Челябинский «Трактор», ставший финалистом Кубка Гагарина, встретился после окончания сезона со своими болельщиками. Корреспондент «Курса дела» побывал на мероприятии, и за морем болельщицкой любви увидел еще кое-что.
…Возле закрытых дверей арены «Трактор» начинала образовываться уже не очередь, а давка. Более тысячи болельщиков, преимущественно дети и подростки, уже больше часа ждали, когда же их пустят к любимым хоккеистам. Но двери все не открывались. Не помогало ничего — даже кричалки, которые пытались скандировать эти по бОльшей части детские еще голоса.
Двери держали закрытыми в том числе, как объяснили в частном порядке автору этих строк — из соображений безопасности. Странные соображения, учитывая, что такая вот толпа — лучшая мишень…
Между тем сквозь стеклянный фасад арены было видно, что игроки «Трактора» уже начали раздавать автографы. Но, сотрудникам арены и охранникам. И пока все они не получат свои заветный росписи и фоточки, никто никому дверей не откроет. Ну, а что, тоже можно понять — весь сезон простоять в периметре или вообще в холле, по бОльшей части спиной ко льду — и когда еще у охраны будет шанс на автограф?
Тем временем к 13 часам толпа еще разрослась. Помимо фанатов, наряженных в атрибутику «Трактора» были тут и подростки в школьной форме с лентами наперевес. Сбежали, значит, с выпускных в своих школах. Ну, или решили совместить.
Ну, а что — здесь ведь тоже ожидался своего рода «последний звонок», выпускной. Только для класса «Трактор- 2025»…
Здесь, пожалуй, стоит сделать небольшое отступление. Оно важно для понимания того, что сейчас происходит и с хоккейным клубом, и, возможно, с обществом в целом.
В современной, постсоветской истории «Трактора» были три эпизода, когда команда достигала наибольших в своей истории успехов, причем во всех случаях сразу два года подряд.
Сначала был «Трактор» сезонов 1993-94 — первая команда тогда еще начинающего тренера Валерия Белоусова, с набором по бОльшей части местных талантов, ставших чемпионами мира-93: от Зуева в воротах, Гомоляко, Карпова, Варицкого, Лазарева, Астраханцева, Кудинова, Мальцева, Федулова и других в атаке, и Сапожникова, Шварева, Тертышного, Давыдова, Никулина, Гловацкого в защите.
Их болельщики, заполнявшие до отказа уже тогда старенькую «Юность» — по бОльшей части суровые челябинские мужики начала 90-х, да четкие пацанчики той поры. Внутри «Юности», особенно в подвале, где располагался «буфет», стоял непробиваемый дым от сигарет и неперебиваемый запах алкоголя — какие времена, такие и нравы.
Потом, почти через 20 лет, был «Трактор» сезонов 2012-2013. Последняя команда все того же Белоусова, сотканная уже великим тренером по-эстетски из всего, что мог предложить хоккейный рынок и почти безразмерный в те годы бюджет клуба, собранный волей тогдашнего губернатора Михаила Юревича — как с местными самородками (совсем еще молодые Кузнецов и Бурдасов, а позже — Ничушкин, Попов, Глинкин, Катичев, а еще Панов, Чистов и Якуценя), так и с мощными легионерами (Гарнетт в воротах, Булис, Контиола, Куинт с Жиру, белорус Костицын) и мастерами другого хоккейного воспитания (Антипов, Рязанцев, Рябыкин)
У команды, созданной во времена еще не отошедшего гламура и больших шальных денег, доллара по 30 рублей, и болельщик был соответствующий. Наряженные в игровые свитера команды (благо, появилась доступная качественная атрибутика) позврослевшие «пацанчики» 90-х, многие из которых уселись в ложах на новой уже арене «Трактор», серьезные мужчины лет 30-40-50. Многие, кстати, уже с женами и\или любовницами — поход на тот хоккей был вопросом и престижа.
А еще — «ультрасы», ставшие «сектором А», и переживавшие в те годы расцвет своей субкультуры.
И вот новый «Трактор», середины 2020-х. С первым в истории клуба успешным нечелябинским, и вообще североамериканским тренером Беном Гру, с прикольным канадским вратарем Фукале, большим и улыбчивым Бадди Робинсоном, повзрослевшим, но все еще мимимишным мечтой школьниц Кравцовым, гениальным, но молчаливым Шабановым и так далее.
Продукт (да, уже именно так — продукт) своего времени. Выросший внутри уже не просто чисто хоккейного клуба, а организации, довольно мощной во всех отношениях. В том числе коммерчески-рекламно-маркетинговой: «Трактор» зарабатывает сам весьма приличную часть собственного бюджета, и это целая индустрия: атрибутика, билетная программа, реклама, медиамашина с сотнями тысяч подписчиков в соцсетях…
И болельщик нынешнего «Трактора»… Наверное, его уже можно назвать отчасти маркетинговым термином — целевая аудитория. И она в последние годы меняется. В том числе, самим «Трактором», его блоком коммерции, развития и маркетинга. По сути, ушли с трибун «ультрас» (да, сектор А на арене по-прежнему наполняется молодыми людьми в атрибутике и с флагами, но это уже все совсем не то, и к фанатскому движению былых времен не имеет никакого отношения). А на трибунах во время матчей — все больше семей с детьми, а то и просто — детей. И одна из наиболее популярных расцветок в атрибутике — розовая. Потому что девочки.
Нет, на арене все еще есть те, кто с «Трактором» многие десятилетия, «настоящие» болелы из 80-х, 90-х и начала 21-го века. Но они уже не основная часть зрителей. Да и сам хоккей (не только в Челябинске, кстати, это тенденция всей КХЛ) — не только вид спорта, но и коммерческий, маркетинговый продукт.
Почему был сделан выбор в пользу превращения хоккея в семейное шоу-зрелище с упором на детей? Неумолимая логика — выручка от похода на хоккей от семьи больше, а дети, с малых лет приученные к символике клуба — это верные болельщики (и плательщики) на долгие десятилетия вперед — одна из гарантий того, что «Трактор» будет жить, и жить долго.
И вот теперь эта толпа болельщиков нового поколения — кроме школьников было много семейных пар, кто-то, разумеется, взял с собой и маленьких, в том числе грудных детей — уже полтора часа ждала у дверей.
И — когда их, наконец, открыли — начали проникать внутрь арены, несмотря на досмотр и турникеты. Но понадобилось около минут 40, чтобы все желающие смогли, наконец, приступить к сбору подписей на заботливо выдаваемых на входе фотографиях команды.
Замечу, что для игроков эта история с автограф-сессией — благодарная, но совсем непростая. Почему? Слава же, приятно должно быть. Ну, а вы представьте себя как милого щеночка, который вдруг попал сразу к нескольким маленьким детям, которые в порыве мимимишности стремятся заласкать вас до полусмерти, вырывая из рук друг друга… А тут — около 3 тысяч таких вот страждущих. Холл арены был забит с плотностью банки со шпротами. И если бы не охрана…
Автограф-сессия продолжалась чуть больше часа. По наблюдению автора этих строк, без внимания ни остался никто из игроков. Но, конечно, к Шабанову, Фукале и Кравцову было пробиться тяжелее всего.
И еще одно наблюдение. Да, многие болельщики были в джерси «Трактора», в репликах, а то и в реальных игровых. Но подавляющее большинство — со своим собственным номером и фамилией на спине. Да, сейчас есть возможность заказать себе и такую. Но — похоже, что в нынешнем «Тракторе» пока нет тех, кого любили бы настолько, что начали массово раскупать футболки с их номером и фамилией. Как Кузнецова и Гарнетта в начале 2010-х… Впрочем, это скорее информация для маркетологов и менеджмента клуба. «На кого ходят?» — теперь вопрос не только игровой, но и вопрос продаж…
А потом для болельщиков открыли трибуны. И даже запустили на лед арены. Где их уже разогревали музыканты. Окончательно, кажется, превратившие происходящее в аналог школьной дискотеки.
Потом уже было торжественно. Как и положено школьной линейке. Овации команде, выходившей на помост в центре площадки. Особенно, кстати, досталось Бену Гру. Похоже, этот канадский мужик оказался харизматичнее бОльшей части своих подопечных. И это тоже что-то новенькое. В том числе — возможно, в маркетинговом плане. Я бы на месте менеджеров «Трактора» задумался бы о расширении атрибутики не только в сторону жвачек и зубочисток, но и в части костюмов, пиджаков, свитеров и кардиганов именной линейки «БГ»… Ну, да сами догадаются.
А еще было трогательно. Особенно когда брутальный рыжебородый ветеран Стивен Кемпфер вдруг взял и сказал: I'm done, объявив тем самым о завершении игровой карьеры. Арена охнула, и встала, приветствуя игрока.
А потом — тем, кто стоял на льду, предложили взять кисточки и краски, и раскрасить этот лед. Дети (да и родители) были в восторге. А надписи — что же, лучшая иллюстрация любви. Которая, будем надеяться, у нового поколения болельщиков «Трактора», будет такой же, что и у предыдущих. Не только маркетинговой, но самой настоящей. На всю жизнь…
Читайте также:
Защитник челябинского «Трактора» Стивен Кэмпфер объявил о завершении карьеры
Челябинские полицейские усилят контроль за пьяными болельщиками «Трактора»
Полиция попросила фанатов «Трактора» вести себя прилично в фан-зоне в Челябинске