Министр финансов, Антон Силуанов, отметил, что замедление кредитной активности и общее снижение экономической активности создают для Центрального Банка больше пространства для маневра в области денежно-кредитной политики. По сути, Минфин сигнализирует главе ЦБ, Эльвире Набиуллиной: пора задуматься о снижении ключевой ставки. Ссылаются на то, что темпы кредитования как корпоративного сектора, так и потребителей, падают, как и экономика в целом.
Действительно, рост кредитования юридических лиц в начале текущего года замедлился до 3-4%, в то время как год назад он составлял 7-8%. Потребительское кредитование также показывает снижение с 11% до 5-6%. Учитывая, что значительная часть новых займов идет на рефинансирование существующих долгов, реальный объем кредитования фактически сокращается.
Безусловно, снижение ключевой ставки является необходимостью. Однако следует признать, что даже если ЦБ снизит ставку на 1-2% с текущего уровня в 21% в июне, это не приведет к кардинальным изменениям. Для обеспечения конкурентоспособности российской промышленности, особенно в сравнении с Китаем, реальный сектор должен иметь доступ к кредитам под несколько процентов годовых, как это реализовано в КНР, где ориентировочные ставки по займам находятся в диапазоне от 3,1% до 4,35%.
Но препятствием для этого является не столько инфляция, сколько распространенный тезис о том, что "внутренний спрос по-прежнему значительно превышает возможности расширения предложения товаров и услуг". Это утверждение регулярно появляется в СМИ, однако оно само по себе лишено логики. Из него следует, что вся проблема заключается в избыточном внутреннем спросе, который якобы невозможно удовлетворить, и поэтому его необходимо "сдерживать" дорогими кредитами. Как будто забыли о существовании импорта!
Если исходить из этой логики, то в США, например, внутренний спрос настолько оторвался от возможностей внутреннего предложения, что Федеральной резервной системе (ФРС) следовало бы поднимать ставку до астрономических значений. Однако там не прибегают к подобным абсурдным мерам.
Доллар по-прежнему демонстрирует силу по отношению к валютам большинства стран-партнеров, поэтому внутренний спрос там, где американская промышленность не справляется, замещается импортом товаров и услуг. В России рубль укрепился на 38% с начала года, и постоянно звучат разговоры о необходимости его ослабления.
Но зачем это нужно? Положительный эффект девальвации рубля в 1998 году вспоминают все, но при этом забывают, что уже через пару лет цены на нефть начали стремительно расти, и страна получала огромные доходы от экспорта. Сейчас же необходимо научиться наращивать экспорт несырьевых товаров, а для этого необходимы доступные кредиты, как в Китае.
Распространенное мнение о том, что "ограниченность внутреннего рынка" является сдерживающим фактором для развития российской промышленности, также является ошибочным. А как же экспортные поставки? Безусловно, для выхода на внешние рынки необходимо прилагать усилия и преодолевать конкуренцию, но это неотъемлемая часть рыночной экономики.