Юлия Санжаревская — художник, поэт. Работает с живописью, графикой, инсталляциями. Для создания объектов использует преимущественно ткань и дерево. В 2022 году окончила «Свободные мастерские» ММОМА. Участвовала в нескольких групповых выставках. «Между нами так мало времени» - первый персональный проект художницы. Живет и работает в Москве.
Более 10 лет занималась пиаром и продюсированием на «Радио «Культура» (ВГТРК). С 2025 года в проекте «Культура Москвы» (mos.ru).
— Юля, как ты определяешь свой творческий метод?
— Искренность, чувствование, честность с собой, вера в то, что делаешь и любимые материалы.
— Расскажи об одном из своих проектов - «Барбистке». Что для тебя важнее: идея или её материальное воплощение? Приведи пример, когда материал «диктовал» тебе решение.
— Барбистка – это такой выход из пике. Когда через искусство получилось залечить горечь от почти предательства когда-то очень близких людей, в силу их слабости или чего-то еще. Это возврат себе-ребенку своего сверхценного, что было утрачено и возврат этого путем воплощения через искусство. В этом случае я использовала сначала то, чем владею, а дальше начала складываться новая история, уже отдельная от моей травмы. И теперь Барбистка живет своей новой жизнью, она существует – и в реальности, и на самом деле – у нее есть аккаунт в запрещенной сети, она путешествует со мной, она изучает мир. И она и я получили от этого союза гораздо больше, чем могло бы быть.
Идея всегда сверхценна. Я пробовала плевать на идею и делать что-то просто потому что руки делают и материал ведет. Получались красивые штуки, в которых я не видела смысла. Ни смысла, ни мысли, ни развития. Обычно такие с «нулевым» значением штуки я делаю просто, чтобы руки размять, ну или поставить куда-то, если мило. А все значимые вещи рождаются из какой-то идеи, там всё приходит сразу: и понимание материала, и масштаб, и объемы.
— Чувашская биеннале современного искусства в этом году станет значимым событием для тебя. Чем она тебя привлекла? Какие ожидания от взаимодействия с локальным контекстом Чувашии?
— Да, это действительно очень важно для меня. Я прошла отбор, я даже сама (не без помощи, но все же) заполнила договор и даже считала кубометры досок, чтобы понять, сколько будут весить в транспортировке заявленные мной объекты. Но, возвращаясь к сути вопроса - я была на первой биеннале, на открытии, говорила с художниками, смотрела искусство, и ровно там, в Чебоксарах случилась у меня сильная любовь к этой земле – через историю места.
В Музее чувашской вышивки я увидела и узнала, как мастерицы раньше шили себе приданое, и вообще, атрибуты разных обрядов. После, у меня появилась серия «Суровые украшения», где я использовала образы тех изделий, которые чувашки делали сколько-то столетий назад. И символику – она там очень богатая, а мне все это близко. Там я познакомилась с хорошими людьми и конечно, следила за тем, что же будет в этом году.
Когда я узнала тему нынешней биеннале – «Дом о семи крылах», даже замерла на какое-то время. По такое состояние говорят «мурашки по телу побежали», вот они побежали, да. И я поняла точно, что мой проект «Между нами так мало времени», который я показывала в Галерее «На Каширке» в августе 2023 года – он как нельзя лучше подходит, он о доме, о роде, о женской линии.
Теперь надо все успешно подготовить, привезти и инсталлировать. Пока я испытываю только волнения относительно того, чтобы все вовремя успеть сделать и представить свой проект в Чебоксарах. Жду с нетерпением встречи с этим местом и обязательно схожу в Музей. Наверное, потом, после открытия смогу уже как-то сформулировать.
— Ты участвуешь в арт-ярмарках. Как, на твой взгляд, такие события меняют восприятие искусства в России? Сталкивалась ли ты с предубеждениями, что ярмарки — это «базар», а не культурный диалог?
—У меня небольшой опыт участия, но я точно могу сказать, что ярмарки – это классно. Я скажу даже, что ярмарки – это полезно!
Я очень сильно поменяла свое мнение об участии в них после сольного проекта на WIN-WIN. Для художника – это очень быстрый и емкий способ собраться, определить свою концепцию и выдать образ себя в нескольких квадратных метрах. Если тебя мотает из стороны в сторону, то на ярмарке очень четко все проявляется – такая лакмусовая бумажка – там сразу становится понятно, в какие работы ты веришь, что для тебя самого настоящее и о чем ты можешь говорить бесконечно, глубоко, по-разному. С каждым разом находя какие-то и для себя удивительные грани. Так, я убрала со стенда несколько работ, которые еще в мастерской казались мне совершенно уместными. Это мои ощущения как художника, но думаю, что и для посетителей это всегда интересный опыт. И опыт знакомства с искусством в целом, и опыт знакомства с художниками, и опыт покупки искусства, попытки изучить и себя через это знакомство. Ведь я точно понимаю, что иногда может нравиться что-то совершенно невероятное и дальше следуют такие же невероятные открытия себя.
— Путешествия — важная часть твоей жизни. Можешь вспомнить место, которое пусть и не радикально, но изменило твой творческий язык?
—Да, я люблю путешествовать и хочу делать это больше. Со мной всегда «творческая сумка», в ней то, что мне необходимо на данный период, но там точно всегда блокнот, карандаши, линеры, ткань, нитки, ножницы, спицы, моток пряжи. Барбистка. Не думаю, что было такое место, которое бы изменило мой творческий язык, но точно привнесло в него что-то – да.
Думаю, что это точно Африка. Наверное, из всех поездок пока только она. Мне нравится это буйство всего, некоторая дикость и в какой-то степени обездоленность, такая не прикрытая ничего нагая жизнь. Неизбалованная.
—Ты совмещаешь искусство, продюсирование, медиа. Не возникает ли внутреннего конфликта между этими ролями? Или, наоборот, они усиливают друг друга?
— Внутренний конфликт возникает в том случае, если есть перекос, и я начинаю отдаляться от искусства. Усиливает ли сейчас – скорее нет, чем да. Но так бывает не всегда. И продюсирование, и медиа - такая же работа и иногда и рутинная, как и любая другая. Особенность лишь в том, что у меня это все в сфере культуры и я нахожусь в своем мире, там, где мне понятно, интересно, и, в целом, полезно. Усиливает скорее то, что я вижу что-то, что могла не увидеть, не будь я на этом месте. Но тут важен баланс и донести это «усиление» до мастерской, иначе эффект получается обратный.
— В арт-среде часто говорят о сотрудничестве, но реже — о конкуренции. Как ты относишься к идее соперничества между художниками?
— Да практически никак. Не вижу его, наверное. Как будто тут нет слова «конкуренция», потому что и условия разные и участники не обладают одинаковыми исходными данными. Всё очень индивидуально. Вот у спортсменов понятнее. А в творчестве сложнее. С искусством тем более. То, что один превозносит, второй даже не заметит, и тут же может быть наоборот. То есть вообще сплошной человеческий фактор, вкус и бэкграунд. Скорее иногда есть вопрос (при условии, что мне не близко что-то) – почему этот художник так популярен. Скорее стараюсь себе отвечать на такие вопросы, найти что-то в этом, интересно проанализировать.
— Работа на радио «Культура» и продюсирование «Культуры Москвы» требуют погружения в информационную повестку. Как медийная работа влияет на твое художественное видение? Не гасит ли она спонтанность творчества?
— Нет, но надо иметь силу мужества, чтобы не гаситься, не поддаваться, не сомневаться, а продолжать делать свое. Я поняла одно: ни одна повестка не впишется в твое искусство, если ты в нее не веришь. Если веришь – двигай, твори. Просто хайпово – ну, можно оказаться в луже. Хотя, у всех по-разному. Кто-то отлично умеет такое делать. Я иду все же больше своей дорогой. Мне так спокойнее и увереннее. И за это я могу ответить.
— Над каким проектом ты работаешь сейчас? Если сравнить с прошлыми работами — это эволюция или эксперимент с чем-то совершенно новым?
— О, я создаю, как мне кажется, интересную штуку. Придумываю новые обряды и обереги. Такие современные боги, которые спасут и защитят, а вернее не совсем боги, но, как всегда у меня – скорее части их тел. Сакральные и святые руки, ноги, глаза и т.д. Это можно назвать эволюционным экспериментом, или, кстати, экспериментальной эволюцией. Я вернулась к ткани, которую люблю, но не уверена, что обойдусь без деревяшек и рисунков.
— Как ты видишь себя через 5 лет: в роли художника, куратора, медиаменеджера — или в чём-то ещё?
— Я вижу себя художником, который смог создать все условия для жизни, ведь надо при этом зарабатывать на жизнь, материалы и мастерскую. Так вот, через пять лет я занимаюсь искусством и оно меня кормит, и я совершенно счастлива. Мне кажется, скорее всего доля присутствия работы в медиасреде может остаться, но лишь доля и это будет что-то прекрасное, конечно же…
— Если бы тебе пришлось создать «капсулу времени» с тремя предметами, которые символизируют твой путь, что бы ты туда положила и почему?
— Бабушкин небольшой чемоданчик – как символ постоянного пути и веры в себя. Моток ниток (желательно на деверяшке) – то, что я люблю и что меня греет. Кусочек глины – возможность создавать все, что угодно.
*все фото из личного архива Юлии Санжаревской
Арина Верстова