Дорога от берлинского аэропорта до центра города на машине занимает порядка получаса. У участника Великой Отечественной войны Андрея Яковлевича Эшпая на этом маршруте свой отсчёт времени: в составе штурмовой бригады он несколько суток с боями продвигался к Рейхстагу, вычисляя огневые точки фашистов перед танковым наступлением советских войск.
Через 40 лет Андрей Яковлевич стоял на памятном месте, обагрённом кровью погибших товарищей. Горечь утраты решил передать в музыке. Сначала рождается одинокая мелодия для флейты. Настолько хрупкая, что аккомпанирующие скрипки долго не решаются сдвинуться с одной ноты. Затем вступают фаготы. Потом трубы, тромбоны. Следом литавры, барабаны, тарелки. Все они объединяются в зловещем марше.
Для передачи ужасов самой кровавой войны 20 века композитор не стал прибегать к какофонии. Пятую по счёту симфонию написал в традициях русской академической школы. У её яркого представителя Николая Яковлевича Мясковского учился в Московской консерватории. На первом же уроке выяснилось, что оба были в одном воинском звании, лейтенантами. По-армейски требовательный профессор часто занимался с учениками у себя дома. Проводил их в кабинет, давал задание, а сам удалялся на кухню чаёвничать
Через пару-тройку часов возвращался к подопечным с партитурой какого-нибудь классика. Раскрыв ноты, объяснял, мол, «вот так при похожих обстоятельствах написал бы великий композитор». Профессиональная планка была поднята настолько высоко, что Эшпай долго не решался приступить к написанию Первой симфонии. Она появилась в канун 15-летия Великой Победы. Сочинение состоит из двух контрастных частей: вступительного реквиема и жизнеутверждающего финала. На титульном листе партитуры автор выведет строчки Маяковского: «Надо вырвать радость у грядущих дней».