Уполномоченный при Президенте по правам ребёнка Мария Львова-Белова доложила главе государства о результатах проведённой по его поручению Всероссийской инспекции системы профилактики социального сиротства и предложила преобразовать её во Всероссийскую службу помощи семье.
В начале встречи Уполномоченный доложила об итогах Всероссийской инспекции системы профилактики социального сиротства, для того чтобы понять, почему у нас дети при живых родителях попадают в приюты и становятся сиротами и что сделать, чтобы этого избежать, - сообщается на сайте Кремля.
- 89 регионов проехали, посетили, отработали, я была в каждом субъекте Российской Федерации, - сказала Мария Львова-Белова. - То есть понимаем, как это всё сейчас устроено. И так как это было Ваше поручение, Владимир Владимирович, то все сфокусировались на этой задаче: и профильные министерства, и прокуратура, и главы субъектов, и региональные команды, некоммерческие организации, полпреды. Можно точно сказать, что фокус внимания регионов в течение года был на этой теме.
Во время инспекции было важно поменять сознание, как у нас обывательски говорят, от «сиротпрома» на семьесберегающий подход. И когда мы только начали эту работу, ко мне на личный приём пришла женщина, лишённая родительских прав, которая изменила свою жизнь и хочет восстановиться. Этот личный приём со мной проводила зампред регионального правительства. И она в ней, представляете, узнаёт свою подругу, с которой они одного мальчика делили в школе. Она, конечно, в ужасе, потому что, говорит, та молодая девушка совсем о другом будущем мечтала.
И это стало для меня, знаете, ключевым, потому что я поняла, что все эти семьи – это наши бывшие соседи, это наши одноклассники, знакомые. Но что-то у них пошло не так, где-то поломалось, и мы, как государственные служащие, как люди, которые могут повлиять, должны стать «костыликом» и помочь этой семье справиться с этими сложностями.
Владимир Владимирович, как проходила эта инспекция? Сформировали команды, в каждый субъект выезжала группа аналитиков, юристов, финансистов, сотрудников опеки, которые всё смотрели: детские дома, приюты, опеку, комиссии по делам несовершеннолетних. После этого формировался портрет субъекта, рекомендации давались. Я уже приезжала, встречалась с главой региона и с командой, давались рекомендации, и после этого мы дистанционно регион сопровождали.
Проводили окружные форумы с полпредами, потому что я понимаю: то, что работает на Дальнем Востоке, не работает на Северном Кавказе. И нужно было найти эти уникальные особенности, которые позволят нам эту работу вести.
Проверили почти полторы тысячи учреждений разных, о которых я Вам сейчас сказала. Но самое главное, Владимир Владимирович, это личные дела детей. То есть ты приезжаешь в детский дом, ты берёшь – вот он, малыш. И по личному делу сразу понятно, что там с семьёй, какая работа была проведена, почему он туда попал, что дальше планируется с ним. И мы семь тысяч личных дел, выборку сделали, посмотрели, и, представляете, 3200 дел, которые мы взяли на свой контроль, потому что там недостаточно была проведена работа, там возможно было помочь семье, сопроводить семью и даже в каких-то случаях не разлучать ребёнка с семьёй, а оказывать ему помощь вместе.
Очень важным для нас было взаимодействие с научным сообществом. Мы подключали и Санкт-Петербургский государственный университет, и Высшую школу экономики, и нашу Российскую академию наук, МГППУ. Мы анализировали данные, проводили исследования, составляли рейтинг субъектов по ситуации с социальным сиротством. Я чуть позже Вам его представлю.
И, Владимир Владимирович, когда мы занимались инспекцией, мы, конечно, не ставили задачу по сокращению количества детей [в детских домах]. То есть нам важно было посмотреть, проинспектировать, проанализировать лучшие практики. Но так получилось, что когда стали этим всем заниматься, то с 1 июля 2024 года по 1 апреля, за 10 месяцев, нам удалось сократить на 10,2 процента одномоментное нахождение детей в детских домах и приютах. То есть был 60061 ребёнок, стало 53900 – это очень большой разрыв. Вы должны понимать, что в течение года детей-то было гораздо больше, то есть это одномоментное нахождение. Так, конечно, приходили, работали, возвращали. И только при нашем личном ещё участии более семи тысяч детей вернулись в кровные семьи.
Подробности на сайте Кремля.
Фото: сайт Кремля.