Депутат Буасси д'Англа кланяется отрезанной голове
Все правые морщатся от использования аналогий в истории революций, и уже не первый день, а лет сто, если не больше. Отвечая им, Л.Д. Троцкий писал: «Не прибегать к аналогиям с революциями прошлых веков значило бы попросту отказываться от исторического опыта человечества. Сегодняшний день всегда отличается от вчерашнего. Между тем, учиться у вчерашнего дня нельзя иначе, как по методу аналогий».
2 июня — годовщина событий в Новочеркасске 1962 года. Автор этих строк не раз писал, что большевики — аналог якобинцев во Французской революции (да и сам Ленин называл себя и своих товарищей «пролетарскими якобинцами»). Меньшевиков он называл «жирондистами», белогвардейцы — очевидный аналог Вандеи. Да они и сами себя с ней сравнивали, и не только в стихах Марины Цветаевой:
Старого мира — последний сон:
Молодость — Доблесть — Вандея — Дон.
Но и, например, в статьях Николая Устрялова: «Все мы «глядели в Наполеоны», но за Наполеона принимали Вандеи».
О том, когда в русской революции произошёл термидор, идут споры, по мне, так окончательная его победа произошла на ХХ съезде КПСС в 1956 году. Ну, а что же такое тогда Новочеркасские события?
И тут ответ, по-моему, совершенно очевиден... Это одно из антитермидорианских восстаний, которые были и в ходе Французской революции. Самые известные — Жерминаль и Прериаль.
Немного отвлекусь: когда я был школьником младших классов, то на домашних книжных полках мне часто попадалась книжка академика Евгения Тарле, которая так и называлась — «Жерминаль и Прериаль». По-моему, у нас дома было даже два или три экземпляра этой книжки, так она понравилась в 1950-е годы, когда вышла, моим родственникам. Почему-то в детстве я вообразил, что это что-то сугубо ботаническое, скучное, о травах, и несколько лет даже не раскрывал её. Но потом всё же раскрыл — и не пожалел. Для исторической книжки она была, по-моему, очень увлекательной. Академик Тарле рассказывал про два народных восстания в термидорианской Франции.
Самый драматичный момент второго из этих восстаний, прериальского, в мае 1795 года, заключался в том, что разъярённый народ ворвался в зал заседаний термидорианского Конвента, убил одного из депутатов и оторвал ему голову. Фамилия депутата была Феро, собственно, кроме своей гибели, он ничем в истории особо не отметился. Есть версия, что его погубило созвучие его имени с фамилией гораздо более известного депутата Фрерона, организатора банд «золотой молодёжи», мюскаденов, французских «стиляг». Фрерона простонародье люто ненавидело — ещё бы, парижские «стиляги» мюскадены, вооружённые суковатыми палками, налитыми свинцом, толпами бродили по улицам и немилосердно избивали встреченных ими «жлобов» санкюлотов, а то и убивали их.
Мюскадены. Вот эти расфуфыренные, как попугаи, молодые люди, прозванные ещё инкруаяблями («невероятными»), бродили по парижским улицам в эпоху термидора, и своими палками лупили или убивали встреченных санкюлотов. В России им подражал Евгений Онегин, но он, по счастью, никого не убил, кроме Ленского :)
Инкруаяблям прилетела ответочка
Депутату крикнул кто-то:
— Феро, назад!
— Фрерон! — яростно взревела толпа — и злосчастный депутат вмиг лишился головы.
После этого голову его насадили на пику и поднесли к лицу председательствующего, которым был другой депутат, Буасси д'Англа. И он смиренно ей поклонился, поставив историков в неразрешимый тупик: кому он кланялся — убийцам, проявляя трусость, или убитому, проявляя смелость? Но, как бы то ни было, в историю его поклон вошёл как героический жест... Есть около десятка картин разных французских художников, которые на все лады прославляли и воспевали героизм этого поклона Буасси д'Англа.
Но вернёмся к нашему Новочеркасскому восстанию 1962 года. Восставшие тоже были отнюдь не ангелами (а посмотрите на изображённых художником прериальцев: сильно похожи они на ангелочков?). И тоже устроили восстание против термидорианцев. И даже лозунги у них были похожи, у прериальцев: «Хлеба и Конституцию 1793 года!». У новочеркассцев: «Мясо, масло, повышение зарплаты!» и «Хрущёва на мясо!».
Один из плакатов протестующих 1962 года, сохранившийся в музее до наших дней. Нарисовал его, как и другой, «Нам нужны квартиры!», заводской художник-оформитель и слесарь Вячеслав Коротеев. По решению Верховного суда РСФСР от 20.08.1962 он получил 12 лет заключения
Репродукцию с этого портрета В.И. Ленина работы Владимира Серова (1910—1968), судя по фотографиям, несли участники протестного шествия в Новочеркасске
Прериальское восстание происходило в столице Франции, Париже, и вызвало поддержку некоторых депутатов Конвента, оставшихся от былой якобинской Горы. Этих депутатов называли не Горой, а Вершиной, такой термин использовал и Тарле. Когда Конвент был захвачен толпой и казалось, что восстание победило, они поднимались на трибуну и предлагали меры в духе требований восставших. И они жестоко за это поплатились: как только восстание было подавлено верными правительству войсками, их арестовали и вскоре гильотинировали. К ним относится знаменитый эпизод с «последними якобинцами»: перед казнью они попытались по очереди заколоть себя, передавая друг другу кинжал. Среди них был изобретатель республиканского календаря Ромм.
Шарль Роно. Последние монтаньяры. 1882. Изображены депутаты Ромм, Субрани, Гужон, Дюкенуа, Дюруа и Бурбот
Новочеркасское восстание происходило далеко от столицы. Тем не менее туда срочно прилетели и находились в Новочеркасске, неизвестно для восставших, члены Политбюро (Президиума) ЦК Козлов, Микоян, Кириленко, Ильичёв, Полянский, секретарь ЦК Шелепин. Очевидно, в Политбюро сочли, что события имеют общегосударственное значение (и были правы). Тех, кто мог представлять интересы восставших (как прериальцев — депутаты Вершины), среди них не было. Такими могли в какой-то степени быть участники антихрущёвской оппозиции, «антипартийной группы» 1957 года — в сохранившейся от восстания листовке о них говорится скорее одобрительно, в отличие от Хрущёва. Но их Никита Сергеевич, опираясь на своих сторонников, вывел в 1957 году из ЦК, а в 1961-м, после сокрушающей критики на XXII съезде, и из партии. К тому же они были далеко: например, лидер группы Вячеслав Молотов был постоянным представителем СССР в МАГАТЭ в Вене (Австрия). В общем, в «верхах» у новочеркассцев, в отличие от прериальцев, не было никого.
Вести с новочеркассцами переговоры было трудно, а почти и невозможно. Руководителей области, которые пытались обращаться к ним с балкона бывшего Атаманского дворца, они встречали градом камней. На законы они плевали с пребольшой горы (а то некоторые, воображающие себя «левыми», скрупулёзно пересчитывают законы, нарушенные новочеркассцами, и делают вывод, что поэтому и расстрел их был абсолютно правомерен. Но история пишется не законниками и не по закону). Люди в числе восставших были, мягко говоря, разные, примешивался и всякий уголовный, а значит, реакционный элемент... Очевидец событий Борис Казимиров вспоминал: «Я тоже был их участником. Вышел со всеми на площадь. Правильно народ возмущался. А потом увидел, как появились милиционеры — без оружия. И вдруг крик из толпы: „Бей ментов!“. Камни стали выворачивать. И озверелая масса побежала убивать милиционеров. Вот тогда я бы сам стрелял по толпе».
Но ведь и среди прериальцев попадались подобные, то есть роялисты и контрреволюционеры.
Просто в СССР всегда было принято сочувствовать прериальцам, хотя в чём, собственно, перед ними провинился именно злосчастный депутат Феро? Он был виноват ничуть не больше, а может быть, и меньше, чем любой другой депутат термидорианского Конвента.
Вот интересно, сильно бы увеличились чьи-то симпатии к восставшим, если бы они дознались о присутствии членов Политбюро, оторвали голову, к примеру, Шелепину и потыкали ею в лицо Микояну, а тот бы смиренно поклонился? :)
Пора бы уже кое-кому понять, что история пишется не кисейными барышнями из Смольного института и не для таких барышень. «Исторический путь — не тротуар Невского проспекта; он идёт целиком через поля, то пыльные, то грязные, то через болота, то через дебри». В истории действуют очень могущественные силы, легко стирающие в порошок не одного человека, а целые массы. И только такие силы способны, иногда уравновешивая друг друга, поддерживать то состояние, которое мы в простоте душевной считаем «мирным», «спокойным» и единственно «правильным». Вот этого не стоит забывать, оценивая любые народные движения и восстания...