Марк носит эту боль сорок лет. Как привычную, но неуместную стрижку, как оберег, который ни от чего не уберегает, как чемодан без ручки — вроде и мешает, а выбросить страшно. Вдруг папа всё же приедет и заглядывая ему в глаза спросит: "Ну что, сынок, чего ты добился за свою жизнь?" А он добился. Карьера, деньги, уважение — всё есть. Марку есть что предъявить миру в качестве паспорта на право жить. Только вот странное дело: чем выше поднимается, тем чаще ловит себя на мысли, что смотрит вниз — туда, где стоит маленький мальчик в слишком большой для него одежде. Тот самый, которого однажды не забрали на выходные. Он научился побеждать. Но не научился проигрывать — точнее, не научился позволять себе быть обычным. Хрупким. Нуждающимся. Ведь если признаешь, что тебе что-то нужно — это значит, что могут и не дать. А это бывает невыносимо. Поэтому Марк обрывает любые отношения в тот самый момент, когда они становятся по-настоящему близкими. Бежит от тепла, как преступник от места преступления