Май в Латвии выдался своеобразный: холодный, дождливый, с краткосрочными волнами тепла. Они-то меня и путали, поскольку только я привыкала к лету, как погода вновь забрасывала меня в весну, и, так как происходило это ни раз и ни два, а гораздо чаще, то к концу месяца я подошла со странным ощущением… осени, навеянным ещё и тем, что событий в мае было много, как и связанных с ними впечатлений и эмоций, и стало казаться, что не один-единственный месяц прошёл, а всё лето, за которое я успела прожить целую жизнь!
Так что сегодня мы с вами совершаем неспешную прогулку по цветущей майской Юрмале – от станции Булдури, на которой я традиционно выхожу, когда еду на море, до станции Майори, с которой я уезжаю в Ригу, предварительно пробежав центральную пешеходную улицу курорта – Йомас и совершив небольшую прощальную прогулку в сторону Дубулты и обратно.
Так как вспышки аномального тепла (до +30) в Латвии начались ещё в начале апреля, то в середине мая, конечно, было очень странно наблюдать цветущие розовым деревья и пытающуюся распуститься сирень: всё, казалось, что на дворе – как минимум июль, и они тут ни к месту. С клумбами ситуация обстояла проще – они радовали глаз и поражали воображение как своим цветочным рисунком, так и подбором красок самих цветов.
Зелень взмывающих в небо сосен и о чём-то перешёптывающихся с песком лиственных деревьев – местами редкая, но неизменно сочная, новенькая, какой она бывает только весной – удивляла тоже, как и чешуйчатые, словно хвост русалки, стволы всё тех же сосен, словно подпирающих собой небо.
От Булдури до Дзинатри мы идём вдоль Балтийского моря. Здесь – царство воды и песка. Зелень сосен – по левую руку. Солнце – бьёт в глаза прямо или чуть справа.
Около концертного зала «Дзинтари» проходим через оранжево-бело-синюю извилистую клумбу.
Ныряем сквозь молодую зелень на улицу Йомас.
Любуемся цветочным оформлением уличных кафе и… магазинов, которые, похоже, тоже слегка провалились во времени, уже успев собрать урожай (шутка).
В историческом саду Горна (известен с 1870 года, как место проведения музыкальных концертов, наблюдать за которыми можно было с длинных крытых веранд со столиками и скамейками) с виднеющейся вдалеке небольшой эстрадой цветочные клумбы отличаются свежестью красок, чёткостью линий и оригинальностью форм, напоминающих собой завитки ракушек.
Майори встречает нас… цветущим пнём (помните, да: «И даже пень в апрельский день берёзкой снова стать мечтает»?), бьющим в глаза солнцем и целым морем цветов, напоминающих собой волны – по геометрии, по высоте (одни выше – другие ниже), за которыми новая юрмальская жёлто-чёрная электричка напоминает собой пчёлку, заботливо опыляющую балтийский курорт изо дня в день.