Советник президента России Антон Кобяков на форуме в Петербурге разъяснил, что Советский Союз распустили некорректно, а значит, украинский кризис – это наш внутренний процесс.
Руководители 15 союзных республик-сестёр выстроились в длинную очередь к заветной двери на Старой площади. Длинной очередь была оттого, что к советским руководителям примкнули и лидеры стран Варшавского договора, и главы неприсоединившихся государств и прочих сочувствующих Союзу народных демократий, несть им числа. В руках у занявших очередь были неприглядные холщовые мешки – в таких несознательные деревенские обитатели втихаря таскали с поля колхозную картошку. Зато эти мешки были очень вместительными – объёмнее любых чемоданов и дорожных сумок. Очередь дожидалась, когда на работу придёт благодетель, Антон Кобяков. Именно он распределял финансовое вспоможение республикам-сёстрам и братским народам. Вспоможение, впрочем, изрядно задерживалось – аж с 1992 года. Дожидающиеся роптали всё громче и громче, и наконец к ним вышел кормилец. Соискатели примолкли и протянули к нему пустые мешки, поедая советника глазами, исполненными несдержанного обожания. Кобяков, однако, не спешил наполнять мешки. Он выдержал красноречивую паузу, а затем веско изрёк: не спрашивайте, что страна может сделать для вас, спросите себя, что вы можете сделать для страны! Просители немедля зависли в немой сцене, пытаясь уяснить, что имелось в виду и наполнят ли им наконец их мешки. «Раз вы явились сюда за подачками, – без обиняков расставил все точки над «ё» советник, – для начала давайте проясним ваш статус. В России за 30 с гаком лет многое изменилось, страна теперь финансирует только свои субъекты – национальные республики в том числе. Хотите добра мешок – становитесь республиками в составе Российской Федерации, а не так, как раньше. Никаких больше эфемерных союзов – наелись, спасибо. Ну так как?» Очередь загомонила, забурлила, забулькала и снова замолкла. А затем соискатели снова протянули свои мешки, покорно склонив головы. Это, конечно, пока только сон, но есть ощущение, что сон этот – вещий.