Конец мая 1973 года был особенно жарким в родном селе Алексея. Ребята уже чувствовали кожей и даже порами на ней предстоящие летние каникулы. В школьном дворе старшеклассники кучковались у углов школы с чинариками в рукавах, а малышня носилась по школьному двору играя в салочки.
В это время в кабинете председателя колхоза сидело трое мужчин сам председатель, секретарь партийной организации колхоза и директор местной школы.
Леонид Дмитриевич он же директор местной сельской школы сообщал руководству колхоза не радостную для него весть:
- Вы понимаете пришла путёвка для поездки в летний пионерский лагерь Орлёнок. В сопровождающем его письме областного комитета образования сказано, что данная путевка предоставляется бесплатно только для работников колхоза. Эта путевка по разнарядке к нам в школу попала и сколько бы я не предлагал её Вашим работникам, родителям моих учеников они все на отрез отказывается посылать свои чадо на юг к морю одних.
Горестно вздохнув и с тоской в глазах, продолжил:
- А мне за района уже второй день названивают и требует дать фамилию имя отчество и данные по ребёнку, который поедет от нашей школы туда отдыхать в июле месяце прямо-таки за глотку берут.
Сидевшие напротив него председатель колхоза и секретарь партийной организации колхоза переглянулись, и председатель сказал:
- А мы-то Вам Леонид Дмитриевич, чем можем помочь в данной ситуации.
И посмотрел вопросительно на директора школы.
- Вы понимаете...
Замялся директор школы и продолжил:
- Ну повлияйте хоть как-то на своих работников. Может они хоть Вас послушают ну, что это такое дояркам всем предлагал, скотникам предлагал, механизаторов уже всех опросил и с некоторыми и сам лично встречался и беседовал. Они в одной голос кричат, нет отстань, отойди ну может быть, Вы как-то на них повлияете..., а мужики.
Секретарь партийной организации почесал затылок и сказал:
- Да наши колхозники тяжёлые люди если сказали нет, то да от них уже добиться можно только одним способом прижать к стенке, а так как прижать стенке в этом вопросе никого не получится. То дела Ваши Леонид Дмитриевич - швах.
- Да это я - Иван Алексеевич и так знаю, что делать как мне в этой ситуации поступить и выхода из этой ситуации я найти не могу, а мне позарез нужна кандидатура для поездки туда. Ведь из районного комитета образования с меня спросят, а потом ещё на партком вызовут.
- Мало на партком школы ещё в райком партии поедете объясняться.
С самодовольной улыбкой на лице сказал председатель и блаженно откинулся в своём новом кресле.
- Вам хорошо рассуждать Владимир Дмитриевич, а мне чего делать...
Затравленно сказал директор школы с унылым выражением лица.
- Послушай Иван Алексеевич у тебя же сын Алёшка, по-моему, ему лет десять, а? Он же у нас местной школе учится так ведь.
И пристально поглядев на своего секретаря парторганизации, сказал председатель. Иван Алексеевич, сразу поняв намёк председателя ответил:
- Ну какой он у меня сын колхозника. Я же всё-таки как бы сельская интеллигенция. Нашему брату бесплатные путёвки и самим не положены, и нашим детям тоже. Ты же Владимир Дмитриевич сам знаешь.
- Да знаю я и про тебя, и про себя, а что делать то, а может быть...
Иван Алексеевич принципиально заявил в слух:
- Нашей семье по всем канонам льготы с бесплатной поездкой детей отдыхать не положены, это колхозникам только положено.
Председатель, хитро прищурившись спросил его:
- Иван Алексеевич ну тебя же трудовая книжка колхозника.
- Да колхозника, но...
- Всё никаких, но.
Решительно произнес председатель, а сам подумал у меня дочка Лерка в шестом классе и, если, что придется опять её посылать, а там моя Глафира меня убьёт. И так прошлый раз в районный пионерлагерь еле, еле на одну смену уговорил и плясал под их дудку всё лето – отвези к доченьке, купи это, купи то...
- Можно подумать у тебя она простая. У тебя же тоже трудовая книжка колхозника. Но тебя же никто колхозником не считает из районной власти.
Не сдавался партийный лидер колхоза и улыбаясь отвечая своему председателю. Тот покрутил головой и продолжил:
- Алексич, это правда мы с тобой по документам колхозники, а на самом деле - районная номенклатура. Нас считают чуть ли небожителями и главное, что самое обидное специалист значит – интеллигент, а трудовая книжка колхозника.
Директор школы уже спокойно смотрел на препирательство председателя и его парт секретаря, и всё больше, и больше мрачнел. Он понимал, что найти ему кандидата для поездки в пионерлагерь Орлёнок из семьи колхозников в этом году наверняка не удастся, и дела его действительно будут печальны, когда его вызовут в райком партии на «беседу».
- Ну Алексеевич соглашайся. Чем чёрт не шутит, когда Бог спит. Пусть твой мальчишка поедет он тебя шустрый и не из трусливого десятка, а?
Обречённо глядя на него с мольбой в голосе, сказал директор школы смотря на него.
- Вы чего мужики если в районе узнают у меня же с работы выгонят и парт билета лишат. Нет, я на это дело не пойду.
Председатель лукавого посмотрел на Алексеевича и с елеем в голосе произнёс, памятуя прошлогодние каникулы, чтобы им пусто было:
- Иван Алексеевич выручай друг, делать больше нечего и послать нам кроме твоего Алёшки в этот проклятущий лагерь - некого.
- Чтоб Вы пропали мужики, подведёте меня под монастырь с эти лагерем.
С тяжёлым сердцем ответил секретарь парт организации и нерешительно добавил:
- Ладно сегодня с женой и сыном переговорю, а завтра утром будет ответ...
Придя после девяти вечера, он, вернувшись домой и увидев сидевшую за кухонным столом жену сказал:
- Ань тут такое дело требуется ребёнок для поездки в детские пионерский лагерь Орлёнок на Кавказ. Наши колхозники, все наотрез отказались. В прошлом годе помнишь сын Вальки Комарихи в колхозном пруду утоп и теперь все бояться. Мы тут с председателем и директором школы посоветовались и решили отправить нашего Алёшку туда на 28 дней. Ты как возражать не будешь и посмотрев по сторонам добавил:
- А где Алексей.
Анна, посмотрев внимательно на мужа и ответила:
- Вань да он ещё с улицы не вернулся. Там ты видишь ещё солнце не закатилось, ну может через полчаса ну максимум через час прибежит.
И продолжила:
- А, что это за лагерь такой пионерский, да ещё на Кавказе Артек, я знаю, а, что это за Орлёнок такой.
- Да я и сам пока не очень в курсе. Директор школы пришёл и стал жаловаться на то, что никто из наших колхозников не хочет своих детей туда отпускать в одиночку. Он за нашими колхозниками бегал, бегал. Крутился крутился, а они все ни в какую. Ты же знаешь наших, если упрутся ничем не сдвинешь.
- Да знаю наших, у нас в селе народ своеобразный.
Махнула рукой жена. Входная дверь в дом распахнулась и на пороге показался их сын Алексей. Он стоял с разорванной рубашкой и разбитой губой.
Мать вплеснула руками от одного вида на сына. Батя сурово посмотрел на Алексеев сказал:
- А ну-ка иди сюда. Опять подрался.
Алексей, отведя взгляд от взгляда отца виновато сказал:
- Да.
- С кем-то на этот раз подрался.
- С сыном главного экономиста.
- Что ты всё с Лёнькой дерёшься, что Вы там делите два балбеса.
Недовольна произнес отец. Алексей упорно молчал. Отец строго переспросил, смотря на него.
- Я ещё раз спрашиваю, чего делите.
- Ничего не делим, просто так подрались.
- Завтра на тебя жаловаться опять прибежит наш главный экономист вот скапка проклятая
И осёкшись Иван Алексеевич посмотрел на сына. Вздохнув, он продолжил:
- Иди умойся - разбойник.
Алёшка с радостью понимая, что разборки закончились побежал в ванную комнату, где стоял дровяной титан и открыв кран с тёплой водой и умылся. Мама снимала попутно с него рубашку, залитую его кровью, и охала.
- Алёш ну не дрался бы ты с Лёнькой больше, а? Ну сколько можно.
- Не буду больше.
С легкостью обещал сын, зная, что дня через два опять с Лёхой подерется. Они просто не переваривали друг, друга как говориться – органически.
- Тут отец пришёл и сказал, что хочет тебя лагерь на Чёрное море отправить ты как.
Произнесла обыденно мама. Алёшка развернулся и в глазах его светилась неподдельная любопытство и радость.
- Мам правда папа хочет меня отправить на Чёрное море.
- Да Алёша сегодня они с директором школы и из председателем колхоза разговаривали и сказали, что кроме твоей кандидатуры на поездку пионерский лагерь Орлёнок у них больше никого нет.
Со следующего понедельника мама и Алексей поехали в областной центр для прохождения медицинской комиссии они бегали из одного кабинета районной поликлиники другой и к концу недели им удалось собрать все необходимые медицинские документы. Их они предоставили директору школы, а тот уже передал их необходимые инстанции. Неделю они ждали решения и получили путевку. Ещё через две неделю мама с папой уже провожали Алексея с их железнодорожного вокзала на поезде Москва-Сухуми в пионерский лагерь Орлёнок, который находился рядом с городом Туапсе.
Руководителем их Курской делегации для поездки детей на море оказалась женщина средних лет блондинка, симпатичная, весёлая учительница одной из Курских школ. Она приняла Алексея как говориться по "описи" и указала ему место в вагоне. Алёшка положил в нижний сундук своей нехитрый скарб и вышел на перрон попрощаться с родителями. Народу было много практически весь вагон состоял из детей, которые ехали целой делегацией от Курской области в пионерский лагерь Орлёнок отдыхать на море. Алексей поцеловал родителей электровоз дал гудок. Поезд лязгнул буферами и тронулся, так они покатили к самому краю земли, где плескалась ласковые, тёплое - Чёрное море. Прибыв пункт назначения город Туапсе они вышли из вагонов там их встречала целая делегация, состоящая из взрослых людей в красных пилотках и с пионерскими галстуками на белых блузках. Там были мужчины и женщины они бегали по перрону и собирали всех прибывших для отдыха в пионерском лагере Орлёнок детей, и их сопровождающих взрослых. О чём свидетельствовал плакат, который держал один из мужчин стоя на перроне. Руководителям делегаций сообщали номера автобусов, в которые они погрузили своих детей и поехали к пионерскому лагерю Орлёнок.
Там из вновь прибывших встретили ласково. Их разбили по возрастам, указали кто и в какую дружина будет распределён на время 28-дневного отдыха. Алексей чисто случайно попал в дружину Комсомольскую в семнадцатый отряд.
Их повели в баню затем переодели форму, а свои вещи они собрали и сдали на хранение на склад. Алексей с наслаждением поглаживал синие шорты и белую блузку. Красную пилотку и пионерский галстук, который он получил в виде одежды на период летнего отдыха. Он взял с собой зубную щётку, мыло, расчёску и они, собравшись гурьбой рядом со своим новым пионервожатым которая представилась Валентиной и ласково разговаривала с ребятами. Она, рассказывая, где они будут проживать и как будет размещаться, привела их так называемой бочке. Бочка представляла из себя ангар, покрытый сверху виде огромного полу бочонка, покрытого сверху изогнутым шифером.
В ней размещалось до 15 человек и сказала:
- Мальчики вы сюда, а девочки напротив. Проживание будет раздельным для мальчиков и девочек.
Разместившись и перезнакомившись ребят спустя время, повели на ужин. А на следующий день после десяти часов их впервые вывели на пляж купаться в море. Пацаны, увидев море уже не слушали своего вожатую Валентину и сбросив одежду, но по её команде устремились навстречу волнам. Вбежав в море Алексей, был безжалостно сбит с ног набежавшей волной и катясь по песчаной отмели подгоняемый волной всем телом ощутил, как безжалостно море может поступить с безалаберным купальщиком, но сил выбраться на берег ему всё же хватило. Из его рта и носа вытекала солёно-горькая вода, а глаза слезились. Одумавшись, он поднялся на ноги и на мгновенье задумавшись, придя в себя, услышал совет от рядом стоящего мальчишки:
- Ты не жди волны, а подныривай под неё.
Он бросился в море и последовал совету пацана. Всё получилось и море приняло его. Дальше у них была искренняя дружба. Так бывает у мужчин они в начале подерутся, а потом становятся либо друзьями, либо врагами...