Тарасов воскликнул: «Это то, что нужно!»
«Чего греха таить, тренер армейцев вольно или невольно стал диктатором, а не чутким и отзывчивым воспитателем в команде. Чего стоит одно его «темпераментное» поведение во время матчей! Резкие, подчас грубые слова так и сыпались на хоккеистов… Игроки просто-напросто боялись тренера. Боязнь эта постепенно вытеснила чувство уважения к тренеру. И дело не в том, что кое-кому из хоккеистов пришлась не по душе требовательность тренера. Спортсмен, если, конечно, он любит и уважает свой коллектив, не обидится на хорошую строгость…» — писали об Анатолии Тарасове зимой 1961 года в «Комсомольской правде».
После бесконечных историй о жесткости Анатолия Владимировича в тренировочном процессе и постоянных истязаниях спортсменов, может показаться, что он был настоящим монстром. На самом деле, это далеко не так. Да, с большинством хоккеистов тренер общался исключительно на профессиональные темы и держал определенную дистанцию. Все для того, чтобы сохранить в их глазах авторитет и не допустить фамильярностей, которые затем могли негативно отразиться на командной дисциплине. Однако так было далеко не со всеми подопечными великого специалиста. С некоторыми из них он не только общался на отвлеченные от хоккея темы, но и даже дружил.
Например, когда Тарасов пришел в футбольный ЦСКА, то задружился с Валентином Бубукиным. Сам прославленный советский футболист рассказывал, что Анатолий Владимирович стал для него не только наставником в спорте, но и близком другом в обычной жизни. Тарасов частенько приглашал Бубукина к себе на дачу, где они проводили вместе немало времени за разговорами о насущных жизненных делах. Похожие отношения у Анатолия Владимировича были и с легендарным защитником ЦСКА и сборной СССР Николаем Сологубовым.
«С Тарасовым, не поверите, отец очень-очень дружил. В баню вместе ходили, кваску могли выпить. Дома друг у друга собирались. И когда папа в свое время перебрался из Хабаровска в Москву, стали они с Тарасовым разучивать, шлифовать, практиковать силовые приемы в хоккее. Игроки уже покинут площадку, а Николай Михайлович с Анатолием Владимировичем продолжали элементы силовой борьбы отрабатывать. Просто немыслимые фанаты! Отец как-то во время «процесса» изрядно приложил Анатолия Владимировича на лед. И Тарасов, сидя на «пятой точке», воскликнул: «Это то, что нужно!» Знал толк в подобных вещах», — рассказывал Игорь Сологубов, сын оборонца.
Отношения между двумя товарищами чуть охладели после того, когда команда решением коллектива попросила отстранить Тарасова от управления клубом. Хоккеистам надоели сумасшедшие тренировки Анатолия Владимировича и постоянное моральное давление, поэтому они были решительно настроены что-то изменить. Все игроки, за исключением Сологубова, проголосовали за уход Тарасова. Легендарный специалист оценил поддержку со стороны своего товарища по достоинству. Но затем все-таки затаил на него небольшую обиду. Дело в том, что в один из дней, когда Анатолий Владимирович пришел в гости к Сологубову, он попросил хоккеиста повлиять на партнеров по команде и поселить в их головы мысль о том, что его необходимо вернуть. Николай тогда вежливо отказал своему другу, сославшись на то, что после его ухода прошло слишком мало времени.
«Тарасов, скрепя сердце, согласился, но, вероятно, затаил обиду на отца. Как, отказать ему, действительно выдающемуся тренеру?! Позднее отношения возобновились, но, по-моему, оказались не очень теплыми, искренними, товарищескими, как раньше. Общались, да, однако не так доверительно», — вспоминал Игорь Сологубов.