— Мы ведь пустили твоих родственников на нашу дачу погостить не навсегда, — напомнила Нина мужу. — Речь шла только о трёх месяцах, Виталий. Трёх. А прошло уже полгода, как они там живут, и, судя по всему, съезжать они не собираются.
— Судя по всему, да, — грустно произнёс Виталий. — Не собираются.
Нина тяжело вздохнула.
— Послушай, Виталий, я, конечно, понимаю, — продолжила она, — ребята оказались в трудной ситуации, остались без квартиры. Но так ведь тоже нельзя. Нужно ведь и совесть иметь. Ведь скоро лето. Куда детей повезём? Да и мама моя уже интересуется, где будет проводить это лето: с внуками на даче или как-то по-другому?
— Ну конечно, с внуками на даче, — ответил Виталий. — Как по-другому-то?
— А ты точно уверен, что к лету твои родственники съедут?
Виталий молча вздохнул и повертел головой.
— О чём и речь, — грустно произнесла Нина. — Может, ты поговоришь с ними ещё раз? Намекнёшь?
— Да я уже сколько раз им и говорил, и намекал, — ответил Виталий.
— И чего они?
— Да ничего. Без толку все эти намёки и разговоры. Как об стенку горох.
***
Виталий чувствовал свою вину перед женой. Ведь это он полгода назад уговорил Нину пустить своего брата с женой и с детьми на их дачу, когда выяснилось, что брат остался без квартиры.
— А куда делась квартира? — спросила Нина, когда Виталий впервые заговорил о том, чтобы пустить брата с семьёй на дачу.
— Он вынужден был её продать, — ответил Виталий. — Чтобы расплатиться с долгами жены. Она начала там какое-то большое дело, требующее крупных вложений. Была уверена, что всё получится. И заняла под это много денег. Ожидались огромные прибыли. Но...
Не получилось. И теперь им нужно возвращать деньги. А с чего возвращать-то? Ну вот поэтому Пётр и продал квартиру. Чтобы расплатиться с долгами.
— Как он мог продать квартиру, Виталий, если эта квартира досталась тебе и брату в равных долях как наследство от родителей?
— Видишь ли, в чём дело, Нина... Не знаю, как и сказать... Дело в том, что, когда я узнал, что брат оказался в беде, я отказался от своей доли в его пользу.
— Так вот почему ты месяц назад попросил меня зарегистрировать себя в моей квартире под предлогом, чтобы брату было меньше платить за вашу квартиру?
— Ну да. Поэтому.
— Выходит, что квартплата здесь вообще ни при чём?
— Ни при чём.
— Ты хороший брат, Виталий.
— Хороший, — грустно согласился Виталий.
— А я плохая жена.
— Почему «плохая», Нина?
— Потому что поверила тебе.
— Прости меня, Нина.
— Да ладно. Чего уж там. Обидно, что не рассказал правду.
— Боялся, что ты не разрешишь. А я не мог не помочь брату. А теперь, когда квартира продана, им негде жить. Можно, они поживут на нашей даче?
— И долго они там жить собираются?
— Пётр сказал, что всего на три месяца. Потом они что-нибудь придумают.
— Что придумают?
— Говорит, что квартиру снимут. А после купят новую.
— На что они её купят?
— В рассрочку.
— Ну разве что в рассрочку.
— Так что, Нина? Может, пустим их на три месяца? А? Не чужие ведь люди? А?
— Ну, если на три месяца, тогда ладно, — сказала Нина. — Пусть живут, не чужие ведь люди. Разрешаю. Слушай, Виталий, а твой брат не сказал, когда отдаст тебе твою долю проданной квартиры?
— Не сказал. Но я уверен, что как только у него будут деньги, он сразу вернёт мне долг.
— Ты уверен?
— Я надеюсь.
— Понятно.
— Так я скажу Петру, что он может приезжать на дачу?
— Скажи, — разрешила Нина.
И уже на следующий день Пётр, его жена Клавдия и двое их детей переехали на дачу Виталия и Нины.
***
Но только причина их переезда была другая.
Не та, которую рассказал Виталий Нине.
Но Виталий и сам не знал всей правды.
А правда в том, что никаких долгов у Петра и Клавдии не было. А было простое желание забрать всю квартиру себе. Вот они и придумали обмануть Виталия, рассказав ему о больших долгах, которые нужно срочно вернуть.
— А мы на те деньги, которые выручим от продажи квартиры, купим себе новую квартиру на стадии строительства, — предложил Пётр. — А пока будем ждать сдачу дома, поживём на съёмной квартире. Правильно?
И Клавдия согласилась. И вдвоём они очень быстро уговорили Виталия на продажу квартиры.
Но когда одна квартира была продана, а другая (в строящемся доме) куплена, Клавдия заявила, что не хочет жить на съёмной квартире.
— Но ты же говорила, что согласна, — недоумевал Пётр.
— Теперь я думаю иначе! — уверенно ответила Клавдия.
— И что ты теперь думаешь?
— Думаю, что это неправильно. Жить на съёмной квартире в Москве — это накладно.
— Согласен, — уверенно произнёс Пётр, немного подумав. — Но что ты предлагаешь, любимая?
— Пока строится дом, предлагаю пожить это время у твоего брата на даче. У них ведь недалеко от города дача. Хороший дом. Со всеми коммуникациями. Годен для круглогодичного проживания. Я узнавала, там даже прописаться можно. Вот там и поживём.
— Думаешь, Виталий согласится?
— А куда он денется? Твой брат — добрый и глупый. И он любит тебя. А значит, сделает всё, о чём ты его попросишь. И если уж он от половины квартиры отказался в твою пользу, то пожить на дачу точно пустит. И зарегистрирует. Можешь даже не сомневаться.
— Но срок-то большой. Два года — до сдачи дома, в котором мы квартиру купили. Согласятся ли Виталий и Нина пустить нас к себе на столь долгий срок?
— А мы не скажем, что на два года к ним на дачу приедем, — ответила Клавдия. — Скажем, что всего на три месяца. Сейчас середина зимы. Не дачный сезон. Они будут думать, что до лета мы дачу освободим. И пустят нас.
***
Так и произошло.
И вот уже прошло полгода, а Пётр и Клавдия с детьми по-прежнему живут на даче, и их всё устраивает.
А Виталий чувствует свою вину перед женой, но не знает, как быть с родственниками, которые въехали в дом и которых теперь никак не выгнать.
— Может, мне с ними поговорить? — предложила Нина.
— Поговори, — грустно согласился Виталий. — Потому что меня они не слушают.
И в ближайшие выходные Нина съездила на дачу и поговорила с родственниками.
— Лучше бы и не ездила, — сказала Нина мужу, когда вернулась обратно.
— А что такое? — испуганно поинтересовался Виталий.
— Да ничего. Только настроение себе испортила. Короче. Никуда они съезжать не собираются, потому что им некуда. Кстати, что касается денег за долю квартиры, Виталий, то отдавать её тебе они не собираются.
— Почему?
— А Клавдия сказала, что, поскольку Пётр — старший брат, то по справедливости эта квартира должна была принадлежать только ему. И поэтому насчёт какой-то там компенсации и прочего мы с тобой, Виталий, должны забыть.
— Клавдия так сказала?
— Нет, Виталий. Клавдия сказала не так. Она сказала всё намного грубее и жёстче. Но у меня язык не поворачивается повторить её слова вслух.
— Слушай, а может, их припугнуть? — предложил Виталий.
— Ты, что ли, будешь их пугать?
— Я не умею.
— И я не умею, — сообщила Нина. — К тому же не забывай, что мы их там зарегистрировали. И они имеют право жить сколько угодно, до тех пор, пока их не снимут с регистрации. А для этого нужно идти в суд.
— Только этого нам и не хватало. Зачем я решил им помочь?
— Да ты ладно. Ты всего-навсего помочь решил. А вот зачем я, глупая, зарегистрировала их там. Не понимаю.
— И что делать теперь будем?
— Не знаю, — ответила Нина. — Придётся ждать, когда у них совесть проснётся.
— А если она у них никогда не проснётся?
— Да нет, — сказала Нина. — Этого не может быть. Когда-нибудь она должна проснуться. Не может же она у них всегда спать?
— А если у них вообще нет совести? — спросил Виталий.
— Об этом я как-то не подумала. Ладно. Чего уж теперь. Раз уж решили быть добрыми и благородными, будем оставаться ими до конца. Подождём ещё немного.
— Подождём, — согласился Виталий.
***
Но прошло ещё два месяца, а ситуация не поменялась.
Пётр, Клавдия и их дети по-прежнему жили на даче и съезжать не собирались.
И более того!
В дачный посёлок приехали специалисты с измерительными приборами. Пётр и Клавдия сразу поинтересовались, в чём дело. А им ответили, что в скором времени на месте дачного посёлка будут строить торговый комплекс.
— А жильцов куда? — испуганно спросили Клавдия и Пётр.
— Не волнуйтесь, граждане, — ответили специалисты. — Все жильцы получат компенсацию.
— И как скоро вы нас отсюда выселите?
— Не скоро ещё, — ответили специалисты. — Строительство торгово-развлекательного комплекса начнётся не раньше, чем через два года. И только после этого, как все дачники получат компенсацию.
Клавдия и Пётр сразу начали выяснять, действительно ли планируется строительство и снос участков. И если планируется, то насколько большой будет эта компенсация.
И выяснилось, что строительство действительно запланировано, а за эту дачу Нина и Виталий получат по меньшей мере вчетверо больше, чем стоимость квартиры, которую купили Клавдия и Пётр в строящемся доме.
— Ух ты! — сказал Пётр.
— Это же надо! — сказала Клавдия.
И супруги начали даже обдумывать новую подлость против Виталия и Нины. Решили они вообще забрать эту дачу себе.
— Скажешь брату, — учила Клавдия мужа, — что мы снова в беде и нам срочно нужны деньги. Иначе, скажешь, тебя закроют. Понял?
— Понял, — ответил Пётр. — А если Виталий не поверит?
— Надо, Петя, так ему рассказать, чтобы он поверил.
И Пётр поехал к брату. Рассказал всё так, как они спланировали с Клавдией.
— Ты мне веришь, брат? — спросил Пётр, когда его рассказ подошёл к концу. — Веришь, что не обманываю я тебя, что действительно прижало меня со всех сторон и выхода нет?
— Верю, брат, — ответил Виталий. — Но только не знаю, чем и помочь тебе.
— Денег дай.
— Так нет у меня денег.
— Но у тебя есть дача. А я выяснил, что люди, которым я должен, согласны забрать твою дачу в уплату моих долгов. Так как, брат? Выручишь меня?
— Поговори с Ниной, — ответил Виталий. — Я не против. Но вот она...
И Пётр пошёл разговаривать с Ниной. Но Нина, выслушав грустную историю Петра, сначала долго смеялась, а после послала его подальше вместе с его долгами.
— Да как же это, Нина? — недоумевал Пётр. — Брат мужа твоего в беде, а ты? Не по-людски это!
Но Нина была неумолима. Ещё раз послала Петра подальше, и на этом разговор был окончен.
Делать нечего, пришлось Петру возвращаться к жене с плохой новостью. Рассказал Клавдии всё как есть.
— Ну вот что за женщина, а? — недоумевала Клавдия. — Вот ведь есть же подлые люди на земле, а? Муж — такой славный и милый. А жена?! Нет, я так не могу. Сейчас позвоню ей и скажу всё, что думаю.
— Не надо звонить, любимая, — сказал Пётр.
— Почему это?
— Можешь только всё дело испортить.
— Какое дело?
— Есть у меня одна идея.
— Что за идея?
— А что, если мы поменяем свою квартиру на эту дачу? А? Дача ведь эта вчетверо дороже стоит нашей квартиры.
— Идея хорошая. Но... А если они не согласятся?
— Согласятся. Они ведь не знают всей ситуации. А по рыночным ценам эта дача стоит почти столько же, сколько и наша квартира. Может, даже и меньше. А когда здесь начнётся строительство, получим четыре таких квартиры вместо этой дачи. А? Ты как? Согласна на такой обмен?
— Я-то согласна, но как уговорить Нину?
— Вот! Поэтому я тебя и остановил. Не хотел, чтобы ты звонила Нине и ругала её. А лучше ты ей сейчас позвони и ласково так предложи обменяться. Объяснишь это тем, что строящуюся квартиру продать трудно, а деньги нам сейчас уже нужны. Поэтому мы и меняемся. Всё по-честному.
— А если она спросит, откуда у нас деньги? На что мы купили квартиру в строящемся доме?
— А ты не жди, чтобы она это спросила.
— Как это?
— А так. Позвонишь ей, извинишься за все причинённые неудобства и сама, слышишь, сама скажешь, что мы квартиру купили, на которую тебе подруги деньги одолжили. Поняла?
— Поняла, — ответила Клавдия.
И Клавдия позвонила Нине. Извинилась за то, что так долго живут на даче, за грубости прошлые тоже попросила прощения. Объяснила ситуацию. Рассказала про квартиру, которую они с мужем купили с помощью её подруг. В общем, много всего наговорила. А в конце предложила обмен.
— Хотите забрать нашу дачу в обмен на свою недостроенную квартиру?
— Хотим, — уверенно ответила Клавдия, — потому что другого выхода не видим. Через два года дом будет сдан, и у вас с Виталием будет уже две квартиры. Сейчас я тебе пришлю фотки. Увидишь, что я тебе предлагаю, пальчики оближешь.
Клавдия прислала Нине снимки будущей квартиры и сообщила адрес.
— Но эта квартира дороже нашей дачи, — сообщила Нина. — Тем более метро рядом.
— Дороже. Но пусть это тебя не тревожит. Разница в цене — это компенсация твоему мужу за его долю проданной квартиры.
— Если компенсация, тогда это по-честному. Я согласна, — ответила Нина.
И обмен состоялся. А когда через год начали расселять дачные участки, выяснилось, что именно участок, который принадлежит Клавдии и Петру, под расселение не попадает.
— Почему не попадает? — возмущались Клавдия и Пётр. — Как такое возможно?
— Так получилось, — ответили им, — что ваш участок не мешает строительству. Да вы не расстраивайтесь. Будете теперь жить рядом с торговым комплексом.
— Рядом со стройкой, вы хотели сказать?
— Мы строим быстро. Два года, самое большее три, и всё будет готово. ©Михаил Лекс. Заходите поболтать в комментарии. Благодарю за ваши отклики, лайки, репосты и подписки. Можно почитать другие рассказы здесь: