Обычно, предлагая книгу для обсуждения, я говорю о тех произведениях, которые мне понравились, чем-то меня зацепили и которые как бы рекомендую. В этот раз ситуация немного другая. На эту книгу я наткнулся случайно, автор не мой, стиль книги – тоже. Не уверен, что буду читать что-то еще у этого автора. Более того, саму книгу я еще не дочитал до конца. Иногда у меня есть четкое желание отложить ее и больше не возвращаться. Но есть ряд крайне сильных высказываний в ней, которые не смогли оставить равнодушным. Они обидные, злые, грубые, но во многом справедливые (а во многом – нет), и мне сложно с ними спорить. Вот и решил, поделиться с вами. Возможно, кто-то уже читал и выработал четкое мнение, а кто-то, как и я, попробует разобраться. Но… предисловие затянулось. Речь идет о книге Виктора Ерофеева «Энциклопедия русской души». Вот несколько цитат из нее:
«Когда русский все имеет и ничего не делает (русский исторический помещик), он все равно недоволен и становится самодуром. Самодур – русский предел человеческих желаний, все равно как в армии – генералиссимус.
Каждый русский начальник – самодур. Только одни вялые самодуры, а другие – с неуемной фантазией. Непонятно, что выкинут в следующую минуту. Начальник склонен, казалось бы, к бессмысленным действиям, но в них всегда своя логика – хамство. Он принципиально не уважает того, кто слабее. За исключением нескольких друзей юности, которых тоже способен обидеть, самодур любит унижать всех вокруг. Русский начальник обожает говорить "ты" тем, кто отвечает ему "вы". Он обожает свою безнаказанность. Иногда самодур кается, чтобы дальше жить с еще большим удовольствием. Самодурство настояно на национальном садизме»;
«Страна вечного ремонта. Здесь все так подгнило, не успев созреть, что, за что ни возьмись, чтобы сделать ремонт, надо начинать сначала, а лучше всего и вовсе не начинать»;
«Человек, который не понимает своих интересов и сознательно вредит себе в течение жизни, в самом деле кажется загадочным. Народ, оставшийся архаическим образованием после запуска спутника и создания ядерного оружия, опасен и беспощаден»;
«Можно договориться с черепахой, но попробуй договорись с ее панцирем. То же самое и Россия. Россия радикальнее русских. Создание сильнее создателей. С русскими кое-как еще можно иметь дело; с Россией никогда не договоришься. Слишком много говна в нее слито»;
«Иван Грозный, убивающий сына, живописен. В России любят тех, кто замучил и убил многих русских. Русская власть в основном уничтожила собственное население, а не чужое или врагов, как в других странах. Отделить кровожадность от забавы и заботы о стране невозможно. Это и есть русская живописность.
Несмотря на то, что Иван Грозный был садистом, многие его любят из принципа. Другие любят его садизм. Нет слов: Иван Грозный – это русский ренессанс»;
«Не будешь уважать другого, тебя не будет. На этом контракте Запад держится двести лет. Банальность посыла окупается комфортным результатом.
Основная мерзость русской жизни – не хамство, даже не отношение к человеку как к говну, но негласное согласие на продолжение недостойной жизни и стремление к ее оправданию. В умении все оправдать заключается русская правда»;
«Надежда в России умирает первой. Вот вывод, который можно сделать из отечественной истории»;
«Национальная идея русских – никчемность. Нет никакой другой идеи, которую русские проводили в жизнь более последовательно. Во всем непоследовательны, в никчемности стойки.
На такой идее каши не сваришь. И не надо. Национальная идея – не надо варить кашу. Кто берется варить кашу – тот не русский. Никчемность – нулевая степень созидательности, неумение что бы то ни было довести до конца. Самолеты падают, автомобили глохнут. Никчемность – пустоцветная духовность, близость к религиозному сознанию, но с противоположной стороны. Крайности склонны путать. Отсюда вечное недоразумение с богоносцем. Россия – негативная теология. Было время, когда писатели нашарили сословие лишних людей. Но дело не ограничивается ленивыми умниками. Бизнесмены России – тоже лишние люди. Они не нужны. Не нужны пенсионеры. И сами писатели – лишние люди. Крестьяне тоже не нужны. Зачем пахать вечную мерзлоту? Рабочие совершенно излишни. Во власть идут одни лишние люди. Дети – неходовой товар
Каждый в России – лишний. Однако из социального ряда, где это звучит настораживающе, лишнего человека достаточно перевести в метафизический, чтобы никчемность превратилась в добродетель и все встало на свое место.
Возникнут метафизические крестьяне, им подадут руку метафизические рабочие, они вместе встанут на пьедестал».
«Труд в России гасится с двух сторон. Со стороны позыва и – результата. Я хотел поправить каждый забор, выпрямить столбы, но понял: делаю не то.
Сделанное не стоит, но потому и делается плохо, что оно все равно упадет. С другой стороны, потому и не стоит, что делается плохо. В России не надо ничего самому делать. Все равно как-то само по себе сделается».
Как видим, описания весьма и весьма нелестные. Но тем интересней, попробовав отбросить грубую форму описания, обдумать суть высказывания и решить, если в нем справедливый упрек или же нет. Повторюсь, я пока не пришел к выводу. Тем интересней узнать, возможно, вы оказались быстрее меня.
Что вы думаете об этом? Пишите, обсудим. Как обычно, простые правила канала: здесь обсуждают тему, а не друг друга. И не хамят.
Мир вашему дому!
Мой запасной канал (про историю изобретений)
https://dzen.ru/id/5fd19f5784ed1f44585c7f02
Мой телеграм-канал: https://t.me/nehotsunazad