– Да вы заходите, заходите, Ирина Павловна, не стесняйтесь! И ты тоже заходи! - высокая полная женщина, уже за шестьдесят с виду, присела перед маленьким мальчишкой лет трёх. Малыш жался к матери, цеплялся за подол ее платья, губки его дрожали, в испуганных глазах стояли слезы.
– М-м-миииша.
– Ах, Миша, Михаил, значит! А я - Валентина Федоровна, но можно звать меня тетей Валей. Пойдем-ка, Мишутка, я тебе кое-что дам!
Она поманила его за собой вглубь кабинета, сама быстро подошла к стоявшему в углу старому шкафу, достала маленькую плитку шоколада и пряник.
– Да ну что вы, Валентина Федоровна, не нужно ничего, - робко, едва слышно произнесла совсем молоденькая ещё мать мальчика, - Миша не голодный, я его покормила на станции, у нас были с собой бутерброды... Право, неудобно очень!
– Это как это - не нужно? Ребенка угостить? Пусть ест, шоколад поднимает настроение! А неудобно, Ирочка, можно, я вас так буду называть, уж простите мне эту вольность, так вот, неудобно на потолке спать, говорят! - она вновь повернулась к мальчику, застывшему в дверях, - На-ка, вот, держи, подкрепись пока, а вот ещё тебе книжка про петушка. Там картинок много, будешь смотреть?
Малыш вопросительно поднял глаза на мать, та с растерянной улыбкой кивнула, и тогда он осторожно подошёл, взял из рук этой странной, шумной и большой женщины гостинцы.
– С-с-спа-а-асибо.
– Да не за что, мой золотой! Ты иди пока вот сюда, садись на стульчик, вооот так. Сиди, трапезничай, книжку смотри, а мы с мамой твоей пока побеседуем.
Она усадила малыша на стул, а сама села за свой рабочий стол, указав Ирине располагаться напротив.
– Вот, Валентина Федоровна, вроде, ничего не забыла, - молодая женщина дрожащими от волнения руками начала доставать из сумки аккуратно разложенные по файлам документы, - Все, что вы мне продиктовали, все по списку собрала, а для удобства, вот, по категориям разложила...
– Да вы успокойтесь, Ирочка, не нужно так суетиться, - Валентина Федоровна ободряюще улыбнулась, - У нас здесь, знаете ли, не так, как в городе. Деревня - она ведь спешки не любит. Мы спокойно здесь живём, тихо, размеренно. Не переживайте, все успеем, сейчас я вас чаем угощу, вы немного про себя мне расскажете, а я вам - про нашу школу. Потом экскурсию вам проведу, кабинет ваш покажу. А документы, Ирочка, никуда не денутся, подождут.
Она поднялась и подошла к новенькому электрическому чайнику, стоявшему на подоконнике, налила воду, нажала на кнопку, зашуршала чем-то, зазвенела посудой.
Ирина смотрела на эту удивительную женщину с добрыми серыми глазами, в которых плясали смешинки, с ямочками на щеках, со старомодной гулькой на затылке - и изумление ее с каждой минутой становилось все больше. Не так она представляла себе директора школы, в которую решилась приехать работать. Всегда считала, что директором должен быть кто-то строгий, волевой, такой человек, который смог бы удержать в ежовых рукавицах и коллектив, и учеников. А тут... Ну просто добрая фея из сказки. А может быть, она просто притворяется, чтобы сразу не спугнуть приезжую учительницу, чтобы удержать? В школе ведь острая нехватка педагогического состава, никто не едет в эту глушь, несмотря на то даже, что жилье служебное дают и подъемные предлагают хорошие. Вот только такие, как она сама, у которых безвыходная ситуация, разве что, польстятся на вакансию, а так...
Молодежь сейчас и в городскую-то школу калачом не заманишь. Работа - не сахар, дети разные бывают, да и родители тоже всякие встречаются. А зарплата не сказать, чтобы прям отличная, и в другом месте , более спокойном, где нет такой ответственности, таких нагрузок, можно столько же заработать. Вот и выбирают молодые выпускники педагогического себе местечко по душе, ведь каждый ищет прежде всего, где ему лучше будет. А в школах одни пенсионеры остаются, в городах-то ещё не так, полегче, а вот в селах, особенно таких вот отдаленных, как Поречье это, совсем ситуация аховая...
– Вот, Ирочка, угощайтесь! - Валентина Федоровна поставила перед ней чашку с чаем, - Наш чаек, сибирский! Сама травки сушила, ох, и ароматный сбор получился! А пользы в нем сколько! Да вы не бойтесь, попробуйте, уверена, вы в Волгограде такого отродясь ещё не пили.
Чай, и впрямь, оказался очень вкусным, ароматным, в в сочетании с малиновым вареньем и золотистым медом, так и вовсе был выше всяких похвал. Вскоре Ирина сама не заметила, как расслабилась, напряжение, не отпускавшее ее на протяжении последних нескольких месяцев, незаметно ушло, растворилось, будто и не было его.
– Коллектив у нас, хоть и возрастной, но очень дружный, хороший, - между тем рассказывала Валентина Федоровна, - Примут вас с распростёртыми объятиями, мы ведь уже два года учителя русского языка и литературы ищем.
– А как же обходились? Ведь часов много? - удивилась Ирина.
– А у нас, Ирочка, здесь каждый на все руки мастер, по два предмета ведут педагоги, а то и по три, когда прижмёт, деваться-то некуда. Вот, переподготовку прошли и вперёд. Мария Антоновна свой четвертый выпустила, первоклашек взяла, а у выпускников своих русский язык вела. Тамара Ивановна преподает историю, обществознание, английский и искусство. Катерина Михайловна - химию, биологию, физику, географию. Так и выживаем, а не то давно бы уже прикрыли нас. А этого, Ирочка, допустить никак нельзя, не будет школы - у м р е т село, угаснет. Сколько у нас таких деревенек вокруг - и не сосчитать! Раньше жизнь кипела, а теперь одни старики остались, да и тех по пальцам можно перечесть.
Она замолчала, тяжело вздохнула. Было видно, что ей сложно обсуждать эту тему, что болит душа за родное село.
– Я ведь родилась и выросла здесь, - после небольшой паузы продолжила Валентина Федоровна, - Всю жизнь прожила, уезжала только учиться, а после университета сразу обратно вернулась, сорок лет почти на одном месте, в трудовой книжке одна единственная запись! Раньше-то, Ирочка, когда ещё я училась, у нас в классе двадцать три человека было, да и в других не меньше. А теперь во всей школе тридцать шесть учеников, и с каждым годом все меньше. Вот, в мае выпустились пятеро, а первого сентября придут к нам только трое. Но ничего, зато уютно у нас здесь, тепло, по-домашнему, мы все здесь, как одна большая семья: и ребята, и учителя, и родители. Да что я говорю, скоро сама всё увидишь!
– М-м-мама, пойдем! - жалобно позвал Ирину сынишка, которому наскучило уже сидеть в душном кабинете.
– Сейчас, Мишутка, сейчас! - вместо нее ответила Валентина Федоровна, - Пойдёмте, и правда, засиделись. Покажу вам школу, где что находится, ваш кабинет посмотрим, а потом я вас провожу до дома. У вас ведь, я видела, сумки, чемодан, помогу заодно.
Школа оказалась довольно большой, светлой, в два этажа. Раньше, по словам Валентины Федоровны, на этом месте стояло старое деревянное здание с печным отоплением. Но однажды зимой случился пожар, и старая школа сгорела до тла. К счастью, никто тогда не пострадал, детей успели ввести, да и учителя выбежали, но учиться ребятам было негде, и тогда председатель (тогда ещё колхоз у них существовал) выбил в районе средства, да односельчане все тоже скинулись, кто сколько мог, закупили стройматериалы и своими силами приступили к строительству. Работали без выходных, после основной работы шли сюда все, и мужчины, и женщины, и дети. Дружно взялись, и за лето отстроили вот эту вот кирпичную школу, которая стоит здесь и по сей день.
– Старое, конечно, уже здание, нам бы ремонт капитальный, да только кто ж денег на него даст? - вздыхала Валентина Федоровна, - Сейчас времена другие, невыгодно это никому, нерентабельно. Я поднимала этот вопрос недавно, так мне в отделе образования прямо сказали, что нас дешевле закрыть, чем ремонтировать, вот так.
Между тем они уже подходили к дому, который выделили Ирине с сыном в качестве служебного жилья.
Дом был небольшой, одноэтажный, сложенный из блоков. Делился он на две равные половины, у каждой был свой отдельный вход, забор, калитка, участок земли под огород. Ирина видела такие строения и раньше, у них в области, в поселках и деревнях, тоже много было подобного рода типовых домиков, их раньше строили для лучших работников, для молодых семей, обеспечивали селян жильем.
– Вы с Мишей в этой части будете проживать, а в соседях у вас - Мария Федотовна, женщина уже пожилая, почти восемьдесят ей, но бодрая и шустрая старушка, а веселая какая! Думаю, вы с ней общий язык найдете. Вода у вас в дом подведена, правда, только холодная, бойлера нет, но со временем можно установить будет, как обживетесь. А пока пользуйтесь баней Марии Федотовны, я с ней договорилась, она согласна. Отопление в доме печное, придется топить, но в сарае дров достаточно, должно на зиму хватить. А если не хватит, не переживайте: решим вопрос. Ну, заходите, что вы? Добро пожаловать в наше Поречье!
Домик внутри оказался хоть и небольшим, но очень милым и уютным. Видно было, что в отсутствие квартирантов его не запустили, поддерживали порядок, протапливали, следили за служебным жильем. В распоряжении Ирины оказалось две комнаты, одна побольше, вторая - поменьше, кухонька и санузел. Канализация, как оказалось, в доме тоже имелась, а то уж Ирина очень переживала, что придется ходить на улицу.
Имелась здесь и кое-какая мебель, хоть и старая уже, но крепкая и довольно приличная: в кухне несколько шкафчиков, стол, три табурета, мойка, в маленькой комнате шкаф, кровать и стол со стулом, в большой - диван, кресло и громоздкая стенка со множеством отделений. Даже занавески на окнах висели, так что вполне можно было жить, Ирина, если честно, думала, что все будет гораздо хуже.
– Холодильника, правда, нет у нас, но плита, хоть и древняя, но исправная, недавно газовики проверяли, - рассказывала Валентина Федоровна, - Телевизор тоже отсутствует, как и стиральная машина.
– Ничего, мне же подъемные скоро должны выдать, куплю и машинку, и холодильничек маленький с телевизором, - улыбнулась Ирина, - Мне нравится, я всем довольна, спасибо огромное вам за заботу и участие.
– Ну раз так, тогда я пойду, не буду мешать. Обживайтесь, а завтра с утра, к восьми, приходите к школе. Поедем с вами в райцентр, медосмотр вам с Мишей пройти надо, да и технику приглядим. Если что понравится, я оплачу, а вы потом см подъемных мне вернёте.
Она попрощалась и ушла, оставив Ирину с сыном в одиночестве.
– М-м-мама, а мы т-т-теперь т-тут будем с т-т-тобой жить? - радостно спросил малыш.
Он уже успел оббежать весь дом, заглянул во все углы, и видно было, что дом ему пришелся по душе.
– Да, если все будет хорошо, то теперь будем жить здесь, - Ирина опустилась на диван, посадила Мишутку к себе на колени, - Ты в садик пойдешь, я буду работать. Нравится тебе здесь?
– Ага! - довольно кивнул мальчик, - А м-мне м-можно везде х-х-ходить?
– Конечно, милый! Видишь, вот эта комната будет твоя, ты здесь будешь жить.
– Ух ты! И м-м-можно все б-б-брать? И т-т-трогать? И н-н-никто не будет к-к-кричать и р-р-ругаться?
– Нет, сынок, больше никто не посмеет кричать на тебя,- поцеловав его в макушку, прошептала Ирина, - Я для этого все сделаю.
Счастливый мальчишка слез с ее коленей и побежал осматривать свою комнату, поминутно ахая и восхищаясь.
А Ирина встала и подошла к окну. В глазах ее стояли слезы, но она сжала кулаки, не позволяя солёным каплям сорваться с ресниц. Больше она не будет плакать, все, хватит! Отныне ее жизнь полностью изменится, станет другой, счастливой. Не будет в ней больше места ни оскорблениям, ни унижениям, ни крикам и скандалам. Только нужно освоиться, привыкнуть, и тогда все наладится, они с Мишуткой заживут хорошо и спокойно, малыш перестанет заикаться, вздрагивать, кричать по ночам.
Все останется позади, как страшный сон, только нужно немного потерпеть, нужно быть сильной ради сына, ради его будущего.
ПРОДОЛЖЕНИЕ
Друзья, если вам понравился рассказ, подписывайтесь на мой канал, не забывайте ставить лайки и делитесь своим мнением в комментариях!
Копирование и любое использование материалов , опубликованных на канале, без согласования с автором строго запрещено. Все статьи защищены авторским правом