— Так будет честно. В случае развода у тебя останется твоя квартира, а у меня — ипотечная, — сказал Антон, сидя напротив жены за кухонным столом.
Его лицо оставалось спокойным, но голос выдавал неуверенность. Оно и не странно. Его предложение было вопиюще наглым. Марина даже не сразу поняла, о чём он говорит.
— Подожди... Ты хочешь оформить ипотечную квартиру на свою маму? — её голос дрожал от удивления.
Антон кивнул, как будто это было само собой разумеющимся.
— Да, она так предложила. И это звучит разумно. Ведь если мы расстанемся, у тебя уже есть своя квартира, а у меня ничего. Это будет справедливо, не правда ли?
— Справедливо? — Марина едва сдерживалась. — То есть я буду платить за квартиру, которая никогда не будет моей, и ты думаешь, что это нормально?
Антон нахмурился, будто не понимая, почему жена вообще так реагирует.
— А ты что, уже решила разводиться?
— Нет, но...
— Почему тогда тебе это так не нравится?
Марина и Антон были вместе уже пять лет. Год назад они поженились, и теперь планировали расширять жилищные условия. Сейчас они жили в Марининой уютной однокомнатной квартире — новостройке с отличным ремонтом в благоустроенном районе. Однако им было очевидно, что для семьи с ребёнком однушка не подойдёт.
— Ребёнку нужна своя комната, — сказала однажды Марина. — У меня вот никогда не было своей комнаты. В какой-то момент я начала дёргаться от голосов родителей и беситься от звуков чужого дыхания. А уж как меня крыло от гостей... Не хочу, чтобы так же было с нашим ребёнком.
Антон тогда согласился с ней. Они решили взять ипотеку на новую квартиру, а имеющуюся сдавать, чтобы частично гасить выплаты. Всё было чётко и ясно, пока на сцену не вышла свекровь.
— Ты же понимаешь, сынок, что в случае чего ты останешься ни с чем? — говорила мать Антона, "заражая" его своими идеями. — Подумай о будущем. Жён может быть много. Они уходят и приходят, а крыша над головой нужна всегда.
Антон слушал её с задумчивым лицом. Он редко спорил с матерью. Она всегда казалась ему умной, а её советы — разумными.
— Ну да, если оформить ипотечную квартиру на тебя, то это будет безопаснее, — пробормотал он.
Семя сомнений нашло благодатную почву.
Когда Антон рассказал об этом Марине, та не поверила своим ушам. После первого разговора они ни к чему не пришли. Но ведь Антон настаивал снова и снова.
— Удобненько. Мою квартиру будут громить квартиранты, а твоя мама в это время будет богатеть за мой счёт, — сказала Марина во время очередных "переговоров". — И в случае чего вернусь я в графские развалины.
Антон не ожидал такого бурного сопротивления.
— Ну твоя квартира останется же у тебя! Никуда же не денется!
— Ты совсем с ума сошёл?! Ещё бы ты претендовал на моё! Хотя... Ты и так претендуешь! Я буду вкладываться в ипотеку, а в итоге у меня не будет никаких прав на жильё. Ты слышишь себя?
— А что не так? У каждого будет своё жильё.
Марина вздохнула. Она не могла поверить, что он настолько поглощён идеями своей матери.
— Ты ни копейки не вложил в мою квартиру, а теперь хочешь, чтобы я платила за жильё, которым никогда не буду владеть. Это не справедливость, это просто абсурд!
— А чего ты так переполошилась? Или уже подумываешь о разводе? — выпалил Антон, поднимаясь с места. — Видимо, мама была права, что надо себя подстраховать!
— Вот и иди к своей маме! — Марина не выдержала и указала на дверь.
Антон вышел с оскорблённым выражением, не сказав ни слова.
Через пару часов Марине позвонила свекровь.
— Марина, ты совсем не права, — начала она с едва сдерживаемым недовольством. — Нельзя так резко реагировать. Антон предложил разумный вариант, а ты почему-то не соглашаешься. Это ведь честно!
— По-вашему, честно, что я буду платить за квартиру, которая будет принадлежать вам? — Марина пыталась говорить спокойно, но в голосе сквозило раздражение.
— Ну что ты там платить будешь? — свекровь усмехнулась. — Сейчас уйдёшь в декрет, потом во второй — и всё. Уже никуда не выйдешь. А мой сын в это время будет платить за ипотеку. Это ведь нормально, что квартира достанется нам.
Терпение Марины было на пределе.
— Ипотека будет частично погашаться за счёт аренды моей квартиры. И ваш сын будет обеспечивать свою жену и ребёнка, а не кого-то чужого.
— Ты такая меркантильная, — выдохнула свекровь и бросила трубку.
Марина сидела, ошеломлённая. Её обвиняли в меркантильности, потому что она не позволила себя обмануть. Было горько и смешно одновременно. В какой момент её брак превратился в фарс?
Марина понимала, что жить с Антоном дальше будет всё труднее. Он, казалось, уже не мыслил самостоятельно, каждое его решение было продиктовано словами свекрови. Её муж, которого она когда-то любила за его самостоятельность, исчезал под юбкой матери.
— Я выходила замуж за взрослого мужчину, — прошептала она, сидя одна в гостиной, — а теперь всё чаще слышу в его словах голос свекрови.
Она уже понимала, что ничего хорошего их отношения не ждёт, а потому сама стала собирать документы для развода. Ведь мужья уходят и приходят, а крыша над головой нужна всегда. И покушаться на свою крышу она никому не позволит.