История Древнего Китая знает немало великих правителей, но фигура Первого Императора Цинь, ШиХуанди, стоит особняком. Человек, объединивший разрозненные царства в единую империю, заложивший основы централизованного государства и оставивший после себя колоссальное наследие, включая знаменитую Терракотовую армию. Его правление было временем радикальных перемен, амбициозных проектов и противоречивой памяти в веках.
Китай до объединения
Примерно в середине III века до нашей эры территория современного Китая была значительно меньше, охватывая в основном бассейны рек Хуанхэ и Янцзы. Эта земля была разделена на множество враждующих княжеств. В центре формально существовал царский домен дома Чжоу, правитель которого считался главой всего мира, но в действительности его вассалы стали гораздо сильнее и могущественнее, а сам чжоуский мир доживал последние десятилетия.
Китай к тому времени уже имел длительную историю (письменные памятники известны с XIII века до нашей эры), но никогда не был единым государством. Это было скорее регион Восточной Азии. Хотя эпоха III века до нашей эры была временем расцвета китайской философии, включая политическую (Конфуций, Лао-цзы и др.), ни один из философов не предполагал объединения под единым правителем, так как такого опыта просто не было. Эта идея казалась столь же нереалистичной, как сегодня — подчинение всего мира одной столице.
Возвышение Цинь
Среди княжеств, боровшихся за гегемонию в период, называемый в традиционной китайской хронологии Чжаньго (Сражающиеся царства), на Западе располагалось государство Цинь. Оно было основано сравнительно поздно, в IX веке до нашей эры, и лишь с IV века до нашей эры стало активно развиваться благодаря радикальным реформам. Идеологом этих реформ стал Шан Ян, предложивший модель сверхцентрализованной бюрократии и максимально эффективного использования ресурсов населения. Его идеи часто сравнивают с концепциями государственной экономики и даже с практиками трудовых армий, вроде Гулага. Благодаря этим реформам, Цинь начало постепенно расширяться на восток, присоединяя земли соседей.
Путь к трону: История Ин Чжэна
В период межгосударственных войн, около 260-х годов до нашей эры, циньский принц Ин Чжэн (будущий ШиХуанди) жил заложником в Ханьдане, столице княжества Чжао. Концепция заложников была широко распространена: государства обменивались родственниками, чтобы гарантировать соблюдение мирных договоров. Ин Чжэн был сыном наследника престола Цинь, но, будучи младшим сыном от младшей наложницы, не имел перспектив на трон. Он жил в Ханьдане в довольно стесненных условиях, опасаясь за свою жизнь.
Его судьбу изменил местный богатый купец Люй Бувэй. Люй Бувэй мечтал прорваться в высшее общество и увидел в принце возможность. Он отправился в Цинь и провел сложную интригу: убедил бездетную жену наследника престола усыновить Ин Чжэна. Таким образом, Ин Чжэн, сменив юридическую мать, стал сыном главной жены и, соответственно, наследником престола.
Вскоре после этого дед Ин Чжэна умер, и на трон взошел его отец. Люй Бувэю удалось вывезти Ин Чжэна из Ханьданя, что было очень своевременно, так как начиналась война. Принцу пришлось оставить свою семью в Ханьдане на несколько лет. Его женой была очень красивая девушка, ранее наложница самого Люй Бувэя, которую он подарил принцу. У них родился сын, также названный Чжэн. Хотя многие подозревали, что биологическим отцом ребенка был Люй Бувэй, этому нет убедительных подтверждений.
Отец Ин Чжэна правил всего три дня и умер. Некоторые считали, что это произошло не без участия Люй Бувэя. Ин Чжэн взошел на престол в 13 лет, а Люй Бувэй стал первым министром (Сянго), получив огромные средства и влияние. Однако, когда Ин Чжэн достиг совершеннолетия, он проявил себя как решительный и хваткий правитель. В 238 году до нашей эры был раскрыт скандальный заговор, связанный с Люй Бувэем и вдовствующей царицей (матерью Ин Чжэна), и Люй Бувэй был отстранен от власти.
Место первого министра занял Ли Сы, выходец из низов, бывший лесоруб. Ли Сы учился у конфуцианского ученого Сюнь-цзы, но его мировоззрение во многом сформировалось под влиянием наблюдений за природой, в частности, за крысами в амбаре (толстые и наглые) и в поле (тощие и трусливые). Он пришел к выводу, что положение человека определяет его сущность, и главное — пробиться на выгодное место, не обращая внимания на мораль и принципы. Ли Сы стал одним из главных помощников молодого циньского правителя, который и сам был очень крупным управленцем в стиле легистов.
Объединение Китая
Хотя историки не уверены, кто первым предложил идею завоевания всего мира, возможно, это был Ли Сы. Но возможно, толчком послужили обстоятельства: в 230 году до нашей эры циньская армия проходила через княжество Хань, и ханьский правитель, устав постоянно опасаться вторжения Цинь, добровольно отказался от титула и передал свои земли Цинь. Это событие, произошедшее почти без боя, могло убедить Ин Чжэна и Ли Сы в возможности завоевания всех остальных государств.
После этого последовала блистательная серия походов циньских армий, которая завершилась в 221 году до нашей эры. Менее чем за 10 лет все остальные восточноазиатские государства были уничтожены, и вся территория стала частью единого государства Цинь. Так была создана первая империя в китайской истории, объединившая китайские земли.
Рождение Императора и его титул
Ин Чжэн прекрасно понимал революционный смысл своего свершения: объединение всего цивилизованного мира (как тогда считали китайцы) под единой властью. Чтобы подчеркнуть беспрецедентность этого события, он созвал мудрецов, чтобы придумать для себя новый титул. Титул "ван" (царь) уже носили правители сильнейших княжеств и он не отражал его уникального положения.
Мудрецы предложили титул "ди", который использовался для обозначения верховного божества (Шанди) и легендарных полубожественных правителей древности. Ин Чжэн согласился, но счел его недостаточным. Он объединил два древних термина, "хуан" (августейший) и "ди" (божество/правитель), создав новый титул — "Хуанди". Это можно перевести как "августейшее божество" или "августейший правитель". Для нас этот титул привычен, поскольку до начала XX века именно так именовались китайские императоры.
Еще более революционным стало изменение правил наименования правителей. До этого правителей называли только по титулу при жизни, а посмертное имя давалось после смерти, отражая их качества. Ин Чжэн отменил эту систему: он назвал себя ШиХуанди – "Начальный Император", постановив, что его потомки будут именоваться "Второй Император", "Третий Император" и так далее до десяти тысяч поколений. Это была уникальная система, не имевшая аналогов в мире. С этого момента его стали называть ШиХуанди.
Символы новой империи
Для новой империи ШиХуанди ввел ряд новшеств, невиданных ранее в Древнем Китае. Среди них – создание официальной императорской печати, названной "Высочайшая печать передачи государства". Она была изготовлена из знаменитого куска нефрита (яшмы мастера Хэ), который считался величайшей драгоценностью Поднебесной. На печати была надпись: "Получил повеление от Неба, долголетен, вечно процветаю". Идея состояла в том, что эта печать будет передаваться из поколения в поколение как главный символ власти. К сожалению, печать была утеряна спустя несколько веков, и ее внешний вид остается неизвестным.
ШиХуанди также ввел новый официальный почерк — Сяочжуань, разработанный Ли Сы. Этот почерк использовался для важных документов и монументальных надписей. Традиция установки каменных стел с текстами также ассоциируется с его правлением. До Цинь такие стелы были крайне редки в Китае. ШиХуанди устанавливал их во время своих путешествий по империи, часто на священных горах, используя их для распространения новой идеологии — наступления эры вечного мира и благоденствия после завершения эпохи войн. Эта традиция установки стел стала характерной для всего последующего китайского государства.
Строительство империи
ШиХуанди воплощал свои визионерские идеи в масштабных строительных проектах. Императорская столица Сяньян стала символом нового мира. Туда приказали переселить 120 тысяч семей аристократов из завоеванных царств, чтобы держать их под контролем и сформировать новую имперскую элиту. В Сяньяне установили 12 гигантских бронзовых статуй, отлитых из конфискованного оружия. Это символизировало окончание войн и наступление вечного мира.
В окрестностях Сяньяна строились огромные дворцы. Самый главный, так и недостроенный дворец Эпангун, имел циклопическую платформу площадью более 41 000 квадратных метров и высотой до 9 метров. На строительстве дворцов было задействовано до 700 тысяч человек, включая каторжников и мобилизованных крестьян. Эти работы вызывали ненависть народа, что нашло отражение в фольклоре. Однако дворцы строились не для комфорта императора, а для демонстрации могущества империи.
Император активно путешествовал по своей огромной империи, постоянно занимаясь управлением, инспектируя провинции и утверждая свою сакральную власть. Он также приказал строить обширную сеть дорог и каналов для инфраструктурного скелета империи. На этих работах тоже было задействовано огромное количество людей, часто вдали от родных мест. Хотя ШиХуанди понимал важность сельского хозяйства и издавал ограничения на привлечение крестьян к повинностям, его правление характеризовалось максимально эффективным и часто безжалостным использованием трудовых ресурсов.
Были проведены унификация мер веса, длины, а также денежной системы. Введена единая монета "полляна" (весом 7-8 грамм), которая изначально была даже тяжелее заявленного веса, чтобы стимулировать ее использование.
Жечь книги, закапывать ученых
Внутренняя политика ШиХуанди часто ассоциируется с событием 213 года до нашей эры, когда якобы были запрещены к хранению любые книги, кроме книг по гаданию, математике и сельскому хозяйству. Все остальные должны были быть сданы в государственные хранилища. Это привело к конфликту, в частности, с конфуцианцами. Событие получило название "фэнь шу кэн чжу" — "жечь книги, закапывать конфуцианцев". Утверждается, что 470 наиболее ревностных книголюбов были закопаны заживо.
Этой "книжной инквизицией" традиционно объясняют пропажу многих текстов доцинского периода. Однако современные исследователи считают, что, хотя ШиХуанди вполне мог пойти на такой шаг, маловероятно, что он был главной причиной пропажи текстов. Скорее всего, многие тексты были утеряны в результате войн и восстаний, а история о сожжении книг и закапывании ученых была придумана или преувеличена конфуцианцами позднее, чтобы представить себя главными противниками "антинародного режима".
Внешняя политика и Великая стена
Несмотря на завоевание и объединение Китая, ШиХуанди не остановился на достигнутом и продолжил вести активную внешнюю политику. На севере его врагами стали кочевники сюнну, которые как раз начинали формировать свое государство. В 215 году до нашей эры 300-тысячная циньская армия под командованием полководца Мэн Тяня была отправлена на север. Армия изгнала сюнну из района Ордоса и отбросила их за горы Иньшань.
После похода армия осталась на севере и превратилась в трудовую, занимаясь строительством того, что мы сейчас называем Великой китайской стеной. На самом деле, многие участки стен существовали и до Цинь, построенные разными царствами для защиты от кочевников или друг от друга. ШиХуанди объединил эти старые стены в единую систему и построил новые участки на западе.
Строительство Стены требовало огромных человеческих ресурсов и ассоциируется с невероятными страданиями народа. В традиционной китайской культуре Великая стена часто воспринималась как символ жестокости правителя, не жалеющего собственный народ. Одна из самых известных народных легенд, связанных со Стеной, — это легенда о Мэн Цзяннюй, женщине, чей муж погиб на стройке и был замурован в стене. Ее плач якобы разрушил участок Стены, открыв останки погибших. Эта легенда, развивавшаяся в течение веков, отражает народное отношение к грандиозным, но кровавым проектам императора. Долгое время Великая стена в Китае имела негативный оттенок и называлась "длинные стены", а не "великая". Только в XVII-XVIII веках, под влиянием иезуитов, на Западе, а затем и в самом Китае, стал формироваться образ Стены как великого чуда света.
Вторым важным направлением внешней политики был юг. В 214 году до нашей эры почти полмиллиона человек были отправлены в поход на юг. До этого китайцы мало знали о территориях к югу от Янцзы. Этот поход был своего рода экспедицией в неизвестность, сопряженной с большими трудностями: джунгли, болезни, сопротивление местного населения. Однако циньские войска достигли Южно-Китайского моря, впервые включив территории, которые сейчас являются самым населенным и богатым Южным Китаем, в состав китайского государства.
Для снабжения южных армий был построен канал Линцю, соединивший притоки Янцзы и Чжуцзян (Жемчужной реки). Это было одно из первых в истории человечества соединений двух речных систем каналом, и он используется до сих пор.
Зачем нужны были такие масштабные завоевания и мегапроекты после объединения? Традиционные историки объясняли это манией величия императора. Более вероятная причина, по мнению некоторых исследователей, заключалась в решении проблемы социальной стабильности. Завоевав огромные территории, Цинь столкнулась с необходимостью контроля над населением, особенно над социально активными и потенциально нелояльными горожанами и младшими сыновьями аристократии, не занятыми в семейных делах. Отправка сотен тысяч людей на строительство Стены на севере или освоение земель на юге под контролем циньских офицеров позволяла держать их занятыми и подальше от центров возможного недовольства.
Покушения на императора
У ШиХуанди было множество врагов, и на его жизнь неоднократно покушались. Одно из самых известных покушений связано с принцем царства Янь, который нанял героя/убийцу Цзин Кэ. В 227 году до нашей эры Цзин Кэ под видом посла прибыл к Ин Чжэну (еще не императору), чтобы передать карту земель, якобы уступаемых Янь. В свитке карты был спрятан кинжал. Цзин Кэ попытался убить правителя, но промахнулся, и его тут же казнили. Друг Цзин Кэ, музыкант Гао Цзяньли, также пытался убить императора, играя на лютне, но тоже потерпел неудачу. Были и другие попытки, например, покушение силача с тяжелым молотом. ШиХуанди каким-то образом избегал гибели во всех случаях.
Еще одна легенда связывает его с поисками бессмертия. У него был придворный маг Сюй Фу, который обещал привезти эликсир бессмертия с восточных островов. После нескольких неудачных попыток Сюй Фу в 210 году до нашей эры отплыл с 3000 юношей и девушек и больше не вернулся. В Японии существует традиция, что именно Сюй Фу заселил японские острова.
Колоссальный мавзолей и Терракотовая армия
С самого начала своего правления, с 13 лет, Ин Чжэн начал строительство своего мавзолея у горы Лишань. Это был колоссальный проект, над которым работало более 30 лет до самой его смерти. По описанию историка Сыма Цяня, в мавзолее были установлены макеты дворцов, фигуры чиновников, самострелы для защиты от грабителей, а из ртути были созданы моря и реки с механизмами для ее переливания. Склеп освещался жиром "людей-рыб" (видимо, саламандр). После погребения императора (тело которого сильно разложилось в пути и было замаскировано соленой рыбой), якобы были заживо похоронены бездетные наложницы и ремесленники, знавшие секреты ловушек и устройства мавзолея.
Хотя небольшие погребальные фигурки находили в окрестностях мавзолея с начала XX века, в 1974 году произошло совершенно неожиданное открытие: крестьяне, копавшие колодец в 1,5 километрах от погребального холма, наткнулись на глиняные человеческие головы. Это стало началом раскопок Терракотовой армии. Открытие произошло в сложный период Культурной революции, но отношение Мао Цзэдуна к ШиХуанди как к великому государственнику способствовало тому, что археологи получили поддержку.
Были обнаружены четыре ямы с фигурами воинов и другими объектами. Предполагается, что всего было изготовлено около 8000 солдат, из которых найдено 187 целых фигур и множество фрагментов. Также были найдены деревянные колесницы, лошади в упряжках и кавалерийские лошади.
- Яма №1 содержала дивизию из около 6000 пехотинцев, выстроенных в боевом порядке, с лучниками по флангам и офицерами на колесницах.
- Яма №2 представляла собой мобильный резерв с кавалерией и колесницами.
- Яма №3 была, предположительно, командным пунктом с фигурами стражников и колесницей.
- Яма №4 осталась недостроенной.
Фигуры воинов изготовлены в натуральную величину (средний рост 175-176 см, офицеры до 190 см). Технология изготовления сочетала конвейерные методы (основные части, как дренажные трубы) с высокой детализацией. Лица у фигур, по-видимому, были портретными. Считается, что наиболее отличившиеся в боях солдаты могли стать моделями для этой посмертной гвардии. Изначально фигуры были ярко раскрашены, но краска быстро сходит при раскопках.
Помимо воинов, были найдены другие фигуры, изображающие циркачей, шутов, силачей, чиновников, палачей, судей и даже "красавиц". Это подтверждает описание Сыма Цяня о фигурах чиновников. Также были найдены удивительные нефритовые доспехи и бронзовые фигурки верблюдов, что может указывать на контакты с Западом.
Найденное в мавзолее оружие (39 000 единиц) датируется периодом объединения Китая и, вероятно, является заслуженным в боях оружием, выделенным для погребальной армии. Оно, как и фигурки, является бесценным источником по военной истории Древнего Китая.
В 1980 году в насыпи самого кургана были найдены две великолепные бронзовые модели колесниц в масштабе 1:2, весящие по 2 тонны. Они дают представление о том, как выглядел императорский кортеж. Недавние находки (2023 год) включают даже повозку, запряженную шестью овцами, что перекликается с ранее считавшимися анекдотическими описаниями.
Весь погребальный комплекс ШиХуанди занимает огромную территорию, достигающую, видимо, 35 квадратных километров. Сам погребальный холм с камерой императора до сих пор не вскрыт. Исследования показали, что внутри есть большое пустое пространство и повышенное содержание ртути в почве, что совпадает с описанием Сыма Цяня о реках из ртути.
Китайские археологи придерживаются политики не вскрывать такие крупные памятники, если им не угрожает разрушение. Мавзолей ШиХуанди является одним из сотен таких невскрытых императорских гробниц, каждое из которых потенциально может стать величайшим открытием. Причины такой осторожности — опасения по поводу сохранения найденных артефактов (был негативный опыт с мавзолеем минского императора, где многое разрушилось после вскрытия) и риск обнаружить разграбленную гробницу.
Конец империи и наследие
После смерти ШиХуанди в 210 году до нашей эры, империя, построенная под его личным контролем, быстро пришла в упадок. Его система не могла функционировать без его сильной руки. Ли Сы был казнен, а следующий император, Хухай (восемнадцатый сын ШиХуанди), был слабым правителем, находившимся под влиянием евнуха Чжао Гао. Уже в 209 году вспыхнуло первое восстание. В 207 году последний император сдался, и империя Цинь перестала существовать, просуществовав чуть больше 10 лет.
Затем последовала гражданская война между повстанческими генералами, которая завершилась в 202 году до нашей эры. К власти пришел один из повстанцев, Лю Бан, основавший империю Хань. Хань просуществовала почти 400 лет и стала первой настоящей единой империей Китая, сформировавшей основы китайской культуры.
Хотя империя Хань во многом противопоставляла себя Цинь как жестокому и узурпаторскому режиму, Лю Бан восхищался ШиХуанди и сохранил многие управленческие и идеологические наработки Цинь. Таким образом, Хань стала продолжением Цинь. Однако в традиционной китайской историографии, которая выполняла педагогическую функцию для будущих правителей, образ ШиХуанди остался образцом максимально отрицательного правителя вплоть до XX века, когда коммунистическая историография начала переосмысливать его как великого государственника.
Заключение
ШиХуанди был фигурой эпохального масштаба. Он не просто завоевал разрозненные царства, но и создал первое централизованное, унифицированное государство в Китае, заложив основы имперской системы, просуществовавшей более двух тысяч лет. Его амбициозные реформы, грандиозные строительные проекты (от столицы и дворцов до дорог, каналов и Великой стены) и жесткое управление оставили глубокий след в истории и народной памяти. Хотя традиция часто изображала его как безжалостного тирана, археологические открытия, прежде всего Терракотовая армия, раскрывают новые детали его эпохи и масштабы его замыслов. Мавзолей ШиХуанди до сих пор хранит множество тайн, ожидая своего полного исследования, и остается одним из самых впечатляющих свидетельств власти и видения Первого Императора Китая.