Недавно праздновался день города Ярославля. Один из самых древних городов России на берегу великой Волги справлял свой 1015-й год со дня рождения. Много тайн он хранит, многие мифы, старательно поддерживаемые официальной историографией, выдаются за его историю.
Но начнём не с Ярославля, а с… Велеса. День Святого Власия празднуется 11 февраля по старому стилю, 24 февраля по новому стилю, в Болгарии это Власовден, в Сербии Власовдан. Святой Власий упоминается этнографами XIX века, но на этом его следы теряются в вечности, никаких источников, подтверждающих его существование нет. В энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона 1890-1907 г.г. читаем следующее: «Власий святой - священномученик, епископ Севастийский. Гонения Диоклетиана, а затем Лициния принудили его укрыться в пещеру в горах Аргоса. Открытый в своем убежище, В. был жестоко мучим и наконец, обезглавлен (312-й год) за нежелание отречься от Христа. На юге России Власий считается покровителем животных, так как предание гласит, что он благословлял и исцелял зверей пустынных».[1] Вот только это предание, неизвестно кем и когда написанное, является источником сведений о св. Власии. В то же время Власий почитался в народе вовсе не как покровитель «пустынных зверей», а как покровитель скота, об этом говорят его народные названия: «Коровий праздник», «Коровий день» (воронежское), «Власий – сшиби рог с зимы». Считалось, что с Власьева дня отступают сильные зимние холода. В народе говорили, что около Власия бывает семь морозов: три до Власия, один на Власия и три – после него. Ну и наконец, название «Влас, Скотий бог – сшиби с зимы рог» совершенно явно указывает на то, что праздник восходит к образу языческого "скотьего" бога Волоса (Велеса). Власьев (Велесов) день считался первым по значимости "скотным праздником".
Ярославль по позднему преданию весьма сомнительной достоверности (впервые записанному в 1781 году), но якобы с уходящими в древность корнями, был основан в 1010 году на месте храма Медвежий Угол, который был посвящен Велесу, и в котором волхвы содержали священного медведя. Есть интересная версия, согласно которой Ярославль был основан вовсе не Ярославом, прозванным церковниками Мудрым, хотя в Ливонских хрониках он имеет прозвище Ярицлейф скупой (или хромой). Его любили христианские летописцы и летописных сообщений о нём много, а вот об основании Ярославля никаких сведений нет. Есть версия, что город гораздо древнее и мог первоначально называться именем языческого бога Ярилы, но эта тема отдельного исследования. Год основания Ярославля вывел советский и российский (позже израильский) историк М. Г. Мейерович. Тем не менее, он же пишет в своей работе «Так начинался Ярославль», Ярославль, Верхне - Волжское книжное издательство, 1984: «Медведицкое» городище относится к древнейшим «дьяковским» памятникам Верхнего Поволжья, появившимся здесь в VII– VI веках до н. э. Это было первое, ставшее известным нам поселение на территории города». Далее автор пересказывает содержание книги известного советского археолога Н.Н. Воронина «Раскопки в Ярославле», 1949 года издания, и делает следующий вывод: «Когда археологи стали обрабатывать материалы раскопок, тщательно изучая находки из нижнего культурного слоя, оказалось, что среди них имеются и более древние предметы. Стало ясно, что основание города в начале XI века – это не первая, а, по крайней мере, вторая страница истории Ярославля».
Вернёмся к официальной версии основания Ярославля в 1010 году ростовским князем Ярославом, так называемым Мудрым. М.Г. Мейерович, определяя год основания Ярославля, опирался на «Сказание о построении града Ярославля», предание, переписанное из неизвестного источника ярославским архиепископом Самуилом Миславским, включённым в его работу «Церкви города Ярославля в 1781 году». Впервые текст «Сказания о построении града Ярославля» был опубликован священником А. Лебедевым в книге «Храмы Власьевского прихода города Ярославля» аж в 1877 году. Но, по мнению историка, археолога и краеведа Ярославской губернии И.А. Тихомирова (1861 – 1933 г.г.) эта версия основания города более правдоподобна по сравнению с остальными. Вот что там написано (в современной транскрипции): «Во области же сей не на мнозе пути от града Ростова, яко на 60 поприщ, при брезе рек Волги и Которосли лежаще некое место, на нем же последи создася славный град Ярославль … И се бысть селище, рекомое Медвежий угол, в нем же насельницы человецы, поганыя веры – языцы зли суще… Идол ему же кланяетася сии, бысть Волос сиречь скотий бог. И сей Волос, в нем же бес живя, яко и страхи и мнози твори, стояще осреди логовины, нарицаемой Волосово… Сему многокозненному идолу и киреметь створена бысть и волхв вдан … Сей волхв, яко пестун диавола, мудрствуя силою исконнаго врага, по исходищу воскурения жертвенного разумева и вся тайная и глагола словеса приключившимся ту человецем, яко словеса сего Волоса. И вельми почтен бысть сей волхв у языцев». Сначала «люди сии клятвою у Волоса обеща князю жити в согласии и оброцы ему даяти, но точию не хотяху креститися». Когда Ярослав является в Медвежий угол крестить язычников, происходит следующее: «Но егда входи в сие селище, людии его испустити от клети некоего люта зверя и псов, да растешут князя и сущих с ним. Но Господь сохранил Благоверного князя; сей секирою своею победи зверя». Совершенно очевидно, что зверем этим был медведь. Об этом свидетельствуют исследования археологов (Н. Н. Воронин. Медвежий культ в Верхнем Поволжье в XI в. - МИА, 1941, № 6).
Согласно исследованиям историка и археолога Н.Н. Воронина, «Сказание» было создано в XVIII—XIX веке, не ранее, однако по его предположению в его основу легли народные предания, связанные с древним культом медведя, характерным для племён, обитавших в лесной полосе современной России.
В память об этом событии, свидетельствующим о борьбе местного населения против христианизации на гербе Ярославля изображён медведь с секирой. В тексте выделено слово «киреметь», слово это угро-финское, обозначает «святилище». Учитывая данные археологии, утверждающей, что поселение «Медвежий угол» было заселено угро-финским племенем Меря, ясно, что поволжские финны поклонялись Волосу – скотьему богу. Трудно сказать, переняли ли славяне культ Велеса у финно - угров, либо в ярославской легенде переплелись воспоминания о славянском язычестве (клятва славянским скотьим богом Волосом) и местные обычаи поволжских финнов с жертвоприношением в киремети. Верования соседних народов были сходны: культ скотьего бога у славян действительно непосредственно связан с культом медведя, ведь этот зверь был опасен для скота и одновременно воплощал плодородие. Советский и российский историк В.Я. Петрухин пишет в работе «Мифы финно-угров», Москва, 2003 год: «У финно - угров почитание медведя восходит к прауральской эпохе, а следы его культа на севере Европы известны археологам по крайней мере со 2 тыс. до н. э. Многочисленные пластины-амулеты в пермском зверином стиле обнаружены на жертвенных местах и в поселениях Прикамья: они изображают голову и передние лапы, медведя так, как принято было их укладывать во время «медвежьего праздника», завершавшего удачную охоту на этого зверя. Можно считать эти изображения первой «геральдической» композицией, предшественницей герба Ярославля. <…> Там, где начиналось восстание волхвов - в Верхнем (Ярославском) Поволжье – и где исконными обитателями были племена мери, археологами был изучен уникальный погребальный обряд. В больших группах курганов IX–XI вв. наряду с оружием, украшениями, жертвенной пищей, посудой найдены глиняные амулеты – кольца и имитации медвежьих лап. Помимо Верхнего Поволжья такие амулеты найдены только в курганах Аландских островов на Балтике, где жили и скандинавы, и финны: оттуда группа переселенцев и перенесла этот обычай в Верхнее Поволжье, где стали изготовлять загадочные глиняные кольца». Следует признать, что этот вопрос изучен недостаточно и ещё требует тщательного исследования.
В памятнике средневековой русской литературы, описывающем житие Авраамия Ростовского (о времени его создания учёные спорят, утверждается, что не ранее XIV века) сказано: «Чудский конец поклонялся идолу каменну, Велесу». Хотя «Чудский конец», известный до конца XII века, означал конец города, где жила чудь, это собирательное древнерусское название финно-угорских племён и народов. Профессор И.В. Дубов отмечает, что данные верования сохранялись ещё продолжительное время: «В XV-XVI вв. в Ярославском Поволжье не только помнили о каком-то чудском населении (мере), жившем здесь еще до прихода славян, но и следовали различным финно-угорским обычаям: боготворили «хозяина» - медведя, в утке видели прародительницу мира, поклонялись камням, например, «синему» камню, лежащему на берегу Плещеева озера. Эти «бесовские наущения» жестоко преследовались православной церковью, но далеко не всегда церковники были в силах преодолеть влияние старых языческих традиций».[2]
Подробно исследует культ Велеса-Волоса академик Б.А. Рыбаков в монографии «Язычество древних славян»: «Летописное определение Волоса как «скотьего бога» дает нам важнейшую сторону культа: Велес был богом богатства, скотоводства, может быть, плодовитости. Выражение идеи богатства при посредстве полисемантичного слова «скот» (равнозначного латинскому «pecunia» – «скот», «богатство») ведет нас в совершенно определенную историческую эпоху, когда главным богатством племени были именно скот, стада крупного рогатого скота, «говяда», т. е. в бронзовый век. Однако, помимо указания на скотоводство и богатство, имя Велеса имеет еще один семантический оттенок – культ мертвых, предков, душ умерших. На это указал еще А. Н. Веселовский, приведя ряд балтийских параллелей (welis – литовск. – покойник, welci – души умерших). Без ссылок на Веселовского и Гальковского эту мысль высказали Иванов и Топоров».[3]
Интересно, что на санскрите, для обозначения коровы, обычно, используется слово «го», родственное английскому «cow». Термин, как и русское слово «говядина», происходят от праиндоевропейской основы gwous. Учитывая, что Велес в мифологии податель скота и богатства, а также пастух небесных стад, можно предположить, что слово «господин» («господь») в древности и обозначало Велеса.
Далее Б.А. Рыбаков касается связи с медведем: «Материалы и наблюдения Иванова и Топорова, будучи взяты вне зависимости от их концепции, позволяют построить (разумеется, гипотетически) тысячелетнюю историю образа Волоса. В глубокую охотничью архаику уводит, загадочная на первый взгляд, связь Волоса с медведем. Волос – волосатый, волохатый; отсюда – волхв – тоже волохатый (может быть, одетый в медвежью шкуру? – Б. Р.). С Волосом связано созвездие Плеяд – Волосынь; сияние Волосынь предвещает удачную охоту на медведя. Обратим внимание на то, что сведения о связи Волоса с культом медведя идут с далекого севера славянского мира, из Ярославского Поволжья, расположенного на границе европейской тайги, где охота долгое время сохраняла свое значение»[4]. Эта ярославская легенда в сокращённом виде приведена выше и, ещё раз отмечу, вызывает немало вопросов именно в отношении славянского происхождения культа, связь с угро - финской культурой тут явная.
Есть невообразимо исторически не обоснованный художественный фильм «Ярослав», где добренький Ярослав «Мудрый», с ровными белыми зубами беседой убеждает принять христианскую веру «злых язычников». И они, конечно, с ним соглашаются. Присутствует там и «злой скандинав», исполняемый актёром Кравченко. Утверждается, что "злые язычники" грабили суда, проплывающие по Которосли и Волге. Это, мягко говоря, неправда. Данные раскопок, в частности проведённых профессором Ворониным, говорят о том, что местное население – меря и немногочисленные скандинавы – успешно торговало с купцами. При раскопках найдены арабские монеты. Да и наука логика явно подсказывает, что торговать гораздо выгоднее, чем грабить. И, как указано выше, найдены амулеты медвежьих лап, которые встречаются кроме Ярославля только на Балтике.
Был ли вообще Ярослав «Мудрый» в Медвежьем угле (ныне это Стрелка), неизвестно. Более того – и о Ростовском периоде княжения нет ни одного письменного свидетельства. С большой долей уверенности, можно предположить, что первые рубленые крепости в Ярославле, на реке Толге, (это угро-финское название, как и Волга), а также в Ростове несли функцию сбора дани с местного мирного населения. И первые монахи были как раз сборщиками этих податей.
О более позднем изобретении происхождения Ярославля говорит и герб. Медведь появляется не ранее XVII века. До этого символом Ярославля, города рыбаков, была рыба.
Потом появляется вот такой медведь, впервые в так называемом титулярнике, в 1672 году. И в лапах у него вовсе не секира. Это протазан, то есть копье с широким и плоским наконечником с «ушками».
Ну а секира у медведя появляется только в 1778 году, на первом официальном гербе города, ставшего центром губернии и наместничества: «В серебряном щите медведь, стоячи, держит в левой лапе золотую секиру на такой же рукоятке».
Что «странным образом» близко к дате записей архиепископа Миславского с легендой о возведённом в ранг святых Ярославе. Весьма напоминает культ личности, но в древнем исполнении. Спустя, собственно, более чем семьсот лет спустя от предполагаемого княжения Ярослава. Современный герб выглядит вот так:
Как видим, герб увенчан шапкой Мономаха, которая по статусу положена только историческим городам, бывшим местом пребывания великих князей и царствующих особ. Единственный царь, живший в Ярославле это ехавший после Смуты в Москву Михаил Федорович, застрявший в Ярославле почти на месяц из-за распутицы. А единственная царица – сосланная туда после убийства мужа Мария Мнишек. Но отличительный знак Ярославцы себе выбили. Достойны похвалы.
А вывод же из выше написанного можно сделать такой: история дама капризная и частенько её используют в определённых интересах. Но сопоставляя факты, можно иногда взглянуть на неё другим взглядом.
[1]Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. Санкт-Петербург, 1890 – 1907, т. VI a, с. 668.
[2] И.В. Дубов Спорные вопросы этнической истории Северо-Восточной Руси (IX-XIII в.в.) // Вопросы истории, 1990, № 5, стр. 15.
[3] Б.А. Рыбаков Язычество древних славян. Наука, 1981, с.421.
[4] Б.А. Рыбаков Язычество древних славян. Наука, 1981, с.424.