Холод.
Тьма.
Тишина.
Алексей открыл глаза — если это можно было назвать открытием глаз. Он не чувствовал тела, не ощущал дыхания. Он существовал, как чистая мысль, подвешенная в абсолютной пустоте.
— Добро пожаловать в Просвещение, — раздался голос.
И мир вспыхнул.
Он стоял в центре бесконечной библиотеки. Полки из черного дерева уходили ввысь, теряясь где-то в облаках. На них — не книги, а стеклянные сферы, внутри которых пульсировали миниатюрные галактики.
Перед ним стояла та самая слепая девушка. Теперь на ее лице были очки с толстыми черными линзами.
— Где... — начал Алексей, но тут осознал, что говорит без голоса. Слова просто появлялись в пространстве, как дымовые кольца.
— Ты в Храме Знания, Которое Нельзя Знать, — ответила девушка. Ее пальцы скользнули по корешкам сфер, и одна из них вспыхнула кровавым светом. — Здесь хранятся все тайны, что когда-либо утаивали от человечества.
Алексей попытался шагнуть вперед — и вдруг увидел свое отражение в стеклянном полу.
Он был прозрачным.
Сквозь грудную клетку, где должно было биться сердце, теперь вращался черный кристалл, испещренный теми же символами, что и на его ладони.
— Что со мной? — его мысль дрогнула.
— Ты стал Проводником, — девушка сняла очки. На месте глаз были те же символы, что и на руке Алексея. — Зеркало выбрало тебя. Теперь ты будешь служить.
— Служить кому?
Пол дрогнул. Где-то в глубине библиотеки что-то проснулось.
Девушка вдруг схватила Алексея за руку — и он впервые почувствовал прикосновение. Холодное, как лед.
— Видишь ли, — ее губы наконец пошевелились, — Просвещение — это не свет. Это — тень, которую отбрасывает истина. А мы — те, кто стоит на границе.
Она резко дернула его за собой. Пол раскололся, и они полетели вниз, сквозь слои реальности:
...залы с механизмами, которые перемалывают судьбы...
...комнаты, где тени плачут, вспоминая, что когда-то были людьми...
...коридоры из костей, ведущие в никуда...
— Кто ты? — успел крикнуть Алексей.
Девушка повернулась. Ее лицо начало расплываться, как чернила в воде.
— Меня зовут Лилия. Я — последняя, кто видел Петербург до того, как он стал таким.
Они приземлились в круглой комнате без дверей. В центре на троне из книг сидел человек в маске с изображением солнца.
— Магистр, — склонилась Лилия. — Новый Проводник прибыл.
Человек в маске медленно поднял голову.
— Нет, — сказал он. — Он не Проводник.
Магистр встал и сделал шаг вперед.
— Он — нарушитель.
Сноска из будущего (из письма Лилии, перехваченного в 2028 году):
"Мы ошибались.
Зеркало не выбирает слуг.
Оно ищет хозяина.
И если Магистр узнает, что Гордеев — не один из нас...
Что он может переписать Просвещение...
Они уничтожат его.
Как уничтожили меня."