Валя стояла за кулисами и слушала, как объявляют имена финалистов. Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно даже в последнем ряду зрительного зала. Она сжимала в руках программку конкурса так крепко, что бумага уже намокла от пота.
— Итак, в финал конкурса молодых исполнителей проходят, — ведущий сделал паузу, которая показалась Вале вечностью, — Анна Петрова, Дмитрий Соколов и Елена Михайлова!
Валентина Кузнецова. Её имени не прозвучало. Всё. Конец. Четыре года подготовки, бесконечные репетиции, мамины слёзы от счастья, когда она прошла в полуфинал — всё насмарку.
— Валечка, — тихо сказала подруга Света, подходя сзади, — не расстраивайся так. Ты была великолепна.
— Да ладно тебе, — Валя вытерла глаза рукавом платья. — Великолепна, а в финал не прошла. Значит, не такая уж и великолепная.
Она развернулась и быстро пошла к выходу. Хотелось скорее убраться отсюда, пока никто не видит её слёз. В коридоре было тихо — все остались смотреть финальные выступления.
— Валентина Владимировна! — окликнул её чей-то голос.
Валя обернулась. К ней шёл мужчина лет пятидесяти в тёмном костюме. Лицо смутно знакомое, но она никак не могла вспомнить, где его видела.
— Простите, а вы кто? — спросила она, вытирая остатки слёз.
— Меня зовут Игорь Павлович Сомов. Я член жюри. Не могли бы вы задержаться на несколько минут? Хотел бы с вами поговорить.
У Вали сердце ёкнуло. Член жюри! Тот самый знаменитый режиссёр, фотографию которого она видела в программке. Что он от неё хочет? Сказать, что она плохо пела? Или наоборот?..
— Конечно, — пролепетала она. — Только давайте отойдём куда-нибудь потише.
Они прошли в небольшую комнату для переговоров рядом с залом. Игорь Павлович закрыл дверь и жестом предложил Вале сесть.
— Валентина, я смотрел ваше выступление очень внимательно, — начал он. — У вас прекрасный голос и отличная техника. Скажите честно, вы расстроены тем, что не прошли в финал?
— Ну, расстроена — это мягко сказано, — Валя попыталась улыбнуться, но получилось криво. — Я готовилась четыре года. Мама даже работу дополнительную взяла, чтобы оплачивать мне занятия с педагогом.
— Понимаю. А что вы планируете делать дальше?
Валя пожала плечами:
— Не знаю. Наверное, поступлю в институт на что-нибудь более практичное. Мама говорит, что пора бы уже и о будущем подумать, а не витать в облаках.
Игорь Павлович кивнул и немного помолчал, словно что-то обдумывая.
— Валентина, а вы когда-нибудь думали о театре?
— О театре? — она не поняла. — В смысле, петь в театре?
— Не только петь. Играть. У вас есть артистизм, это очень заметно. И голос подходящий — не слишком академический, живой такой.
Валя смотрела на него во все глаза. Куда он клонит?
— Видите ли, — продолжал Игорь Павлович, — я не только в жюри участвую. У меня есть театр, небольшой, камерный. Мы ставим современные спектакли, иногда мюзиклы. И мне нужны молодые артисты.
— То есть вы мне предлагаете...
— Работу. Пока стажёра, конечно, зарплата небольшая, но перспективы хорошие. Если, конечно, вас это заинтересует.
Валя не верила своим ушам. Она приехала на конкурс с одной мечтой, не прошла в финал, а теперь получает предложение работы в театре!
— А... а почему именно я? — спросила она. — В конкурсе столько талантливых ребят участвовало.
— Потому что у вас есть то, чего не хватает многим технически подкованным исполнителям — душа. Когда вы пели сегодня, я видел, что вы не просто исполняете песню, вы её проживаете. Это редкий дар.
Валя почувствовала, как внутри всё переворачивается. Ещё полчаса назад она считала себя неудачницей, а теперь...
— Мне нужно подумать, — сказала она.
— Конечно. Вот моя визитка. Подумайте спокойно дома, посоветуйтесь с близкими. Если решитесь — звоните. Мы могли бы встретиться на следующей неделе, познакомить вас с труппой.
Игорь Павлович встал и направился к двери.
— А можно ещё один вопрос? — остановила его Валя. — Вы с другими участниками тоже разговариваете?
— Нет, — улыбнулся он. — Только с вами.
Когда дверь за ним закрылась, Валя ещё долго сидела в кресле, вертя в руках визитку. На ней было написано: "Игорь Павлович Сомов, художественный руководитель театра 'Современник'".
Она достала телефон и набрала мамин номер.
— Мам, это я.
— Валечка! Ну как дела? В финал прошла?
— Нет, мам. Не прошла.
В трубке повисла тишина.
— Ну ничего, — наконец сказала мама, и Валя услышала, как она сдерживает слёзы. — Главное, что ты старалась. Поедешь домой?
— Мам, а ты знаешь театр "Современник"?
— Театр? А что такое?
— Мне предложили там работать. Член жюри подошёл после выступления и сказал, что у меня есть артистический дар.
— Что за чушь, Валька! — мама сразу оживилась. — Тебе что, денег мало? Театр — это же вообще копейки! Лучше давай в институт поступать, на экономиста или юриста. Профессия нужна серьёзная.
— Но мам...
— Никаких "но"! Приезжай домой, будем думать, куда поступать. И забудь про этот театр.
Мама повесила трубку. Валя сидела и смотрела на визитку. В голове крутились мамины слова: "Театр — это копейки". А ещё слова Игоря Павловича: "У вас есть душа".
Она вышла из комнаты и пошла по коридору. Из зала доносились аплодисменты — финал подходил к концу. Наверное, уже объявляют победителя.
Возле гардероба её поджидала Света.
— Ну что, пойдём? — спросила подруга. — Поезд через два часа.
— Подожди, — Валя достала телефон и набрала номер с визитки.
— Алло, Игорь Павлович? Это Валентина Кузнецова. Можно встретиться завтра утром?
На том конце провода она услышала смех:
— Быстро вы решились! Конечно, можно. Приходите к десяти, адрес на визитке. Только предупрежу сразу — работа непростая, график плотный.
— Я готова, — сказала Валя, и сама удивилась твёрдости своего голоса.
— Отлично. До завтра.
Света смотрела на неё с удивлением:
— Ты что творишь? А мама? А поезд?
— В другом поезде поеду. Или вообще не поеду, — Валя сунула телефон в карман. — Слушай, а ты можешь маме сказать, что я ещё на день задержусь? Скажешь, что дела какие-то решаю.
— Валька, ты с ума сошла? Какие дела?
— Дела своей жизни, — Валя обняла подругу. — Увидишься — всё расскажу.
На следующий день она стояла перед небольшим зданием театра в центре города. Сердце опять колотилось, но теперь не от страха, а от предвкушения. Игорь Павлович встретил её в фойе.
— Пунктуальность — хорошее качество для артиста, — сказал он. — Проходите, познакомлю с коллективом.
В небольшом зале шла репетиция. На сцене стояли несколько молодых людей и что-то обсуждали с режиссёром. Когда они увидели Игоря Павловича, репетиция остановилась.
— Ребята, знакомьтесь — Валентина, наш новый стажёр.
Артисты подошли знакомиться. Валя пожимала руки и пыталась запомнить имена. Все выглядели дружелюбно, но она чувствовала лёгкое напряжение — новенькая всё-таки.
— А вы в каких спектаклях будете играть? — спросила девушка по имени Катя.
— Пока в учебных этюдах, — ответил за Валю Игорь Павлович. — Посмотрим, как пойдёт. Если всё будет хорошо, то через полгода можем доверить небольшую роль в основном репертуаре.
После знакомства Валя осталась смотреть репетицию. Артисты работали над сценой из современной пьесы — что-то про любовь и предательство. Она смотрела, как они живут на сцене, как каждый жест, каждая интонация наполнены смыслом, и понимала — это её место.
Вечером она позвонила маме.
— Валя, ты где? Света сказала, что у тебя какие-то дела!
— Мам, я остаюсь. Иду работать в театр.
— Что?! — мама чуть не кричала. — Ты спятила совсем? Какой театр? Там же гроши платят!
— Мам, я уже взрослая. Могу сама решать, где мне работать.
— Взрослая! — фыркнула мама. — Взрослые думают о будущем, а не носятся с глупыми мечтами!
— А может, моё будущее именно в театре? — Валя старалась говорить спокойно, хотя внутри всё кипело.
— Валька, ну давай без глупостей. Приезжай домой, всё обсудим нормально.
— Нет, мам. Я уже сняла комнату, завтра выхожу на работу.
Долгая пауза.
— Ну и катись тогда со своим театром! — мама бросила трубку.
Валя сидела в маленькой съёмной комнатке и плакала. Не от обиды — от облегчения. Она наконец сделала выбор. Первый в жизни по-настоящему самостоятельный выбор.
А через год, когда мама приехала на её первый спектакль в главной роли, она сидела в зрительном зале и плакала от гордости. После спектакля подошла к дочери и сказала:
— Прости меня, дурёху. Ты была права.
Валя обняла маму и подумала, что иногда не пройти в финал конкурса — это самое лучшее, что может случиться в жизни.