В моей статье «Карфаген как столица Византийской империи» был отражен исторический факт, когда византийский император Ираклий в 617 году в связи с возникшей угрозой персидского вторжения планировал перенести столицу из Константинополя в Карфаген но, по словам историка Эдуарда Гиббона: «Его бегству воспрепятствовал патриарх (Сергий I – мое примечание), который для защиты своего отечества употребил в дело свою духовную власть. Он привел Ираклия к алтарю святой Софии и принудил его дать торжественную клятву, что будет жить и умрет среди того народа, который был вверен его попечениям самим Богом».
В обсуждениях данной статьи Александр Конкин оставил комментарий: «Какая сказка с религиозным уклоном, только в Византии император по статусу был выше патриарха, автор про это наверное не знал. Да и Карфагена в этот период никакого не существовало».
Исходя из последнего утверждения, автор комментария является убежденным сторонником альтернативной истории и знаком со статьей Юрия Абарина «Когда был разрушен Карфаген: в глубокой античности или в эпоху Ренессанса?». Сторонников альтернативной истории Ю. Абарина по статусу я отношу к Фомам Неверующим, и не считаю необходимым давать пояснения на их комментарии, но в данном случае я сделал исключение и ответил А. Конкину что: «Пожалуй, более глупого комментария я никогда в жизни не встречал. Могу привести десять случаев в античной и ранней средневековой истории, когда культовые служители воспрепятствовали действиям царей, правителей и военачальников, находясь ниже их по статусу».
А. Конкин засомневался в сказанном мною и попросил привести наглядные примеры, а не заниматься «бла-бла-бла». Дальнейшие его комментарии не отличались сдержанностью, что отличает сторонников альтернативной истории, у которых в любой дискуссии вместо изложения аргументов брызжет пена изо рта.
Также отмечу, что А. Конкин ставит под сомнение не мои познания истории, а Э. Гиббона, автора 12-летнего труда и шести томов «Истории упадка и разрушения Римской империи», абзац которого о клятвенном принуждении Константинопольским патриархом императора Ираклия к защите поданных я только процитировал в своей статье.
В античные и средневековые времена религия играла важную роль в жизни людей, являясь не только системой верований, но и регулированием поведения и поддержания социального порядка. Религиозные праздники одновременно являлись государственными событиями, а жрецы, прорицатели и священнослужители считались должностными лицами государства. В античный период времени ни одно государственное решение не принималось без ритуалов гадания. В 392 году император Феодосий признал христианство единственной религией Римской империи.
В данной статье для наглядности я приведу десять примеров, когда цари, правители и военачальники в принятии своих решений в первую очередь должны были руководствоваться вероисповеданием и мнением культовых служителей.
В 479 году до новой эры в битве при Платеях с персами Мардония царь Спарты Павсаний долгое время безуспешно совершал жертвоприношения перед началом сражения, но так как все предзнаменования были неблагоприятными, он приказал воинам опустить щиты и не оказывать противнику ни малейшего сопротивление до его знака. Прорицатель под ливнем падающих персидских стрел закалывал одно жертвенное животное за другим и только после того как явились благие предзнаменования и жрецы обещали победу, был отдан приказ всем вступить в сражение.
В той же битве персидскому военачальнику Мардонию, который желал вступить в сражение с объединенной армией греков, выпали несчастливые предзнаменования, но для оборонительных действий они ему благоприятствовали. Через десять дней Мардоний на совете сказал, что персам необходимо как можно скорее дать битву неприятелю, а не допускать его дальнейшего усиления с каждым днем. На неблагоприятные жертвы жреца-прорицателя Гегесистрата, говорил он, не стоит обращать внимания и не добиваться насильно благоприятных знамений, а по персидскому обычаю дать бой врагу. Никто не осмелился возразить на эти слова военачальника, и мнение Мардония одержало верх. В последующей битве Мардоний был убит, а персы потерпели поражение.
27 августа 413 года до новой эры после поражения в сухопутной битве под стенами Сиракуз афиняне были готовы к отплытию домой, но ночью произошло лунное затмение. Со слов Диодора: «Тогда Никий, будучи от природы не только человеком суеверным и набожным, стал советоваться с прорицателями. И когда они заявили, что отплытие должно быть отложено на три дня, Демосфен и другие были вынуждены с ними согласиться». Данная отсрочка во времени позволила сиракузянам подготовиться к морскому сражению, в котором афиняне были разбиты.
В ноябре 326 года до новой эры уставшая армия Александра Македонского отказалась в Индии продолжать поход, и царь три дня безуспешно пытался изменить настроение воинов. Тем не менее, по словам Птолемея, Александр совершил жертвоприношения перед переправой через реку Гифасис, но жрецы сказали, что жертвы оказались неблагоприятными. Тогда царь собрал ближайших военачальников и объявил что, так как все указывало ему на необходимость вернуться, он велел сказать войску о своем решении завершить поход. Таким образом, фактически Александр был вынужден прекратить Индийский поход по причине неповиновения армии, но юридически обосновал уступку воинам неблагоприятными жертвоприношениями.
После возвращения из Индийского похода Александр Македонский у стен Вавилона встретил халдейский предсказателей, которые убедительно посоветовали ему обойти город с войском с восточной стороны. Царь заподозрил халдеев в желании скрыть развалины нескольких храмов, которые он приказал восстановить пять лет назад, но, тем не менее, не решился ослушаться их совета.
В 249 году до новой эры римский консул Публий Клавдий Пульхр в морском сражении с карфагенянами при Дрепане потерял 117 кораблей и двадцать тысяч воинов. Римские летописцы ответственность за поражение возложили на консула по причине его безбожия, так как во время ауспиций (птицегадание) перед битвой цыплята отказывались клевать корм, что считалось плохим предзнаменованием. Но консул сбросил клетку с цыплятами в воду со словами к авгурам: «Пусть пьют, раз не хотят есть». В следующем году народные трибуны дважды безуспешно пытались привлечь Пульхра к суду, но на консула все же был возложенный крупный денежный штраф. Существует предположение, что он покончил с собой.
В 223 году до новой эры римские консулы Гай Фламиний и Публий Фурий Фил одержали победу в битве с инсубрами. Незадолго до сражения консулы получили письмо из Рима, в котором сенаторы требовали немедленно прекратить боевые действия, вернуться в Рим и сложить с себя консульские полномочия, объясняя это неблагоприятными знамениями. Но Фламиний сознательно не стал вскрывать письмо до окончания сражения, по словам Плутарха, проявив таким образом «оскорбительное высокомерие».
Летом 452 года вождь гуннов Аттила вторгся в Италию и захватил Медиолан и Тицинум. Папа римский Лев встретился с Аттилой и убедил его вернуться за Дунай. По сообщению Проспера Аквитанского Аттила был крайне поражен, увидев духовного отца христиан во всем великолепии его священнического облачения.
В июне 752 года король лангобардов Айстульф начал угрожать Риму и папа Римский Стефан III обратился за помощью к королю франков Пипину, для чего предпринял поездку во Франкское государство. Пипин сам встретил священника неподалеку от Понтиона, встал перед ним на колени, а потом взял за узду его лошадь и некоторое время вел на поводу, исполняя обязанности конюха. Через два года Папин нанес поражение войску Айстульфа и король лангобардов был вынужден уступить папе Равенну и все другие недавно занятые им города, а также сделать удовлетворение Святой церкви.
В 771 году король лангобардов Дезедирата возобновил наступление на Папскую область и папа Адриан I вновь обратился за помощью к сыну Пипина – королю франков Карлу. В 773 году Карл в битве нанес поражение лангобардам. В Риме король франков отнесся к первосвященнику с высочайшим почтением и прежде чем подойти к руке папы, Карл поцеловал ступени лестницы храма Святого Петра.
