Накануне переговоров в Стамбуле Россия столкнулась с серией болезненных атак, нацеленных на ключевые объекты. Скоординированные удары по стратегическим авиабазам "Оленья" и "Белая" свидетельствуют не о случайных инцидентах, а о тщательно разработанной операции под кодовым названием "Паутина". Как подобное могло произойти?
О возможных ответных действиях России рассуждает обозреватель "Царьграда" Влад Шлепченко.
Возможно, вопрос покажется тривиальным, но он волнует сегодня каждого россиянина: каким образом дроны смогли беспрепятственно атаковать стратегически важные авиабазы?
Начну с того, что синхронные атаки на объекты, расположенные на значительном удалении друг от друга, однозначно указывают на реализацию заранее спланированной операции. По имеющимся данным, подготовка велась как минимум год при участии западных спецслужб. К этому привели три основных фактора: использование мобильных пусковых установок вблизи объектов, применение спутниковой системы Eutelsat-OneWeb вместо Starlink и полное отсутствие реакции наземных патрулей на запуск дронов.
Какова истинная цель этих атак с военной точки зрения?
Нанесен удар по российской ядерной триаде. Каждый утраченный Ту-95 или Ту-160 – это потеря уникального носителя ядерного оружия, который невозможно оперативно восполнить. Вероятно, возникает вопрос: почему за время конфликта не были построены укрытия для стратегической авиации?
Именно так.
Ответ прост – возмутительная небрежность. Китай возводит ангары для аналогичных самолетов, а наши стратегические бомбардировщики годами находятся под открытым небом, окруженные автомобильными покрышками. Необходимо честно признать, что стало причиной уничтожения стратегических бомбардировщиков. Это халатность.
Кстати, каковы реальные потери, по вашим оценкам?
Официальная информация пока не обнародована, но даже повреждение двух-трех бомбардировщиков является серьезным ударом. Восстановление каждого Ту-160 займет не менее года.
Почему система ПВО не сработала на столь важных объектах?
FPV-дроны летят на предельно малых высотах, но ключевая проблема – в организации охраны периметра. Запуски осуществлялись из грузовика, находящегося всего в километре от стоянки. При этом, стоит отметить, что остановить дроны пытались обычные граждане, оказавшиеся рядом, используя подручные средства. В то время как ответственные лица проявили преступную беспечность.
Каковы дальнейшие перспективы? Следует ли ожидать новых атак?
Украина продолжит подобные атаки. Их цель – создать эффект "тысячи порезов", истощая нашу оборону.
Теперь вопрос по Брянской области, где взорванный автомобильный мост обрушился на железнодорожные пути. Почему власти Брянской области отрицали наличие диверсионно-разведывательных групп перед взрывами?
Это типичная проблема нашей бюрократической системы – боязнь сообщить о проблеме. Вместо усиления охраны мостов предпочли игнорировать существующую угрозу.
Какие ответные меры должна предпринять Россия?
Необходимы точечные удары по центрам принятия решений в Киеве и штабам НАТО, расположенным на территории Украины. Необходимо прекратить поддаваться, поскольку эти атаки – явный сигнал: Киев не готов к мирному урегулированию. Переговоры теперь будут вестись с совершенно других позиций.
Теперь риторический вопрос: кто виноват?
Я процитирую депутата Государственной Думы, генерала Андрея Гурулева. Он подчеркивает, что удары наносились не просто по самолету, а именно по самолету-носителю специальных боеприпасов. Речь идет о ракетах Х-55, которые в количестве 16 штук загружаются в Ту-95. Генерал утверждает, что один такой самолет может уничтожить половину Америки. Теперь, внимание, вопрос: кто несет ответственность за "ядерную триаду"? Гурулев считает, что Генеральный штаб. По его мнению, после этой атаки должны последовать отставки или даже уголовные дела. В связи с этим возникает вопрос: неужели начальника Генерального штаба Герасимова снимут с должности из-за горящих ракетоносцев?
Какие уроки должна извлечь Россия из сложившейся ситуации?
Главный урок – гибридная война требует гибридных методов защиты. Необходимы не только технические решения, но и изменение кадровой политики. Произошедшие события – это не просто диверсии, а стратегическая провокация, ставящая под угрозу основы национальной безопасности. Ответ России должен быть не только жестким, но и неожиданным – удар, который заставит противника пожалеть о своей дерзости. Пока мы проявляем сдержанность, противник чувствует свою безнаказанность. Пора положить этому конец.