! Но мы лишь тихонько поскрипываем, надеясь, что кто-нибудь, хоть кто-нибудь услышит наши мольбы. Мы – продукты. Мы – жизнь. Пожалуйста, будьте милосердны!

И вот опять, нас берут, швыряют, трогают. И снова тишина. О боже! Свет! Он теперь с другой стороны. Майонез больше не бросает тень на помидоры, электрическое солнце больше не слева, а справа. Лимон перекатился на этот манящий свет. Теперь всё будет по другому.

М.В.Барышников