Несколько дней назад в чате «Русской общины» города Балашихи я прочитала обращение бойца - ветерана СВО, находящегося в отпуске по ранению. Ну как обращение? Крик души скорее. Выдержки из этого обращения прикрепляю к данному тексту. Раненого (а потому находящегося в заведомо беспомощном состоянии) бойца избили двое приезжих за сделанное им замечание о том, что они припарковали свою машину на газоне.
А дальше - крик отчаяния просто. Боец уже был готов (вероятно, при помощи сослуживцев) решить вопрос незаконным путем и понести за это наказание. Потому как ему было дико, больно и обидно за то, что в тылу ситуация - вот такая, какая она есть. И что отношение к нему - вот такое вот.
Мне это, конечно, напомнило ситуацию с моим добрым другом - бойцом Юрием Горенковым, которого в заведомо беспомощном состоянии (Юрий на костылях и в аппарате Илизарова) избил нетрезвый гражданин в сентябре 2024 года. Правда, он был местный, не приезжий. Однако в остальном всё очень похоже.
Я связалась с бойцом, который написал в «Русскую общину», рассказала об инциденте с Юрием и предложила свою посильную помощь в предании огласке этого случая. Однако к тому моменту координаты «Русской общины» уже активно взялись за дело.
Публикации об этом случае появились и в группах «Русской общины», и даже на странице МК в Дзене со ссылкой на «Русскую общину». Полиция проводит проверку, а юристы «Русской общины» контролируют процесс.
И вот что я хотела бы в этой связи сказать.
В последнее время в адрес «Русской общины» появляется достаточное количество негативных публикаций. Причем от разных авторов и ввиду разных причин/обстоятельств. Из недавнего - это, по-моему, видеоролик с активистами «Русской общины», которые неправильно отвечают на ряд вопросов по истории. Помнится, Борис Григорьевич Якеменко активно глумился над этим видео.
Но знаете, что получается в сухом остатке? Что, к примеру, вот этот вот избитый боец, находящийся в отпуске по ранению, в итоге написал в ТГ-чате «Русской общины», как сильно он благодарен «Русской общине» за помощь. Как он рад, что он - внимание - почувствовал, что он тут, в тылу, кому-то нужен. Что ему подставили плечо. Защитили - ровно так, как он защищал нас всех там, на фронте. Боец так и сказал: мол, я думал, что я одинок, что максимум, на кого смогу рассчитывать тут, в тылу, - это вагнеровцы. А оказалось, что у меня тут есть братья по духу, что у меня есть большая семья.
Соответственно, у меня вопрос к тем, кто активно критикует общинников (даже если в некоторых случаях эта критика обоснована). А какую альтернативу предлагаете лично вы, господа критикующие, в случаях, подобных тому, с которым столкнулся боец? Ну вот вы ему что предлагаете? «Русская община» предложила конкретные шаги. Законные, заметьте, шаги, в отличие от того, на что уже в отчаянии был готов боец. Этого не надо было делать? Или что? Другой вопрос: если сейчас «Русской общины» не станет, то кто подхватит такой вот случай? Какие конкретно люди и организации? Борис Григорьевич Якеменко станет помогать бойцу добиться результатов по его вопросу?
Общинники через не хочу, что называется, заставляют государственную машину работать с конкретными случаями, с конкретными гражданами. А не будь «Русской общины», кто бы сейчас взял на себя этот общественный инструмент? Какая из имеющихся организаций?
Помните, как в Коркино Челябинской области «Русская община» выделила юристов всем, кто, в порыве гнева после убийства местной таксистки, пошел громить дома ее убийц? В чем эти действия были плохими? Надо было подставить разгневанных людей под удар? Или, может быть, это люди были не правы в своей реакции?
Ну то есть, при всех вопросах к историческим знаниям, «Русская община» в первую очередь помогает конкретным людям решать их конкретные вопросы. Здесь и сейчас помогает. Такие вопросы, которые в одиночку у этих людей решать не получается. Патриотизм, явленный в поступке, - вот это как называется. Любовь к Родине - через помощь ее людям.
По делам их. Кажется, так написано в Книге? Из этого и предлагаю исходить.