История эта началась 41 год
назад. Я тогда была студенткой уважаемого московского
вуза. Примерной ученицей с твердыми моральными устоями. Но на горизонте появился Боря, и все мои устои испарились. Я сначала сопротивлялась этим сумасбродным чувствам, ведь о Боре такие слухи ходили, что любая приличная девушка должна была обходить его по широкой дуге. Боря волочился за каждой юбкой. В его активах числились десятки девчонок из нашего института. Десятки! А он был даже не на последнем курсе!
Боря был практически копией Игоря Старыгина, которого большинство из нас знали по роли Арамиса в нашумевших «Мушкетерах». Единственное, что отличало Борю от оригинала - это комплекция. Старыгин был худым, а Боря имел атлетическое телосложение. Мне даже тогда казалось, что подделка куда красивей оригинала. Как же мимо такого пройти?
На свою беду, я слыла одной из самых симпатичных девушек института. Поклонники у меня были. Вот только я никому не отвечала взаимностью. Был один молодой человек с параллельного курса, такой же увлеченный, но, увы, появился он в моей жизни поздно: я уже успела влюбиться в Борю.
Я думала, что о моих чувствах знаю только я, но, как выяснилось, для людей, которые меня хорошо знали, это был секрет Полишинеля. И одной такой осведомленной оказалась Рая, моя соседка по общежитию. Как-то она завела разговор об отношениях, в очередной раз спросила: «Ты-то чего до сих пор одна?» Я уже в сотый раз ответила, что сначала институт окончу - потом все остальное. А Райка возьми да скажи: «Что, даже если Борька позовет, не пойдешь гулять?» Я чуть обиженно не ляпнула: «Борька не позовет». Серой мышкой я себя не считала, но была почему-то уверена, что он на меня даже не посмотрит! Неприятный разговор я тогда свернула, но Райка не отступилась.
На одной из вечеринок она слегка перепила и прямо спросила Борю: «Как тебе наша симпатичная заучка?» С особым каким-то чувством упоения она потом рассказывала, как он переспросил: «Тамарка-то? Она, кроме учебников, не видит ничего. А мужчине другое надо. Ему надо, чтобы женщина на него смотрела, а не в книжки. Ну и другое тоже. Сама знаешь». Я думаю, мое лицо в тот момент было пунцовым. Сердце колотилось, как бешеное.
На следующую вечеринку Рая меня потащила с собой. У меня
на носу был зачет, и я собиралась до ночи повторять материал. Я ворчала и возмущалась всю дорогу, но, как только Борю увидела, учеба из головы вылетела.
Боря на меня клюнул. Потом признался: «Ты же заучкой была, парней отшивала, но симпатичная. Парочка моих знакомых по тебе сохли.
Трофей что надо!». То есть, любовью с его стороны даже не пахло. Так, «трофей». Но, несмотря на это, мы встречались несколько месяцев. Этого хватило, чтобы я сдалась. Ну и залетела с первой же попытки. Уж не знаю, как он умудрялся избегать ответственности раньше, но со мной этот номер не прошел.
Мой отец, узнав обо всем, нашел Бориного отца и поговорил с ним по душам. О похождениях сына семья - не была в курсе. Там оба родителя правильные. Сын учился нормально, дома свои дурные привычки не демонстрировал, так что они были уверены: все в порядке! У Бориной мамы случился удар. Это все и решило. Как только она вышла из больницы, нас поженили.
Я была счастлива до одури! Чего еще желать-то! Любимый под боком (нам повезло получить комнату в общежитии для семейных пар), жду от него ребенка! Благодать! Я же понятия не имела, что Боря меня не любил. А он все чаще стал отлучаться из дома. Оправдывал это тем, что не может при мне быть постоянно. Ведьу него друзья. А я верила. Старалась быть понимающей женой, не ограничивающей мужа. Откуда мне было знать, что у него есть любовница, и уже не первая за нашу недолгую супружескую жизнь?
Когда родился Сережа, Боря был
счастлив. Все-таки сын. Для многих мужчин это почему-то важно. И я радовалась, что родила своему любимому сына, которым он будет гордиться.
Но счастье было недолгим. Борины нервы сдали, когда Сереже было около полугода. Он устроил скандал. Орал: «Надоели эти вечные крики! Я спать хочу, но слушаю это!» И дальше в том же духе. Через месяц после первого скандала Боря ушел. Перед его уходом у нас был очень тяжелый разговор. Он признался, что любви у него ко мне не было, и ни брак, ни сын этого не изменили. Больше того, к сыну он тоже особых чувств не испытывает, но помогать будет. Хотя бы финансовую ответственность со мной разделит.
Сколько я плакала, одному богу известно, но потом взяла себя в руки. Развода не было. Формально Боря оставался моим мужем. В то время развод порицали, партия вмешивалась в отношения, а мы ведь были партийными. Так что, думаю, разводиться он не стал, чтобы это не стало достоянием общественности. Ну и я сор из избы выносить не стала. В общаге сказала, что он уехал на заработки. Не помню уж, куда его отправила. Да и неважно. Главное, что меня с сыном никто не трогал.
Примерно через два года Боря появился на пороге нашей комнаты в общежитии с ребенком на руках. Он действительно помогал все это время, деньги присылал - иногда передавал через друзей в конверте, иногда появлялся сам. И хоть я знала, что у этого человека ко мне чувств нет, каждый раз при виде его сердце удар пропускало. Я его любила по-прежнему, несмотря на причиненную им боль. Тот раз исключением не был. Я слишком сильно обрадовалась, чтобы обращать внимание на такие мелочи, как грудничок у него на руках.
Вот младшего сына Боря любил
всегда. Его не раздражали крики по ночам, он сам вставал к кроватке, укачивал, давал смесь. Это был его ребенок, не наш Сереженька, а именно Родион. Родя.
О судьбе его матери я узнала только спустя месяц, когда Боря заговорил об усыновлении. В свидетельстве о рождении он был записан отцом, так что имел на этого ребенка все права. А вот мать Роди скончалась через полтора месяца после родов. О причинах Боря не слишком распространялся. Сказал, что роды
были тяжелыми и что-то врачи сделали не так.
Как на меня в исполкоме смотрели, когда мы занимались усыновлением, вспоминать неприятно. Это была смесь жалости и презрения, но я вытерпела. Потому что понимала: эту женщину Боря любил по-настоящему, и если ее сын будет моим, то и Боря никуда не денется.
И мы прожили до рубиновой свадьбы.
Дети даже не догадывались, что рождены от разных матерей. Я к обоим относилась одинаково. Во-первых, продолжала любить мужа, во-вторых, ребенок ни в чем не виноват. К тому же, Родион рос мальчиком прилежным и спокойным. Видимо, пошел в мать.
Правда всплыла в прошлом году.
Сережа попал в аварию. К сожалению, без последствий не обошлось. Ему требовалась пересадка почки. Самым очевидным донором был Родион. Мы деликатно поговорили с врачом, чтобы этот вопрос даже не поднимался. Я понимаю, что ребята уже давно не дети, у Сережи семья, Родион карьеру строит. Но все равно раскрывать перед ними неприглядное прошлое семьи мне не хотелось. Боря вообще этот вопрос никогда не поднимал.
О том, что муж погуливает, я догадывалась. Все-таки люди не меняются. Я успокаивала себя тем, что он уважительно ко мне относится и никогда не выставляет свои отношения на стороне напоказ.Поэтому все было так, как было.
Врач настаивал на том, что мы будем ждать донорскую почку. Мы его горячо в этом поддерживали. Но, как оказалось, Сережа тоже не промах.