Пришло время рассказать, как мне жилось с отцом алкоголиком. Многие подписчики спрашивали меня об этом и о том, были ли у меня претензии к маме.
Мама вышла замуж в 19 лет. Приехали родители из деревни в город, сначала жили на съёмной квартире, потом маме от работы дали комнату в общежитии. Мама родила меня в 35 лет, когда уже потеряла всякую надежду на материнство. Отец пил с самого начала брака. И до брака тоже. Мамины родители не были рады такому союзу. Но мама, наверно, верила, как и многие женщины, что отец обязательно бросит это пагубное дело. Он, как и многие ал.го.лики, искренне верил, что сможет бросить в любой момент, и вообще себя ал.кого.ликом не считал.
То есть мама эти 16 лет до моего рождения всё терпела и не собиралась с ним расставаться, потому что "человек он был хороший", а без неё он совсем пропадёт. Сейчас такие отношения называются созависимыми.
А когда родилась я, то и мыслей о разводе вообще не было, ведь у ребёнка по мнению общества должна быть полная семья.
Мне ещё повезло - отец не был скандалистом и дебоширом. Он тихо напивался в усмерть и валялся на своём диване или на полу, никого не трогая. Орала в основном мама и даже пыталась бить мертвецки пьяное тело. Самое неприятное начиналось, когда отец приходил в себя и его душа и тело требовали допинга, ведь ал.ког.оль включается в обмен веществ, он уже нужен не для удовольствия, а для поддержания сил организма. И вот он начинал просить у мамы денег "на 100 грамм". Мать опять орала, но заканчивалось всё тем, что она давала ему деньги на опoxмел. Чаще это случалось по утрам, я просыпалась от визга матери. Ей надо было на работу, а отец мог просто встать у двери и не пускать её, пока она не даст ему денег. Я не могла спокойно видеть этот концерт, срывалась и говорила им, как они меня достали и как я их ненавижу, особенно отца. На это отец злился и лишал меня магнитофона, купленного на его деньги. Иногда я была так морально истощена этими сценами, что даже не ходила в школу.
У отца была запойная форма ал.кого.лизма. То есть он уходил в запой недели на 2-3, потом у него были светлые промежутки. И в эти промежутки он считал себя приличным человеком, интересовался моей учёбой и даже пытался устроиться на работу (иногда у него получалось, но при первом же запое он сразу вылетал). И с мамой у них в это время была идиллия. Мне такие двойные тоже не нравились - буквально недавно мама проклинала отца, а сегодня уже милуется с ним.
Помню, я тогда каждую ночь молилась, просила Бога, чтоб отец бросил пить. И когда у него наступал светлый промежуток, казалось, что Бог услышал молитвы. Но нет, потом через пару недель всё возвращалось - пьяное тело в большой комнате (а мы тогда уже жили в 2хкомнатной квартире), мокрый от мочи диван, ор мамы, утреннее клянчание денег на опохмел.
Приводить кого-то в квартиру, пропитанную алкоголем, было очень стыдно. Поэтому я всегда тушевалась, когда ко мне заглядывал кто-нибудь из школы, колледжа или двора. Справедливости ради, школьная подруга Вера хоть и делала мне подлянки, но никогда ничего не говорила мне про отца и обстановку моей квартиры. Я её спокойно пускала, не стесняясь.
Крайне редко отец приводил собутыльников домой - запах ал.кого.ля и солёных огурцов стоял на всю лестничную площадку. Когда я училась в начальной школе, после школы я шла к маме на работу в детский сад. Чуть постарше я уже стала, не стесняясь, выгонять собутыльников из дома. К счастью, их было мало и все они были тихими. Отец уже был сильно пьян к тому моменту, что не перечил мне. Как-то тётка высказывала отцу: "Ты зачем мужиков водишь домой? Напугают они ребёнка твоего". На что он уверенно отвечал: "У меня все друзья нормальные, надёжные ". А мне противно было, когда он с гордостью представлял меня своим собутыльникам: "Это моя дочь".
А ещё я с детства знала, что ал.кого.лизм - это психическое заболевание, и человек может в любой момент словить ал.кого.льный пcиxоз - "белoчку". Поэтому я прятала ножи от отца. Мало ли что ему в голову взбредёт.
Позже, будучи взрослой, я говорила маме: "Ты ведь знала, что я прячу ножи от отца. Ты знала, что я боюсь его. Как тебе такое? Ребёнок боится отца и прячет от него ножи." Мама только понуро молчит. И вообще я больше такие темы с мамой не поднимаю. Да, есть претензии у меня к маме. Но что толку сейчас их обсасывать? Что толку топтаться в прошлом? Если уж что-то менять, это надо было делать до моего рождения, когда они ещё жили в общежитии. А потом, когда родилась я и они получили квартиру, о разводе и речи не было, разводиться было некуда, разменять 2хкомнатную хорошую квартиру (а квартира, полученная мамой на закате СССР за 23 года работы на одном предприятии, и правда была хорошей - раздельные комнаты в разных концах длинного коридора, большая кухня) в 90е было нереально.
И ещё про двойные стандарты в моём воспитании. Помню себя совсем маленькой, лет 5 мне было. Мы в деревне с мамой, бабушкой и тётей пришли на вокзал на электричку, чтоб ехать в город домой. Отец тоже был в деревне, но не у бабушки, а пьянствовал у своих родственников. Отец пьяный сидит на лавочке на вокзале. Все, конечно же, его осуждают. Но в то же время меня подталкивают к нему: "Иди подойди к папе, он же твой папа всё таки". Я подошла к нему, он меня обнял, и тут бабушка меня отводит от него. Какие могут быть мысли и чувства у 5летнего ребёнка - вроде папа и надо подойти, но он же пьяный, а это плохо.
Я помню тот день. 30 сентября 2000 года, суббота. В колледже мы как всегда смеялись, и у меня было хорошее настроение. Хотя не очень, ведь оно было омрачено длительной пьянкой отца, который в последнее время пил уже без светлых промежутков. Он не ночевал дома и уже несколько дней жил у своего собутыльника. И вот я прихожу домой, мама ревёт и сообщает мне, что отец умер. Больше всего мне было жалко, конечно, маму. Вечером того дня я ревела. Мама уехала в деревню заниматься организацией похорон, я осталась дома одна и дала волю эмоциям. Похороны нам помогли организовать его друзья. У отца были и нормальные непьющиеи друзья, он был общительным добрым человеком, его многие уважали. Значит, действительно, "человек он был хороший".
На похоронах я не проронила ни слезинки. Хотя на душе было горько. Лена с Полей со мной шутили, я отвечала им тем же, это, наверно, тётя дала им наказ меня подбадривать.
Потом я, конечно, ревела втихаря, без свидетелей, вспоминая, как видела его последний раз живым. Он стоял в верхней одежде в дверях, перебирал ключи. Спросил у меня: "Это твои ключи с медвежонком?" Простая фраза ни о чём. Но почему-то она в моменты моей грусти всегда у меня вызывает слёзы.
Мама очень долго ревела каждый вечер. Потихоньку наша жизнь стала налаживаться. Сделали ремонт в большой комнате, поменяли диван. И, самое главное, я отметила - наступило облегчение.
Благодарю за прочтение. Продолжение дневника будет завтра.