Найти в Дзене

Русский мир и Европа

Ненависть англосаксов к России порой кажется фантасмагорической. Они готовы разрушать и Британию, и США, и весь остальной мир (не только англосаксонский), лишь бы нанести «стратегическое поражение» России. В чём причина таких сильных чувств? Ответ, лежащий на поверхности: Алексей Михайлович и Пётр Алексеевич Романовы. Первый воспользовался казнью Карла I Английского как поводом, а второй довершил дело отца. Прорубая окно в Европу для России, он закрыл дверь для английских купцов/шпионов, которую они открывали ногой ещё со времён Ивана IV. Англичане окончательно лишились монопольных прав на целые отрасли российской экономики. Им пришлось перенацелиться на ограбление Китая и Индии (в чём они и преуспели). Мало того, в XIX веке Россия медленно, но неуклонно осваивала Среднюю Азию, что становилось угрозой для английского владычества в Индии и Китае. Именно тогда началось то, что получило название «Большой Игры». И всё же, у Британии с Францией войн было гораздо больше (в той же Индии, а уж

Ненависть англосаксов к России порой кажется фантасмагорической. Они готовы разрушать и Британию, и США, и весь остальной мир (не только англосаксонский), лишь бы нанести «стратегическое поражение» России. В чём причина таких сильных чувств?

Ответ, лежащий на поверхности: Алексей Михайлович и Пётр Алексеевич Романовы. Первый воспользовался казнью Карла I Английского как поводом, а второй довершил дело отца. Прорубая окно в Европу для России, он закрыл дверь для английских купцов/шпионов, которую они открывали ногой ещё со времён Ивана IV.

Англичане окончательно лишились монопольных прав на целые отрасли российской экономики. Им пришлось перенацелиться на ограбление Китая и Индии (в чём они и преуспели). Мало того, в XIX веке Россия медленно, но неуклонно осваивала Среднюю Азию, что становилось угрозой для английского владычества в Индии и Китае. Именно тогда началось то, что получило название «Большой Игры».

И всё же, у Британии с Францией войн было гораздо больше (в той же Индии, а уж в Европе – одна Столетняя чего стоит!). А вот посмотришь, как Макрон со Стармером косячок забивают – любовь, да и только! И на этом фоне – всё то же «стратегическое поражение». Возникает стойкое ощущение, что дело не только (и не столько) в политике.

Зоологическая ненависть, по-видимому, имеет зоологические причины. Какие? Об этом - в следующей статье.