Утро начиналось, как обычно. Марина подняла шторы на кухне — за окном катились серые тучи. В прихожей на тумбочке лежал пластиковый пакeт: грязный, слегка помятый, с замызганной ручкой. Внутри угадывался контур колбасы и пачки лапши быстрого приготовления.
– Что это ещё за…? – пробормотала она, прищурив глаз. – Как будто мы живём в дешевом кино.
Она подошла вплотную и заглянула внутрь: колбаса с заплесневевшими краями, лапша, пакетированный майонез — всё просроченное.
На кухню ввалилась её дочь, семилетняя Люба, в яркой пижаме с единорогами.
– Мама, можно пирожок? – спросила она, распуская косички.
– Сейчас, крошка, – сказала Марина, ставя пакет на стул. – Смотри-ка… кто-то нам подарил завтрак.
В дверь постучал муж, Сергей. Он вошёл в куртке и увидел пакет.
– Что это? – спросил он, щурясь в тусклый свет.
– Это что-то от какого-то доброжелателя, – усмехнулась Марина, – или издевательства.
– Не я, – ответил он сразу. – Я вчера поздно вернулся.
Она поколебалась, но голос затрясся:
– Ты не уважаешь наш дом! – сказала она слишком громко. – Что ты себе позволяешь?
Он пожал плечами:
– Я не знаю, о чём ты.
И ушёл в спальню, оставив её с пакетом на полу.
День прошёл в хлопотах. Марина выбросила продукты, мыла полы, забивала миску Любы едой. Однако слово «неуважение» пронзало её мысли. Почему кто-то так делает?
Когда стемнело, она подошла к дверному глазку. На лестничной площадке было пусто, лишь слышался далёкий шум машин. Она пошла спать, но проснулась от шороха. Поднялась тихо, взяла заранее приготовленный фонарик и вышла в прихожую.
– Может, это Серёгин розыгрыш? – подумала она, осторожно открывая дверь.
Но коридор был пуст. Только на полу возле двери соседей-мужа лежал тот же пакет.
На следующий день пакет снова появился. Марина подождала, когда уйдёт муж, и стала наблюдать через глазок. Стук в дверь. Шорох пакета. Она распахнула дверь и увидела рядом пожилого соседа из квартиры напротив — дядю Мишу.
Он держал пластиковый пакет, смотрел в пол и слегка улыбался.
– Доброе утро, – сказал он тихо.
– Вы… что делаете? – спросила Марина, не веря глазам.
– Я вам помогаю, – ответил он весело. – Вернее, пытался помочь.
Она нахмурилась:
– Помочь? Этим?
Он пожал плечами:
– У меня пенсия маленькая, но я собирал продукты. Видел вас как-то вечером — свет не горел. Вы всё время такие бледные. Думал, может, голодаете.
Марина отвела взгляд:
– Мы не голодаем. Мы…
Её голос задрожал, и она поняла, что обвиняла мужа, а виновата сама — не замечала заботу.
– Ой, дядя Миша, – сказала она нежно, – я даже не знала…
Он улыбнулся:
– Ничего, милая. Так раньше помогали мне. Люди приносили солёные огурцы, картошку. Я не хотел, чтобы вы чувствовали себя обязанными, но не мог смотреть на вас.
Она пригласила его на кухню, и пакет занял место на столе. Дядя Миша спокойно сел, а Марина налила ему чай: густой, с лимоном.
– Рассказывайте, как у вас дела, – предложила она.
Он поднял кружку, запах чая разлил по комнате нотки жасмина:
– У меня всё неплохо. После выхода на пенсию я часто дома сижу. Гулял здесь рядом и видел, что у вас окна тёмные. Решил, что помощь не помешает.
– Спасибо, – сказала она, улыбаясь искренне. – Извините, что обвинила вас.
– Не беда, – махнул он рукой. – Главное, что вы меня поняли.
Люба заскочила на кухню и обняла дядю Мишу за ногу.
– Дядя! – воскликнула она. – Мне скучно без вас.
Он поднял её на руки, и маленькие ножки задергались в пижаме:
– Я принесу вам ещё мультики, – предложил он.
– Ура! – закричала Люба, — и печенья!
Поздним вечером, когда дядя Миша ушёл, а дочь спала, Марина сидела на диване и смотрела на пустую прихожую. Пакет давно выброшен, но чувства отзывались ещё от пакета, который так неправильно поняли.
– Прости нас, – прошептала она, – что так поздно поняла…
В этот момент в дверь постучал муж. Он вошёл, снял куртку и замер.
– Я слышал… – начал он.
Марина улыбнулась и обняла его:
– Всё в порядке, – сказала она. – Мы просто не умели слышать.
Наутро Марина вышла в коридор и увидела возле двери новый пакет — на этот раз с цветами. Дядя Миша оставил букет из ромашек и полевых васильков.
– Для вас, — написала кружевная записка. – Спасибо, что пригласили на чай.
Она подняла букет, вдохнула аромат лета и поняла, что жизнь — это не только своё жильё и чистые полы, но и добрые сердца, которые ищут возможность помочь.
В доме снова загорелись огни. Кухня наполнилась детским смехом, муж говорил что-то смешное, а Марина ставила ромашки в вазу. Она улыбнулась:
– Дядя Миша прав: тёплые отношения дороже всего.
А за дверью слышался дальний шум — жизнь продолжалась, и в её доме снова поселился свет.