«А расскажу-ка я вам ещё про одного человечка, пока вспомнилось.
Живёт у нас в деревне один пустомеля, Викентий Рогожкин.
Старый он уже, как окаменевший овчинный тулуп времён Второй Мировой, который у меня в чердак врос. И что ж таких не прибирают? Уж моль над ними кружит… . Видать, своих отбросов на небесах полно, новых не надо...
Ну так вот. Мало знать себе цену. Нужно ещё пользоваться спросом.
В расцвете лет мог Рогожкин чёрта лысого добыть, если в том появлялась нужда. Недаром его мать костьми легла, давая сыну высшее образование. Корки сушёные ела, всё ему деньги в город слала.
Работал Рогожкин сначала в районе какой-то шишкой по профсоюзной линии, всё речи толкал, враньём в рупор брызгал.
А когда пошёл этот конь педальный (который тяжелее карандаша в жизни ничего не поднимал), на пенсию, решил вернуться жить в родное Лыково.
Привык этот балагур процветать и ни в чём себе не отказывать.
"Вот вам машина, Викентий Гаврилович, вот вам раки к пиву!"
Первая жена от него сама ушла, надоели его гулянки, а вторую он выгнал за бесхозяйственность. Но мы-то понимаем истинную причину: она была что кукла фарфоровая, таких обихаживать надо. А он - жлоб, каких свет не видывал. Даже дитёнка не дал ей родить. Не удалось молодухе кусок-то приличный отхватить, зубы только об трепло обломала.
И выбил Викентий себе в 1982 году личный, домашний телефон.
Это не будучи участником войны, писателем или даже космонавтом!
Наши бабы так и ахнули, как этот пижон себя любит и балует!
Зачем тебе, спрашивается, телефон? Ты что, секретарь Обкома или ценный сотрудник КГБ? Нет! Балабол ты обыкновенный, который живёт по принципу: "Окружающим может показаться, что я ничего не делаю.
Но в голове я очень занят".
Установил он аппарат на тумбочку, на салфетку белоснежную, и стал делать важный вид. Мол, я тут великий вельможа, а вы – перья у курьей гузки.
Нет, представляете?
На пенсию человек ушёл, и специально аппарат ему одному протянули!
Можно подумать, без ценного совета такой свиристелки там, в профсоюзе, дня не протянут! Работа встанет, стены карточным домиком сложатся!
Абонентская плата тогда была 2 рубля 50 копеек.
Даже за телефон Викентий умудрялся платить важно: заполнит книжечку почерком своим зубастым, (буквы, что хищная акула лыбится), и отсчитывает деньги, на пальцы свои сплёвывает.
Фу! Вся сберкасса от мерзоты такой морщится!
И повадились к нему люди ходить звонить.
Сначала стеснялись Викентия.
У его порога жались-мялись, но всё равно, просились.
Он поначалу удивлялся очень – отчего не едут соседи на телефонную станцию говорить?
А ехать туда было долго. Пока очередь отстоишь, пока телефонистка соединит, пока обратно приедешь…. И связь была плохая.
А тут – никуда ехать не надо. Две минуты позора, и ты на связи.
Пока разговоры были по делу, ну там, милицию вызвать или матери чьей плохо стало, терпел Викентий гостей незваных.
Но когда Чумачиха в третий раз за неделю пришла обсуждать с некой Серафимой очередных соседей, Викентий взбудоражился.
Терпел из последних сил.
И когда Чумачиха в конце разговора покосила глаза на Викентьеву тень за шторкой, и произнесла: «Ещё ходит тут энтот пентюх, уши греет!», он её и прогнал!
Не выдержал больше покушения на свою частную собственность, а особенно, пентюха!
А в спину соседке сказал всем передать: «Я за телефон деньги плачу, а вам всё хихоньки! В другой раз приходите по делу звонить с деньгами. Звонок стоит 2 копейки, как в автомате!»
Как же этого взимальщика телефонной подати костерили всем Лыковым!
И жучара он жадная, и добро в свой адрес забыл, и зажрался, и вообще, жёны от нормальных мужиков не сбегают. Небось засохли у Рогожкина все его профсоюзные плюшки!
Викентий слушал это всё, но не реагировал. Что с невежд возьмёшь, которые не могут отличить философию от филантропии?
Но однажды понадобилось ему самому позвонить насчёт санатория, а в трубке вместо гудков услышал Викентий подозрительную тишину.
Так и есть. Любимые соседи провод перерезали!
Более того, опосля вызвали Викентия на бывшую работу.
Оказывается, жалоба народная туда поступила, такого содержания:
«Просим принять меры против произвола пенсионера Викентия Рогожкина. Он развёл торговлю телефонными звонками среди населения, пользуясь особым положением. Тариф берёт грабительский – 2 копейки. Большинство жителей – инвалиды, пенсионеры и дети. Телефон ему установлен незаконно, так как он не является важным сотрудником или ветераном войны. Просим снять с него номер и установить в клубе для всех людей, на общих основаниях».
Под бумагой 15 подписей.
Жалобу рассмотрели.
Телефон у Викентия забрали, только ни в каком клубе его не установили.
Отдали какому-то важному конструктору-консультанту.
Вот так и лишился резонёр телефона, по жадности своей и надменности.
А мог бы быть лучшим другом всей деревни, да ещё и находиться в курсе всех новостей, как аист над радиоточкой!
Но, коли ума Бог не дал, никакое высшее образование тут не поможет.»
Друзья, подписывайтесь на канал! Приглашаю вас!
Из цикла «Рассказы бабушки Анфисы Тепляковой».
Автор – Сальман Элла.
