Найти в Дзене
ПСИХФАК с Еленой Степановой

Большой мальчик, который всё ещё ждёт папу

Марк носит эту боль сорок лет. Как привычную, но неуместную стрижку, как оберег, который ни от чего не уберегает, как чемодан без ручки — вроде и мешает, а выбросить страшно. Вдруг папа всё же приедет и заглядывая ему в глаза спросит: "Ну что, сынок, чего ты добился за свою жизнь?" А он добился. Карьера, деньги, уважение — всё есть. Марку есть что предъявить миру в качестве паспорта на право жить. Только вот странное дело: чем выше поднимается, тем чаще ловит себя на мысли, что смотрит вниз — туда, где стоит маленький мальчик в слишком большой для него одежде. Тот самый, которого однажды не забрали на выходные. Он научился побеждать. Но не научился проигрывать — точнее, не научился позволять себе быть обычным. Хрупким. Нуждающимся. Ведь если признаешь, что тебе что-то нужно — это значит, что могут и не дать. А это бывает невыносимо. Поэтому Марк обрывает любые отношения в тот самый момент, когда они становятся по-настоящему близкими. Бежит от тепла, как преступник от места преступления

Марк носит эту боль сорок лет. Как привычную, но неуместную стрижку, как оберег, который ни от чего не уберегает, как чемодан без ручки — вроде и мешает, а выбросить страшно. Вдруг папа всё же приедет и заглядывая ему в глаза спросит: "Ну что, сынок, чего ты добился за свою жизнь?"

А он добился. Карьера, деньги, уважение — всё есть. Марку есть что предъявить миру в качестве паспорта на право жить. Только вот странное дело: чем выше поднимается, тем чаще ловит себя на мысли, что смотрит вниз — туда, где стоит маленький мальчик в слишком большой для него одежде. Тот самый, которого однажды не забрали на выходные.

Он научился побеждать. Но не научился проигрывать — точнее, не научился позволять себе быть обычным. Хрупким. Нуждающимся. Ведь если признаешь, что тебе что-то нужно — это значит, что могут и не дать. А это бывает невыносимо.

Поэтому Марк обрывает любые отношения в тот самый момент, когда они становятся по-настоящему близкими. Бежит от тепла, как преступник от места преступления. Потому что близость — это риск. Риск снова оказаться тем самым заплаканным мальчиком на пустом перроне. Зная, что близкий человек больше никогда не вернется, не возьмет тебя за руку и не скажет - ну ты что, дорогой, это ведь всего лишь игра такая. Я всегда рядом, всегда готов поддержать…

А ещё он незаметно для себя всё время доказывает. Доказывает невидимому отцу, что он достоин. Что он "достаточно мужчина". Что его нельзя было бросать. И даже когда Марк узнал, что отца уже нет в живых — диалог продолжается.

Но самое горькое даже не это. А то, что, убегая от боли брошенности, он сам стал тем, кто бросает. Повторил судьбу отца — только в зеркальном отражении.

Возможно, исцеление начинается с простого и страшного вопроса: "А если я никогда не получу его любовь? Если поезд действительно ушёл?" И искренней жалости к тому заплаканному ребенку. К самому себе.

И тогда — только тогда — появится шанс наконец-то жить свою жизнь. Не ту, что должна была доказать что-то папе. А ту, где можно просто быть.

Иногда чтобы обрести себя, надо похоронить себя вместе с надеждами на тех, кто тебя так и не полюбил.

Про автора канала и как со мной связаться подробнее в этой статье.

Научные факты и ответы на самые интересные комментарии на моем Телеграм-канале или ВКонтакте