Продолжаю повествование о нашей экскурсии,и в этой статье расскажу о заброшенной психиатрической больнице Алленберг.
Многие из моих подписчиков знают,что я большая любительница заброшек,и самое главное в этой экскурсии для меня,было посещение именно этого места.
В 1852 году к югу от Велау (ныне Знаменск), на живописном левом берегу реки Алле (совр. Лава) началась новая страница летописи психиатрии Восточной Пруссии, на написание которой ушло менее века, но после себя она оставила мини-городок под названием Алленберг (нем. Allenberg), который журналисты и блогеры называют самой мистической областной «заброшкой». Но всё же искать здесь надо историю о прогрессивных идеях, а не легенды и страшилки.
Можно считать, что уже в Средневековье появляются первые попытки классификации психического расстройства. Правда занимались этим не врачи, а священнослужители, считавшие больными жрецов и ведьм. В качестве «лечения» применялось сжигание на костре или повешенье.
Позже в Тевтонском государстве, как и во всей Европе, открываются психиатрические больницы. Впрочем, и в них лечением не занимались, а просто изолировали от общества людей с нестандартным поведением. По сути, то были тюрьмы, где вместе с действительно больными содержались бродяги, попрошайки и прочие асоциальные элементы. Их, заковав в кандалы, содержали в камерах, периодически пытая.
Лишь после войн против Наполеона, в тот период, когда буквально за несколько десятилетий Европа пережила не только промышленный, но и научный бум, изменился и подход к психиатрии, в сторону гуманизма. В Германии всё чаще начинают практиковать терапию посредством помещения больных в приёмные благополучные семьи.
А вот в Восточной Пруссии отклик находит теория Иоганна Христиана Рейля – немецкого медика и физиолога, придумавшего термины «психиатрия» и «госпиталь для психической терапии» (психиатрическая лечебница). В своих трудах он писал, что вместо «заключения этих несчастных в заброшенных тюрьмах за городской чертой, в сырых темницах», где они «в цепях гниют в подвалах», следует: «построить госпиталь в красивой деревенской местности; взамен наводящей жуть казарменной постройки, обнесенной высокими стенами, установить ряд небольших домиков павильонной системы. Вместо решеток на окнах - не бросающийся в глаза железный переплет, в который вставляются стекла лишь несколько меньших размеров, чем обычно. Вокруг учреждения расстелить огороды, сады - целое хозяйство с птичником и скотным двором, словом – сделать благоустроенную ферму, где должна царить бодрая атмосфера труда».
Таким образом Рейль предлагал лечение через терапию трудом, в условиях максимальной гуманности и единения с природой. Во главе такой структуры должен стоять триумвират: заведующий (отвечающий за хозяйственную часть), главный врач (общее медицинское обеспечение) и психолог с молодыми врачами, которые смогут на практике заниматься развитием науки о душевных болезнях.
В 1841 году Восточно-Прусское собрание поместий постановило открыть новую психиатрическую клинику взамен той, что существовала в Кёнигсберге (совр. Калининград) на базе Лёбенихтского госпиталя. Для лечебно-профилактического заведения выбрали луга вдоль берега реки Алле вблизи Велау. Первые здания были построены в 1848-1852 годах и предполагали вместимость до 250 больных. Пока это ещё была переходная модель: пациенты уже не находились в жутких мрачных бараках, но всё еще ходили в смирительных рубашках.
1 сентября 1852 года прошли торжества по случаю открытия Провинциальной психиатрической больницы Алленберг (нем. Provinzial Heil-und Pflegeanstalt Allenberg) и прибытия 59 первых пациентов из кёнигсбергского госпиталя.
Изначально комплекс представлял собой ряд зданий, образующих вытянутый прямоугольник со внутренним двором. На входе - трёхэтажное строение в стиле историзма с двускатной крышей, высоким цоколем и ризалитом по центру фасада. В его нижних этажах размещались: администрация, касса, помещения для посетителей и приёмный покой. На третьем этаже, имевшем по центру ризалита три больших арочных окна, проходили торжественные мероприятия и конференции.
С двух сторон от центрального здания располагались ворота-арки, которые закрывались на ночь. Парность обусловлена гендерным разделением: левые вели к мужскому корпусу, правые – к женскому. В свою очередь, каждое из этих зданий делилось пополам: в одной части – палаты для больных, в другой – жилые помещения для обслуживающего персонала.
По центру двора стоял хозяйственный блок, представлявший собой вытянутое прямоугольное здание с четырьмя боковыми крыльями. По своему функционалу это было до невозможности странное строение. Большую часть пространства занимали складские помещения, кухня и пекарня, аптека и лаборатория (кстати, питьевую воду получали также на территории внутреннего двора с помощью пяти глубоких колодцев). При этом, с противоположной от административного здания стороны, хозблок заканчивался узнаваемой шестиэтажной многогранной башней с куполом – это уже часть лютеранской кирхи (к ней же относились два боковых крыла). Таким образом, в одном корпусе, в нескольких метрах друг от друга, молились богу и … хранили мясо.
Кирха.
Число пациентов росло, поэтому в 1873 году по проекту берлинских архитекторов Мартина Гропиуса и Хайно Шмидена (их совместная компания строила в столице Пруссии многочисленные музеи, виллы и больницы) было возведено два новых трёхэтажных корпуса, которые могли вместить ещё 500 больных.
Наконец, в 1880 году принимается решение перевести Провинциальную психиатрическую больницу Алленберг на методики Иоганна Христиана Рейля: снять с больных смирительные рубашки, а сельскохозяйственные работы на свежем воздухе с красивыми видами реки использовать в качестве основного метода лечения.
Для этих целей выкупаются дополнительные участки. Отступив несколько сот метров от уже имеющегося комплекса, по проекту строительного советника Кра и мастера Винхольдта возводятся новые корпуса и хозяйственные постройки, включающие в себя конюшни, коровники, свинарники, кузницу, амбары и др. Работы были закончены в 1879 году.
Водонапорная башня.
С 1900 году Алленберг уже превращается в настоящий мини-городок. Возводится ещё четыре дополнительных корпуса, увеличивающих вместительность до 1000 пациентов. Примерно в это же время появляется здание морга и собственная водонапорная башня. Вообще поселение становится практически полностью автономным, имея прекрасные плодоносящие садовые участки, успешное животноводство, собственные разнообразные мастерские, пекарню, небольшой молочный завод.
Городок для врачей и обслуживающего персонала.
В связи с возросшим числом больных, требовалось больше врачей и обслуживающего персонала, для которых основали отдельный небольшой посёлок из двухэтажных домов с прачечной, водоснабжением и электричеством. Расположившееся треугольником поселение стояло у дороги ведущей на Велау. Эти кирпичные строения по современной улице Шоссейной до сих пор являются жилыми.
Вблизи с административным зданием лечебницы расположился Дом директора, который и сегодня можно распознать по цифре «1907», вырезанной на треугольном фронтоне, а также стилизации под сельский дом - на момент строительства это была одна из модных вариаций восточно-прусского югендстиля. У этого кирпичного строения на каменном цоколе формы резво сменяют друг друга, особенно отчётливо это заметно по окнам. Входной козырёк поддерживают деревянные консоли с лицами хранителей – ещё одна отсылка к сельской тематике.
Во время Первой мировой войны на фронт была призвана половина сотрудников, остальные же не покинули свои рабочие места. Война принесла с собой туберкулёз и грипп. В итоге к 1918 году численность пациентов сократилась до 586 человек.
Впрочем, те события не остановили развитие лечебницы, а расширение комплекса продолжилось: появились как новые корпуса, так и увеличилась этажность тех, что были возведены изначально. К 1929 году учреждение достигло пика своей возможной нагрузки – 1400 пациентов, тем самым став крупнейшим в Восточной Пруссии, опередив две другие профильные больницы в Тапиау (совр. Гвардейск) и Кортау (ныне р-н Ольштына, Польша).
В 1934 году в гитлеровской Германии принимается «закон о предупреждении потомства с наследственными заболеваниями». Подчиняясь ему, в лечебнице провели принудительную стерилизацию пациентов.
Во времена Третьего рейха от Провинциальной психиатрической больницы Алленберга был отрезан существенный кусок территории на котором по распоряжению Эриха Коха в 1936-1937 годах построили бумажную фабрику и маргариновый завод.
8 июня 1940 года больница официально перестала существовать. Тому виной евгеническая программа Т-4 немецких национал-социалистов, согласно которой люди с психическими расстройствами, умственно отсталые и наследственно отягощённые больные подлежали уничтожению. Все, кто находился в больнице более пяти лет, признавались неизлечимыми. Судьба пациентов из Алленберга неизвестна. Возможно, их перевели в другие клиники, но скорее всего умертвили с помощью газовых фургонов. Известно, что в 1940 году в Восточной Пруссии было убито 1558 пациентов психиатрических лечебниц.
Во время Второй мировой войны мини-городок превратился в казармы батальонов СС, летом 1944 года их полностью заняли лётные части.
В советский период комплекс зданий также оказался в руках Минобороны. Первыми заселились танкисты, затем к ним добавился радиотехнический полк и зенитно-ракетная бригада. В лечебных корпусах были оборудованы казармы для солдат и семей офицеров, детский сад, кинозал и разные гарнизонные службы.
В 1995 году на территории комплекса снимался художественный фильм «Я - русский солдат»
Внутри кирхи лечебницы Алленберга, крышу которой перекрыли черепицей, в советское время расположился клуб и солдатская столовая. Удивительно, но Землячество Велау (сообщество бывших жителей восточно-прусского города, ныне проживающих на территории Германии) каким-то образом получило разрешение провести реставрационные работы (проходили с 2005 по 2009 годы) культового объекта, находящегося на территории действующей военной части.
В 2007 году бывшую кирху признали объектом культурного наследия регионального значения, а в 2010 году передали РПЦ. В 2013 году воинская часть была расформирована, а комплекс перешёл в ведение администрации Знаменска. С этого момента начинается вандализм - с территории вывозится всё, что можно продать.
В новейшей истории опустевший комплекс зданий Алленбергской психиатрической лечебницы стал местом паломничества туристов, желающих воочию увидеть определение слову «тлен». На конец 2023 года мини-городок находится в собственности Корпорации развития Калининградской области, которая ищет инвестора для реставрации и использования архитектурного памятника.
Очень атмосферное место! И очень хотелось побродить там неспеша хотя бы часик....
Видео о посещении этого места вы найдете на моем канале.