Давненько мы не были в Бакле — решили мы, когда планировали дома маршруты нашего апрельского отпуска в Крыму. В прошлое наше путешествие к Бакле мы шли за другом-проводником и вообще не задумывались о маршруте — к пещерному городу нас довели и обратно благополучно вернули. Но когда мы опубликовали свои дневники и фотографии, к тому маршруту возникло много вопросов — многие считают, в Баклу проще и красивее идти по нижней дороге с окраины Скалистого. И мы решили прогуляться именно так.
Но сначала надо было как-то добраться из Севастополя до остановки «Скалистое-3». За шесть лет многое изменилось, главное — построили трассу «Таврида», благодаря чему «отвалились» автобусы на Симферополь. И поэтому мы отправились в наше путешествие на электричке — доехали до станции «Почтовая» и пошли пешочком в Новопавловку ловить автобус до Научного.
День был солнечный. Мы шли по обочине дороги, а вокруг среди домиков частного сектора вовсю цвела сирень. Денёк обещал быть тёплым — но, к счастью, не жарким, каким он был в наше первое путешествие в Баклу с нашим другом Сашей.
Чтобы не ждать на остановке просто так, мы, изучив расписание, часть пути прошли пешочком, а потом подъехали на подошедшем автобусе к началу маршрута. И вот мы уже шагаем по чудесной дороге, а слева высятся фактурные светлые скалы.
Бакла оказалась совсем недалеко. В прошлый наш визит Саша вёл нас верхней дорогой — в обход Мраморного озера. Но тот путь — в гору и по солнцепёку — явно проигрывал в комфорте нашей сегодняшней дороге. И мы были рады, что решили последовать советам наших читателей и отправились к Бакле понизу. Так даже короче оказалось. Да ещё такие красивые скалы над дорогой!
Вскоре перед нами открылась прекрасная поляна, над которой высились крутые откосы куэсты Внутренней гряды. Вверх по зелёному травяному ковру вела тропа — очень крутая, но зато прямо под охристо-белые стены с пещерами. И мы начали подъём.
Крутизна восхождения с лихвой скомпенсировалась обилием цветов на склоне вдоль тропы. Это было прекрасно! Маки — трогательные, нежные, розовых оттенков — сияли огонёчками в зелени травы, в пёстром хороводе жёлтых, синих, сиреневых цветков. Этот нарядный ковёр делался окончательно волшебным, стоило взглянуть на него через телеобъектив, зачаровывающий мир трав чудесной акварельной поволокой.
Снимать цветы на склоне, возносящемся к самому лицу, было сплошным удовольствием. Так что, возможно, подъём и растянулся по времени больше позволительного — но зато доставил куда больше радости, чем напряжения.
А когда мы очутились наконец у светлых камней, их дивная фактура — затейливое кружево выветривания, будто бы искусная резьба — и далее не позволяла нам выпускать из рук камер!
Солнце сияло на известняке, и виделись в его изгибах и изломах фигуры, лица, профили. И два глаза страшненького тролля — сквозные круглые дыры — глядели сверху из камня, и сквозь них светило небо.
Хотя с тропинки, по которой мы поднимались, тролль был больше похож на задорный смайлик!
Прямо у начала тропки вдоль под обрывами манила тенистыми сводами красивая пещера, из её прохладных недр изумрудно сияли отверстия-окна и арки входов-переходов.
Но после пещеры снова хотелось наружу, на жаркое солнце. Туда, где можно идти и идти по траверсной тропке, видя над головой испещрённые гротами и причудливыми каменными фигурами скалы, где огромный чёрный ворон, сидя над обрывом, швыряет вниз своё хриплое и зловещее «кра-кра», и срывается с кромки обрывов вниз в головокружительном пике сокол с узорными, серо-голубоватыми крыльями.
А внизу — просторы, и впереди дали синеющие и манящие, а тропка всё скользит над высотой опасно и азартно. Только успевай глядеть под ноги, и вперёд, и вверх — отверстия в скалах, узорчатые колонны, причудливые каменные кораллы цвета топлёного молока... Мир, полный солнца, света и свободы!
Вернувшись к «главному входу», мы прошлись немного влево под откосом, но особо интересных пещер там не нашлось.
Зато попался красочный водокап, накапавший лужу прямо на тропинке.
Потом мы гуляли уже по плато, заросшему шелковистыми зелёными травами.
Спускались в пещеры, зашли в пещерный храм с иконами в нишах стены.
Глядели сверху, через кромки обрывов, на только что пройденный понизу путь.
Бакла — это пещерный город IV-XIII веков, расположенный на крутом южном склоне куэсты под горой Бакла, сложенной известняками и испещренной искусственными пещерами-криптами (всего их больше сотни).
Пишут, что здесь можно увидеть остатки средневекового поселения и укрепления, руины домов замка и хозяйственных построек, высеченные в скалах церковь и склепы. Но для этого надо обладать либо хорошим воображением, либо хоть какими-то картами.
Мы кроме пещерных церквей и дыр зернохранилищ никаких замков и укреплений не нашли — безуспешно попытались найти выше, у леса хоть какие-то следы обозначенного на одной из карт древнего городища, и вернулись на кромку куэсты отдохнуть и перекусить — с видом.
И обедали у выхода из пещеры над краем скалы — там, где среди синих трогательных цветов кружили бабочки и пушистенькие «колибри» — бражники с таким стремительным движением крыльев, что они сливаются в единый размазанный «вертолёт», и бабочка делается похожей на крохотную, зависающую над цветами птичку.
А пока мы сидели на уютном балконе, над нашими головами у ворона с соколом случился шумный воздушный бой, и мы наблюдали, как птицы, пикируя и атакуя друг друга, кувыркаются в воздухе — то проваливаясь под обрывы, то снова взмывая откуда-то из-за соседней скалы, совсем близко, так, что делалось видно, как просвечивают на солнце перья узорных соколиных крыл, и как топорщится смоляно-чёрная «борода» ворона...
Ворон ретировался, сокол победно покружил над долиной. Мы завершили наш привал, и пошли вверх.
Тропа выводила на скалы над городом.
И отсюда видны были как на ладони светлые камни с пещерами среди зелёного травяного моря. Мы шли по кромке обрывов Церковной скалы, и всё оборачивались, бросая на город прощальные взгляды.
А вдали, за дальними далями, чётким силуэтом огромного шатра синел могучий Чатыр-Даг. Тот самый, на вершину которого мы совсем недавно восходили крутым кулуаром с белыми снежниками в пушистой можжевеловой оторочке...
Мы ещё немного прогулялись по тропе вдоль края заросшего лесом плато. Добрались до смотровой площадки с видом на заброшенный карьер, отдалённо напоминающий пирамиды инков. Горячие от солнца камни манили присесть, и глядеть в бескрайние просторы, где за горой — гора, и так до самого окоёма, до далёкого туманно-синего марева... Но нужно было уже торопиться в обратный путь.
И мы шли тропинкой вниз, через низкорослый горный лес, больше похожий на кустарник. Всё же жаль, что на такой высоте не растут красавцы-буки!.. Солнце щедро лизало тропу сквозь кружево теней, но ветерок по-прежнему выручал нас. И путь не показался долгим. Вскоре мы уже увидели Мраморное озеро, изрядно обмелевшее. Вокруг него вырос очередной забор, наводя на печальные размышления.
Вдали шумела «Таврида», по её светлому полотну бежали крошечные муравьишки-машины, и уже сверкала арка, в которую мы должны были нырнуть, чтобы миновать трассу. Но до этого момента предстояло ещё идти и идти. И мы шли по обочине дороги, радуясь тихому уюту Скалистого, его скверикам и щедрой плотности магазинов. Купили холодных напитков, и пошагали дальше, вспоминая, что где-то неподалёку была остановка, с которой мы с Сашей уезжали на автобусе в Севастополь.
Теперь с этой остановки можно было уехать в Севастополь только на маршрутке, которая может здесь и не остановиться. И мы сочли за благо доехать до Бахчисарая — чтобы с купленными на автостанции билетами гарантированно попасть на нужный рейс.
К вечеру мы были в Севастополе, и отправились на площадь Нахимова, чтобы прогуляться по набережной.
Тут оказалось неожиданно прохладно и пасмурно. Мы прошлись вдоль моря, поглазели на открывающийся вид на стройку театра в окружении колоритных кранов. Заглянули в сувенирные ларьки и ужаснулись разрушениям, которые нанёс набережной декабрьский шторм. Обрадовались тому, что по-прежнему ходят паромы. И, глядя на зелёную воду, красивую и этим пасмурным вечером, завершили немного зябкий вояж по набережной.
И Крепостной переулок любезно предоставил нам свою бесконечную лестницу, чтобы по дороге к дому вполне согреться.
23 апреля 2024 г.