Я, Гульнора, живу с семьёй в съёмной квартире в Москве. Пока режу лук для плова, думаю о новом требовании — экзамене по русскому языку для моего сына. Мы приехали в Россию, чтобы дать детям лучшее будущее, но эти тесты вызывают у меня вопросы. Смотрю новости, читаю статьи — кажется, что сдать их сложно даже тем, кто хорошо знает язык.
Наш переезд: ради детей
Мы с мужем Шавкатом и сыновьями, Алишером (12 лет) и Джамшедом (8 лет), жили в Курган-Тюбе, Таджикистан. Я шила платья, Шавкат водил маршрутку. Жили скромно, но дружно. В 2022 году решили переехать в Россию: дома работы становилось меньше, а мы хотели, чтобы дети получили хорошее образование. Продали дом, машину, мой швейный станок, собрали 300 тысяч рублей и приехали в Москву.
Сначала жили у родственников в Люблино, в тесной комнате. Через месяц Шавкат устроился на стройку, я — уборщицей в офис. Сняли однокомнатную квартиру в Бирюлёво за 35 тысяч рублей. Дети пошли в школу, хотя оформление документов заняло время: миграционные карты, регистрации, патенты. За патенты мы платим по 6500 рублей в месяц. Получать РВП или ВНЖ пока не планируем — это дорого и сложно. Живём, как многие приезжие: с патентами и временной регистрацией.
Быт в Москве: новый ритм
Жизнь в Москве совсем другая. В Курган-Тюбе у нас был двор, огород, куры. Здесь — многоэтажки, метро, суета. Наша квартира — 30 метров, спим вчетвером на матрасах. На маленькой кухне я готовлю плов, манты, самсу, как дома. Соседи сначала были насторожены, но теперь заходят на чай. Алишер и Джамшед учатся в школе: седьмой и третий класс. Успеваемость средняя, но я не строга — главное, чтобы освоили язык.
В Таджикистане дни были спокойнее: базар, работа, гости. В Москве всё бегом. Я работаю с утра до обеда, потом бегу за продуктами. Шавкат возвращается со стройки уставший. Вместе зарабатываем 120 тысяч рублей, но половина уходит на аренду, патенты и еду. Остальное отправляем родным в Таджикистан. Одежду покупаем на рынке, детям заказываем кроссовки с «АлиЭкспресс».
Москва удивила ценами: курица — 300 рублей за килограмм, хлеб — 50 рублей. В Таджикистане за 3000 рублей можно было купить еды на месяц. Но метро — это удобно! Сначала путалась, теперь езжу уверенно. Ещё поразили праздники: Новый год, Масленица. Дети уже говорят про Деда Мороза, а я сравниваю его с нашим Аяз-атой.
Экзамен по русскому: мои сомнения
В 2024 году появился закон: дети мигрантов должны сдавать экзамен по русскому языку для учёбы в школе. С 1 апреля 2025 года тест обязателен. Я узнала об этом из новостей и забеспокоилась. Алишер три года учится в русской школе, говорит неплохо, но писать грамотно не умеет. Джамшед знает только простые слова. Как они сдадут такой тест?
В новостях показывали вопросы из теста: про историю России, столицы регионов, ударения. Люди, которые хорошо знают русский, затруднялись ответить. Например, путали ударение в слове «звонит» или не знали, какой город — столица Сибири. Если им сложно, как справится мой сын? Мне кажется, тест слишком трудный для детей, которые только учат язык.
Почему тест вызывает вопросы
Тест длится 90 минут и включает говорение, слушание, чтение, письмо и грамматику. Для седьмого класса задания сложные: написать заявление, ответить на вопросы по истории, разобрать предложения. Алишер знает русский три года, но не знаком с падежами или историческими фактами. В Таджикистане мы учились на таджикском, и такие требования кажутся непростыми.
Документы для теста — ещё одна сложность. Нужны паспорт с переводом, миграционная карта, регистрация. У нас с документами порядок, но оформление требует времени и денег. В Санкт-Петербурге, говорят, многие не допущены из-за проблем с бумагами. В Москве из 1762 заявок на тест допустили только 335, а сдали — 27. Это меньше 10%. Такие цифры заставляют задуматься: зачем тест, если пройти его так сложно?
Подготовка к экзамену тоже дорогая. Курсы стоят 10–15 тысяч рублей в месяц, но не гарантируют успеха. Знакомые платили за занятия, а их дети всё равно не сдали. В Уфе, например, после ужесточения правил в 2024 году доля не сдавших выросла до 30%. Это вызывает сомнения в справедливости теста.
Моя позиция
Я решила, что Алишер не будет сдавать этот экзамен. Мы приехали в Россию ради лучшей жизни, а не чтобы сталкиваться с такими трудностями. Алишер старается: учит язык, дружит с одноклассниками, мечтает стать механиком. Учительница хвалит его прогресс. Зачем ему сложный тест? Если потребуют, я буду добиваться, чтобы его оставили в школе без экзамена. Джамшеда тоже не поведу — он ещё мал.
Наши планы
С Шавкатом мы решили бороться за право детей учиться. В Москве есть общины, которые помогают мигрантам: консультируют, обращаются в ведомства. В 2024 году после проверок мигрантов наши земляки добивались справедливости, и мы тоже не сдадимся. Если Алишеру запретят учиться, найдём другую школу или репетитора. Главное — чтобы дети росли и учились в спокойной обстановке.