Телефон зазвонил. Сергей.
– Прости, я был в душе, – сказал он. – Мама сказала, ты звонила?
– Сергей, – Ирина старалась говорить спокойно, – скажи мне, что вы не меняете обои в спальне.
Пауза.
– Ну... не совсем меняем. Мама просто показала мне варианты, и там есть очень милые, с цветочками...
– Сергей! – Ирина почти кричала. – Какие, к чёрту, цветочки? Мы полгода назад сделали ремонт! Ты сам выбирал эти обои!
– Ну да, но мама сказала...
– Мне плевать, что сказала твоя мама! – Ирина уже не сдерживалась. – Это наш дом! Наша спальня! И я не хочу возвращаться в какой-то музей советского быта!
– Ты преувеличиваешь, – обиделся Сергей. – Мама просто хочет как лучше. И вообще, это ненадолго.
– Что ненадолго? – Ирина похолодела.
– Ну... – Сергей замялся. – Мама говорит, что одинокому мужчине тяжело, и она могла бы пожить у нас немного... Пока ты такая занятая с работой и всё такое.
Ирина почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Вот оно. Именно этого она и боялась. Свекровь решила окончательно захватить их дом.
– Сергей, – Ирина сделала глубокий вдох, – запомни мои слова. Если я вернусь домой и увижу там твою маму с цветочными обоями, ты можете жить с ней вдвоём. Я подам на развод.
– Ты что, с ума сошла?! – возмутился Сергей. – Из-за обоев?!
– Не из-за обоев, – устало сказала Ирина. – Из-за того, что ты позволяешь своей матери управлять нашей жизнью. И, похоже, тебя это устраивает.
Она положила трубку и разрыдалась.
***
На следующий день Ирина была как зомби. Она автоматически улыбалась на переговорах, кивала в нужных местах и даже что-то говорила. Внутри неё была пустота.
Когда телефон зазвонил, и на экране высветилось имя Валентины Степановны, Ирина почти не удивилась.
– Ирочка, девочка, – зашептала соседка, – тут такое творится! Твоя свекровь какую-то девицу привела. Сидят, чай пьют, а девица так и стреляет глазками в твоего мужа.
Ирина сжала телефон так, что побелели костяшки пальцев.
– Какую ещё девицу?
– Да она представилась как Танечка, дочка подруги твоей свекрови. Такая... накрашенная вся, в платье в обтяжку. А твоя свекровь ей всё приговаривает: "Угощайся, деточка, это я сама пекла. А Серёженька кушает всё, что я готовлю. Он у меня не привередливый".
В голове у Ирины что-то щёлкнуло. Она вдруг поняла, что все эти три дня боялась не того. Не свекрови с её цветочными обоями и не потери идеального порядка в квартире. Она боялась потерять Сергея, который так и не смог вырасти и стать мужчиной, а не маминым сыночком.
– Валентина Степановна, – Ирина вдруг почувствовала странное спокойствие, – спасибо за информацию. Я буду дома через три часа.
– Бедная ты моя! – всхлипнула соседка. – Беги скорее!
Но Ирина уже не слышала. Она собирала вещи и звонила своему боссу.
– Маргарита Павловна, мы закончили переговоры. Мне нужно срочно вернуться в Москву. Семейные обстоятельства.
***
Ключ повернулся в замке, и Ирина вошла в квартиру. На кухне звучали голоса и смех. Она сняла туфли, поставила чемодан и тихо прошла по коридору.
За столом сидели Сергей, Людмила Петровна и незнакомая девушка с ярким макияжем – видимо, та самая Танечка. На столе красовался пирог, чайник и три чашки. Семейная идиллия, только без жены.
– Серёженька, – ворковала Людмила Петровна, – Танечка такая умница! И шьёт, и вяжет, и готовит. Не то что некоторые карьеристки...
– Здравствуйте, – спокойно сказала Ирина, входя на кухню.
Все трое подпрыгнули от неожиданности.
– Ир-риша? – заикаясь, произнёс Сергей. – Ты же должна была завтра...
– Планы изменились, – Ирина улыбнулась и подошла к столу. – Не представишь меня своей гостье?
– Это Танечка, – Людмила Петровна нервно теребила край скатерти, – дочка моей подруги. Она просто зашла... на чай.
– Очень приятно, Танечка, – Ирина протянула руку. – Я Ирина, жена Сергея. По крайней мере, пока.
– П-пока? – Сергей побледнел.
– Пока не решу, хочу ли я жить с мужчиной, который позволяет своей матери управлять нашей жизнью, – Ирина всё ещё улыбалась. – Кстати, Людмила Петровна, прекрасный пирог. Вы, наверное, потратили на него много времени. Жаль, что придётся его забрать с собой.
– К-куда? – свекровь вцепилась в стол.
– Домой, – Ирина пожала плечами. – К себе.
– Ириш, – Сергей сделал шаг к ней, – давай поговорим...
– Обязательно поговорим, – Ирина кивнула. – После того, как твоя мама и её гостья уйдут.
– Ну знаешь ли! – Людмила Петровна вскочила. – Я мать! Я имею право быть рядом с сыном!
– Конечно, – согласилась Ирина. – Но не в моём доме. И не в моей спальне с моими обоями. И уж точно не в моей жизни с ремонтами, о которых я не просила.
– Да как ты смеешь! – свекровь задохнулась от возмущения. – Серёженька, скажи ей!
Сергей переводил взгляд с матери на жену. По его лицу было видно, что он впервые в жизни стоит перед по-настоящему сложным выбором.
– Мам, – наконец произнёс он, – Ирина права. Это наш дом. И... мы сами решим, какие обои нам нужны.
Людмила Петровна побагровела.
– Значит, так?! – она схватила сумку. – Значит, отказываешься от родной матери ради этой... этой...
– Моей жены, – твёрдо сказал Сергей. – Да, мам. И я прошу тебя уважать мой выбор.
Танечка, всё это время сидевшая с открытым ртом, начала потихоньку пятиться к выходу.
– Я, наверное, пойду, – пробормотала она. – Спасибо за чай.
– Пойдём, деточка, – Людмила Петровна схватила девушку за руку. – Нас тут не ценят. Мы уходим, Серёженька! Навсегда!
– До свидания, мама, – спокойно сказал Сергей. – Позвони, когда успокоишься.
Дверь за свекровью и её протеже захлопнулась. В квартире повисла тишина.
– Прости, – Сергей подошёл к Ирине. – Я не должен был позволять...
– Нет, не должен, – Ирина кивнула. – Но важнее то, что ты наконец-то это понял.
Она прошла в спальню. Обои были на месте – их красивые, серые, стильные обои. Но письменный стол действительно исчез, а на его месте стояло старое кресло-качалка, видимо, свекровь притащила из своей квартиры.
– Это... временно, – виновато сказал Сергей, следуя за ней. – Я верну твой стол завтра же.
Ирина посмотрела на мужа и вдруг рассмеялась.
– Знаешь, что самое смешное? – она села на кровать. – Я получила повышение. Теперь я начальник отдела. С зарплатой в два раза больше.
– Правда? – Сергей просиял. – Это же здорово!
– Да, – Ирина кивнула. – Теперь мы можем нанять домработницу, которая будет складывать полотенца как угодно – хоть по цвету, хоть по размеру. И купить новые шторы вместо тех, что твоя мама наверняка испортила.
Сергей сел рядом и обнял её.
– Я всё исправлю, – прошептал он. – И больше никогда не позволю маме вмешиваться. Обещаю.
Ирина положила голову ему на плечо.
– Знаешь, я не против, чтобы твоя мама приходила к нам. Когда пригласим. И без переделок квартиры. И уж точно без подружек для тебя.
– Танечка – это вообще что-то, – хмыкнул Сергей. – Мама весь вечер нахваливала её пельмени и расспрашивала, как часто она убирается в квартире.
– А ты?
– А я думал о том, как же ты далеко, – он поцеловал Ирину в макушку. – И как глупо я себя веду, позволяя всему этому происходить.
Ирина встала и подошла к окну. В отражении стекла она увидела их спальню, перевернутую вверх дном – разобранную кровать, чужое кресло-качалку, кучу вытащенных из шкафа вещей. Беспорядок, который Людмила Петровна устроила за три дня. А потом перевела взгляд на улицу и улыбнулась – там, внизу, Людмила Петровна грузила в такси свои многочисленные сумки, что-то гневно выговаривая смущенной Танечке.
– Она еще вернется, – сказала Ирина, не оборачиваясь. – Я ее знаю.
– Возможно, – Сергей подошел и обнял жену сзади. – Но теперь у нас есть волшебное слово.
– Какое?
– "Нет". Короткое, но очень эффективное.
Ирина рассмеялась и повернулась к мужу.
– Я закажу пиццу?
– Пиццу? – Сергей изобразил ужас. – Но как же домашний борщ? Пирожки? Пельмени? Танечка же показывала фотографии своих пельменей!
– Танечка пусть показывает свои пельмени кому-нибудь другому, – Ирина демонстративно взяла телефон. – А мы отметим моё повышение и обретение нашей маленькой, но такой важной свободы.
Телефон в её руке зазвонил. На экране высветилось: "Людмила Петровна".
Ирина посмотрела на Сергея. Сергей посмотрел на Ирину. А потом они синхронно улыбнулись, и Ирина нажала "Отклонить".
Телефон тут же зазвонил снова. И снова Ирина нажала "Отклонить".
В третий раз телефон даже не успел завибрировать – Ирина просто выключила его.
– Свобода, – выдохнула она.
А потом взяла телефон мужа и тоже выключила его.
– Абсолютная свобода, – Сергей рассмеялся и поцеловал жену.
За окном Людмила Петровна всё ещё что-то доказывала терпеливому таксисту, размахивая руками и указывая на окна их квартиры. Но в кои-то веки это было не их проблемой.
Вот так Ирина и Сергей обрели три дня свободы. А потом ещё три. И ещё.
И, говорят, живут они так до сих пор: заказывают пиццу, когда хотят, выключают телефоны по выходным и даже — страшно сказать! — не всегда складывают полотенца по цвету.
А Людмила Петровна? Она звонит теперь всего раз в неделю. И всегда начинает разговор с вопроса: "Можно к вам заглянуть?"
И это, пожалуй, самая большая победа.
Большое спасибо за ваши 👍 и комментарии 💖